Академия Равессар - Ксения Кано

Она подняла голову, когда я вошла.

— Свободны у двери и у окна.

Я выбрала место у двери, положила вещи и огляделась. Изголовье упиралось в стену, отсюда просматривалась большая часть комнаты и вход в маленькую умывальную.

— Вейл, — представилась я.

— Мэрра.

Она вернулась к сапогу. На правом предплечье белел старый рубец, уходивший под рукав. Я машинально попыталась рассмотреть её ауру и встретила всё ту же глухую преграду.

Отсутствие магического зрения раздражало почти сильнее слабости. Люди вокруг внезапно стали непрозрачными. Я могла судить о них по осанке, рукам, оружию, но привычная часть сведений исчезла.

— Столовая ещё открыта? — спросила я.

— Если поторопишься.

— Спасибо.

Я убрала вещи, оставив при себе документы, деньги и клинок. Мэрра посмотрела на оружие без удивления. Её собственный нож лежал на кровати рядом с бедром.

В Равессаре никто не ожидал, что за общими стенами можно забыть о привычках, благодаря которым ты сюда добрался.

В столовой было шумно, но не весело. За длинными столами сидели небольшими компаниями или поодиночке. Разговаривали вполголоса, разглядывали чужое оружие, присматривались к выходам. Двое спорили о какой-то дороге в Кхар-Заре, причём один называл старые укрепления так, словно лично видел их до разрушения.

Я взяла похлёбку, хлеб и мясо, села с краю и съела всё без спешки.

Рейхара заметила у дальнего стола. Он разговаривал с демонессой, положив руку на спинку соседней скамьи. Когда кто-то проходил за его спиной, пальцы ненадолго замирали, а голова поворачивалась ровно настолько, чтобы видеть движение.

Даже развлекаясь, он не забывал следить за окружающими.

Я отвела взгляд прежде, чем он поймал мой.

К отбою вернулась вторая соседка. Светловолосая, широкоплечая, с разбитыми костяшками пальцев. Назвала себя Дессой, проверила вещи и занялась чисткой короткого клинка, не вступая в разговор.

Четвёртая кровать осталась свободной.

Я прочитала распорядок, нашла на схеме плац и лечебное крыло, запомнила часы выдачи еды. Двери комнат не запирались снаружи. За перемещениями ночью следил дежурный, но сохранность личных вещей академия не гарантировала.

В умывальной я проверила лицо в зеркале, осторожно поправила шнурок кулона и спрятала камень под рубашку. Маскировка держалась безупречно. Оставалось верить, что она продолжит держаться и дальше.

Заснуть мешало не столько железо на руках, сколько тишина внутри. Я несколько раз ловила себя на бессмысленной попытке коснуться дара. Каждый раз встречала преграду, после чего приходилось убеждать себя прекратить.

Соседки уснули раньше.

Я лежала на спине, прислушиваясь к коридору, и думала о предстоящем утре. Впервые за много лет мне предстояло проверить, чего стоит моя подготовка без силы, которая всегда оставалась последним доводом.

На плацу пахло холодным камнем и пылью. Почти две сотни поступивших стояли неровными рядами, но беспорядка не было: люди сами оставляли друг другу достаточно места, не поворачивались спиной к незнакомцам и быстро замолкли, когда появился Ксарен.

— До завершения проверки распределение временное, — сказал он. — Сегодня определяем исходные возможности. Не ваши заявления о них.

Рядом со мной стояла демонесса с туго заплетёнными волосами. Она смотрела на преподавателя спокойно, держа руки свободно опущенными. На её шее виднелся тонкий шрам от левого уха к ключице.

— Начинаете по сигналу. Прекращаете по команде. Травмы, влияющие на движение, докладываете до упражнения. Если решили скрыть — последствия ваши.

После разминки нас повели бегом вдоль внутренней стены.

Темп был ровным, без рывков. Первое время я держалась легко, затем заметила, что дышу чаще, чем ожидала. Ноги работали правильно, тело помнило нагрузку, но привычного запаса не было.

Демонесса рядом продолжала бежать так, словно только вышла из комнаты. Двое впереди негромко переговаривались. Один орх даже не раскрыл рта для дыхания.

Я перестала ориентироваться на них и выбрала собственный ритм.

К окончанию бега я устала, но не была истощена. Это раздражало сильнее, чем полное бессилие: я достаточно хорошо чувствовала тело, чтобы понимать, сколько ещё могла бы пройти, и одновременно видела, насколько мало утренняя нагрузка значила для большинства окружающих.

Демонесса расправила плечи и посмотрела в сторону оружейной площадки. Ей, кажется, было скучно.

Мне — уже нет.