Дочь медведя, или Предсказанная перевёртышу - Оксана Чекменёва

– Что ты делаешь? – Бессмертный возник возле меня так неожиданно, что я шарахнулась в сторону и чуть не упала, но была мгновенно схвачена им. Упасть не дал, но и не отпустил. Несмотря на огромные лапищи, боли не причинил, хотя вырваться я и не пыталась. – С ума сошла? – Мужчина легонько тряхнул меня, заглядывая в глаза, для чего ему пришлось нагнуться. Голос злым не был, лицо тоже, скорее перевертыш был удивлен и возмущен, но мне от этого легче не стало, я просто заледенела от страха.

– Отпусти ее сейчас же! – раздался рычащий голос, и краем глаза я заметила приближающегося Моню. Шерсть дыбом, пасть оскалена, лапа с длиннющими когтями поднята в замахе. Ничего общего с меховым шариком, строящим оборотнице жалобные глазки.

– Магистр Филандр, отпустите девочку, вы пугаете ее и ее фамильяров, – раздался голос эльфийки, и огромные руки тут же отпустили мои плечи, а бессмертный даже на пару шагов отступил.

Сразу стало легче дышать, я тоже отшагнула подальше от своего ожившего кошмара, поближе к животным. Все трое стояли в позе, предвещающей атаку, даже Лапка. Она, конечно, уже старенькая, но ласки практически такие же безбашенные в бою, как и барсуки, и тоже готовы без страха напасть на врага гораздо крупнее себя.

И хотя Клещ считал себя моим главным защитником, по факту им был именно Моня. Не уверена, что добралась бы сюда без потерь, если бы не он. Одинокая девушка – легкая добыча, девушка с барсуком – это примерно то же самое, что с двумя волкодавами. А вот Клещ, называющий себя моим защитником, в драку сломя голову не кидался, хотя приложить противника крепким словом умел виртуозно – хорьки по природе своей вовсе не такие агрессивные, как два других моих питомца. Впрочем, сейчас и он стоял, распушив хвост, что означало готовность кинуться на того, кто меня, по его мнению, обижал.

– Успокойтесь, Риони, никто вас здесь не обидит. – Услышав голос эльфийки, я оторвала настороженный взгляд от бессмертного и перевела его на женщину, потихоньку отходя от испуга. – Просто объясните, зачем вы разбили артефакт?

Я вспомнила, с чего все началось, посмотрела на осколки, еще и частично затоптанные, потом снова на задавшую вопрос и пожала плечами:

– Вы же сами велели мне продемонстрировать свою магию на левом артефакте.

– И как же вы пытались ее продемонстрировать? – в голосе старика звучало искреннее любопытство.

– Вот так. – Присев на корточки, я протянула руки к осколкам и выпустила магию.

Осколки тут же начали сползаться, слепляться в шар, который запрыгнул на подставку, уже втянувшую в себя выпавшие детальки. Из воздуха материализовался серый туман и влился в щели в шаре до того, как те срослись.

Я взяла уже целый артефакт и почувствовала, что он все еще не восстановился. Удивилась, огляделась, догадалась, в чем дело, и, пересиливая себя и подавив ком в горле, обратилась к сапогам бессмертного, выше поднять голову не решилась.

– Вы не могли бы приподнять ноги?

Мужчина послушно поднял левую ногу, потом правую, с подошвы правого сапога соскользнуло несколько крохотных осколков и влепилось в шар. После этого артефакт в моих руках едва заметно завибрировал, а серый туман сменился нежно-сиреневым светом с золотистыми искорками.

– Магия вне классификации, – резюмировал старик. – Впрочем, девочка и так нам наглядно это продемонстрировала.

Я осторожно поставила артефакт на место, но стоило убрать руки, как в нем снова заклубился безликий серый туман. Потом взглянула на приемную комиссию – бессмертный, к моему облегчению, уже вернулся на место на дальнем от меня краю стола и смотрел на меня несколько растерянно, взгляды остальных экзаменаторов светились восторженным любопытством.

– Скажите, – мужчина, тот, что помоложе, аж наклонился над столом, подавшись в мою сторону, – кто вас обучал? Какие формулы вы сейчас использовали? Сколько силы влили? Куда направляли потоки?

С каждым вопросом я все больше терялась, не зная, что отвечать. Наконец, смогла вставить:

– Никто не учил. Оно само. А формулы я не знаю.

– Интуит! – Кажется, спрашивающий меня мужчина пришел в полный восторг. – Еще один!

– Двое подряд? – покачал головой старик. – Я такого не встречал… Да лет двадцать уже, наверное.

– Интуиты чаще всего встречаются среди обладателей магии вне классификации, – высказалась эльфийка. – А предыдущий мальчик тоже был весьма нестандартным.

– Ну, еще бы, – пробормотал бессмертный, а после обратился ко мне: – Я так понимаю, то, что до поступления в академию магией пользоваться запрещено, вам тоже никто не объяснил?

Сюрприз за сюрпризом. Нет, что без диплома легально работать магом я не могу, это я знала, но чтобы совсем пользоваться было нельзя?

– Нет, никто, – покачала головой.

– Ожидаемо, – кивнул он, потом оглянулся на остальных. – Силу магии проверять будем, или в этом уже смысла нет?

– Может и нет, но мне любопытно, – ответил тот, что помоложе, остальные закивали, поддерживая коллегу. – Пройдите, пожалуйста, к правому артефакту и просто прижмите к нему ладонь ниже циферблата. Разбивать не нужно. Хотя, я бы не отказался еще раз понаблюдать за этим чудом.

– Я могу принести стакан, – подал голос все это время молчавший человек, что приглашал нас в комнату. Кстати, он был в сером, а не в белом.

– Принесите, пожалуйста, – кивнул ему мой собеседник. – И пару тарелок прихватите. Ну, же, – это снова ко мне, – мы ждем.

Я сделала, что велели, и полюбовалась на то, как ожившая стрелка поползла по полукругу и застыла, чуть-чуть не дойдя до цифры восемь. А всего там было двадцать делений.

– Великолепно! – восхитился старик. – Магия выросла за эти пять лет в полтора раза. Такими темпами вы станете магистром еще до сорока лет!

Было бы здорово! Только дожить бы до этих сорока…

Тут вернулся мужчина, уходивший за посудой, неся пару тарелок и стаканов. Их я тоже, по просьбе комиссии разбила, а потом восстановила. И разорванный когтями Мони платок эльфийки. И какой-то артефакт, извлеченный стариком из кармана. А потом приемная комиссия, наконец, вспомнила, что кроме меня за дверью еще желающие поступить сидят, а меня еще экзамен по обычным предметам ждет, и в итоге отпустили с миром, вручив вместо зеленого уже сиреневый листок с золотым ободком.

Ушли мы из этой комнаты порталом – теперь понятно, куда девались те, кто до меня приходил. Точнее, сначала мы вышли через неприметную дверь, расположенную за спинами приемной комиссии в