Пустой II. Книга 7 - Артемий Скабер

— Какой же?

— Свой. Я сам решаю, что мне делать.

Отто засмеялся и, кажется, даже искренне.

— Своя воля? Интересно-то как, да и красиво звучит. Только не для тебя. — Он загнул палец. — За тобой нет семьи. — Второй. — Нет дружины. Нет имени. Школа держит тебя, пока ты её ученик, а потом что? Давай посчитаем дальше. Ты привёл мою дочь в школу, как рабыню. Здесь она прислуживает тебе на глазах у всех. Моя семья унижена, и все в городе это видят. После этого ты отказываешься взять её в жёны?

С его слов выглядело так, будто я хуже Тарима и Мейны вместе взятых.

— Да, — ответил я.

— Хм… — Отто опустил руку. — Я думал, что ты разумнее. Хотя чего ещё ждать от деревенского?

Синара стояла рядом и не поднимала глаз. Мне показалось, что каждое его слово падало на неё, а не на меня.

— Свобода, — произнёс я, — это когда я могу сказать тебе «нет» и ничего за это не будет.

— Ничего? — переспросил Отто.

Он подошёл ближе, Ровэн не двинулся, но я почувствовал, как его давление шевельнулось.

— Крови между нами пока нет, — тихо произнёс Отто, глядя мне в глаза. — Но она прольётся, я тебе это обещаю. И тогда я объявлю кровную месть.

— Пока он ученик моей школы, — ответил Ровэн, — не прольётся.

— Обучение когда-нибудь закончится. Задания бывают за стенами. Руины, Загоны, караваны… — Отто пожал плечами. — Люди гибнут. Часто.

— Во что ты играешь, Отто? — спросил глава школы.

— Впрочем, зачем ждать? — ответил Вельт с таким видом, словно вспомнил что-то приятное. — Ты прав, Ровэн. На твоего ученика у меня пока нет права. Поэтому поговорим о тех, на кого есть.

Он поднял руку, один из его слуг сразу пошёл к повозке и вернулся с небольшой шкатулкой из тёмного дерева. Поставил её на ладони и протянул мне.

Я не взял. Ровэн провёл над шкатулкой ладонью. Я почувствовал, как его сила обошла её кругом, и глава кивнул мне. Смотрел на всех и не понимал: это… что? Подарок? Или попытка меня купить?

— Можешь взять, — сказал Ровэн.

Ладно, хотя бы узнаю, что предлагают. Шкатулка оказалась лёгкой, и я откинул крышку. На серой ткани лежали два пальца. Мизинцы. Один крупный, мужской, с толстой грубой кожей и тёмным ободком под ногтем. Второй тоньше и меньше, с аккуратно подрезанным ногтем. Кровь на срезах уже почернела и засохла.

Не подарок… угроза? Может, я чего-то ещё не знаю о традициях и правилах города, но меня должны напугать два отрезанных мизинца? Посмотрел вопросительно на главу семьи Вельт.

— Передай Сарну Лореку, — хмыкнул он. — Он узнает. Отец и мать шлют ему привет.

Внутри у меня всё вдруг стало холодным и тихим. Сарн с тех пор, как мы вернулись в школу, переживал о своих родителях, и теперь это? Отрубленные пальцы…

— Ты принёс к воротам моей школы части людей? — голос Ровэна стал совсем тихим.

— Я принёс ответ на вопрос твоего ученика. — Отто пожал плечами. — Насколько мне известно, Сарн Лорек уже неделю ищет родителей. Вот, теперь нашёл. Можете меня не благодарить.

Осведомлённость Отто пугала всё больше. Он не только про Синару и меня всё узнал, но и про Сарна. Значит, его люди в городе никуда не делись, и школьные ворота для них не стена.

Слуга снова отошёл к повозке, и в этот раз он принёс два свёрнутых листа, перевязанных шнуром с печатью. Отто развернул первый и держал так, чтобы я видел, но не мог дотянуться.

— Обет семьи Лорек, — сказал он. — Подписан, пока их сын считался мёртвым. Отец поставил под ним дом, себя, жену и всё, что принадлежит семье. Сын вернулся, значит, обет переходит и на него.

— Пока Сарн ученик моей школы, — сказал Ровэн, — никто не заставит его приносить обет.

— Разумеется. — Отто свернул лист. — Я умею ждать.

И развернул второй.

— Варис Лавилио.

Я вздрогнул и тут же разозлился на себя за это. Фамилию Вариса никто не знал. Он говорил, что раскрыл её только нам и Ровэну. Его семья погибла, когда была посредником в чьих-то делах.

— Его семья задолжала много лет назад… — продолжил Вельт, ухмыляясь. — Семья пала, и долг ходил из рук в руки. Пришлось потратить немало времени, чтобы его найти и выкупить. Проценты набегали все эти годы. Сын отвечает за долги отца.

— Поэтому ты и ждал неделю, — сказал Ровэн.

Это был не вопрос.

— Я не принимаю решений по первым слухам, — ответил Отто. — За неделю стало понятно, кого именно ты притащил в свою школу и кто стоит рядом с ним.

Он посмотрел на меня.

— Когда их обучение закончится, они придут ко мне. Сарн придёт, потому что иначе его родителям незачем будет жить. Варис придёт, потому что так велит закон. Оба принесут мне обет. — Отто чуть улыбнулся. — И первым моим приказом будет убить тебя.

Он сказал это просто, как о погоде.

А я стоял со шкатулкой в руках и понимал то, чего он не знал. Сарн и Варис уже поклялись мне. Не предавать, не вредить и помогать. Если они принесут обет Отто и получат приказ меня убить… две клятвы столкнутся внутри них. Они не смогут меня убить… просто умрут.

Вариса заставит закон подчиниться, а Сарна — сыновний долг и чувства к родителям, даже если будет знать, чем это кончится.

Ярость поднялась от живота к горлу горячей волной, и вместе с ней сами собой шевельнулись Звериные знаки на источнике, Дуга натянулась, кольца на лбу… засов! Сжал его, пока под ним всё не стихло.

Ударить… хотя бы раз. Выпустить Срез прямо в эту спокойную улыбку и посмотреть, что от неё останется. Шалх, мерзавец и тварь! Ещё одно подтверждение того, почему сила необходима. До этого били в меня, а теперь я получил удар в спину за своих людей.

Стоял, дышал и держал засов.

— Сколько? — спросил я.

Отто приподнял бровь, делая вид, что не понял.

— Что именно?

— Стоят… — проговорил я через зубы медленно. — Оба долга. Лореки вместе с родителями.