Безымянная страна - Кейт Эллиот

как обычно, но достаточную, чтобы осветить землю. Элен вела их размеренным, но быстрым шагом по посыпанной гравием дорожке через изрытую колеями дорогу, которая шла параллельно священной дороге. Деревня выросла больше памятной ей коллекции полуразрушенных зданий. Теперь она была шириной в три полосы, пересекалась переулками, и вдоль каждого переулка лежало месиво взбитой грязи, которая, к счастью, застыла, образовав твердую поверхность. Они перебегали каждый переулок, надеясь, что их не увидят. На некотором расстоянии от них, возле сверкающей мастерской кузнеца, собралась толпа людей, которые кричали друг на друга, споря о том, что делать. Поднявшийся шум позволил стражам незаметно пересечь еще один переулок.

Миновав последний ряд хижин, они добрались до канавы, мутная вода в которой была покрыта льдом. Они перепрыгнули через нее, помогая друг другу вскарабкаться на дальний склон. Здесь их встретила первая из тисовых изгородей Кольца.

— Держите оружие наготове, нюхайте Споры, — сказал Симо своим стражам.

Элен тыкала своим посохом, пока не нашла место, где они могли бы пробраться сквозь живую изгородь с минимальными потерями. После того, как они прошли, бормоча жалобы на исцарапанные лица и шипы в волосах, она велела им пересечь сад, усыпанный листьями и заросший сухими осенними сорняками, и подождать под сенью огромного искривленного тиса.

Поставив фонарь на землю, она раздвинула ветки живой изгороди, делая все возможное, чтобы скрыть следы их прохода. Все, что угодно, лишь бы задержать погоню.

Призрак неотступно следовал за ней, держа ветки и спрашивая:

— Что еще я могу сделать, дорогая?

— Ты здесь, и это все, что имеет значение.

В ответ он положил руку ей на плечо.

Из укрытия за деревом Симо тихо, но нетерпеливо позвал:

— Вы закончили?

Призрак посвистел трехтональный сигнал стража, означавший: Подождите еще немного.

— Моя очищение-сталь покалывает, — напряженным голосом сказала Ипис.

Все стражи начали водить остриями своих мечей из очищение-стали кругами по мерзлой почве, пытаясь обнаружить присутствие Споры. Элен отошла от изгороди. Она схватила призрака за запястье, успокаиваясь в его присутствии. Он медленно опустил обнаженную руку, чтобы взять ее за руку в перчатке, и даже осмелился переплести свои пальцы с ее, чего не позволял себе в теле принца.

— Не отвлекай меня, — сказала она, — но и не отпускай.

Выдохнув, она опустошила легкие, затем вдохнула, пытаясь уловить аромат розового масла.

— Сюда, — прошептала Ипис, которая пробиралась по стерне убранного поля примерно в двадцати шагах к востоку от дерева.

Элен отпустила руку призрака и поспешила туда, ничего не почуяв, пока не поравнялась с Ипис. Молодая стражница стояла, уперев острие меча в землю. Только тут до Элен донесся слабый аромат. Она опустилась на колени и принялась доставать из рюкзака свои принадлежности для убийства Спор.

— Я. — Ипис достала из внутреннего кармана пальто пузырек с духом соли. Ловким движением она вонзила острие меча в землю. В ночном воздухе раздался резкий скрежет, и в почве показалась бледная шапочка.

Спора. На самой ранней стадии, до того, как ее первые ростки попробовали жизнь.

Ипис сняла крышку от флакона и, одним движением опустившись на колени, вылила жидкость с духом соли в отверстие, затем, с сердитым ворчанием, вонзила туда клинок из очищение-стали; Спора зашипела и погибла.

— Пошла ты, ядовитое дерьмо, — торжествующе заявила Ипис.

Элен поднялась.

— Это было хорошо сделано. Я не почувствовала запаха, пока не подошла вплотную. Я бы прошла мимо.

— Тсс. Дай мне послушать.

Они еще немного постояли в тишине. Элен медленно вдохнула. Холод был таким же бодрящим, как и обещание смерти. За изгородью и деревней, внутри Южного Кольца, полыхало зарево. Огонь разгорелся еще сильнее, сопровождаемый еще более неистовыми криками.

— Ипис?

Молодая страж встряхнулась.

— Больше ничего.

— Ты необычайно чувствительна.

— Я опытный страж, — парировала Ипис, но усмехнулась.

Они поспешили обратно к тису. Зазвонил тревожный колокол. Вдалеке, с севера, раздался призыв военного рога: та-та-та-та-та-ра.

— Кто это? — спросил Симо.

— Не знаю, и мы не должны оставаться здесь, чтобы выяснить это, — сказала Элен. — Что бы ни случилось, победителю потребуется время, чтобы понять, что мы пропали, и начать поиски. Мы там, где и должны были быть. Это Дядюшка Треснувшее Лицо.

— Дядюшка Треснувшее Лицо? — спросил Кем. — Кто такой Дядюшка Треснувшее Лицо?

Она положила руку на шелушащуюся кору дерева.

— Это уважаемое дерево, тис. У всех старых деревьев есть имена. Отсюда на восток ведет тропинка. У ручья Крыло Источника мы направимся на юг и выйдем на тропинку, которая проходит вдоль Хребта Пари. Господа не станут туда заглядывать, по крайней мере, не сегодня.

— Почему? — спросил Симо.

— Потому что она ведет к башням Пари-Холла. Известно, что в них водятся привидения, и поэтому их избегают, за исключением ранней весны, когда появляется хороший урожай крапивы, вьюнка и ачочи.

— Это сорняки, — пояснил Кем.

— Не для голодных, у которых закончились зимние запасы. Именно туда мы и направимся. Не выпускайте из рук очищение-мечи. Ипис, пойдем со мной.

— Она лучший охотник за Спорами, которого я когда-либо тренировал, — сказал Симо. — У нее сверхъестественный талант к этому.

— Я впечатлен! — сказал Кем тем же дружелюбным тоном, которым разговаривал с Йофом.

Ипис смущенно пожала плечами, словно не могла решить, быть ли ей польщенной или смущенной.

— Конечно, но половина моей когорты прозвала меня из-за этого козлиными глазами. Сказал, что только айвур может так чувствовать Споры. Я такой же человек, как и все остальные!

Все посмотрели на того, кого они считали капитаном Ворон. Призрак небрежно прислонился к дереву, прислушиваясь к их разговору. Передатчица всегда сидела прямо, стояла прямо, ходила прямо. За время своего недолгого знакомства с капитаном Ворон Элен никогда не видела, чтобы эта женщина держалась так беззаботно, словно дерево было старым другом, с которым можно было напиться.

— Почему вы вернулись, капитан Ворон? — спросил принц. — После всего, что произошло, я в недоумении и никак не могу поверить, что вы снова появились.

— Большая часть жизни — это сплошное недоумение и недоверие, так? И все же я считаю, что с нашей стороны благоразумнее сбежать сейчас, пока мы еще можем это сделать. Опередить многочисленные группировки, жаждущие поглотить нас в своей жажде власти. За исключением вас, конечно, — добавил он, самым небрежным образом указывая на принца. — Ну. Возможно.

— Вы ведь не передатчица,