Дорога Ведьм - Кейт Эллиот

— Однажды мы были на рыбалке, просто сидели в тишине. Мы могли так сидеть часами. И он сказал: «Ты тот брат, которого я всегда хотел иметь». И я понял, что могу быть братом, что я хотел быть братом, что все это обрело смысл для меня, когда он сказал это. Мы были братьями. Я не знаю. — Он пожал плечами. — Это было похоже на ничто и все одновременно.

— Это так мило, — сказала Ипис. — Я никогда не рыбачила. Ты можешь научить меня?

— Конечно, — сказал Кем. — Как это может быть, что ты так и не научилась ловить рыбу?

Она пожала плечами.

— Еду готовил кто-то другой. Мы рано начали тренироваться к официальной службе.

Элен тихо фыркнула. А, уроженка Манора. Кто-то другой должен готовить еду. Ксилси бросила взгляд в ее сторону, словно не понимая, что ее развеселило.

Теургистка сказала Кему:

— Это редкий дар — делиться тем, что так близко сердцу. Я благодарю вас за доверие, которое вы нам оказываете. Я чувствую, что узнала мир немного лучше, узнав кое-что о вашем путешествии.

Узнав кое-что. Лувиара, фактически незнакомка, спросила. Элен никогда не спрашивала, сначала потому, что это расстраивало Аовинг, а потом… потому что она приняла его таким, какой он есть. Для нее принятие было знаком уважения. Не расспрашивать и не исследовать. Но что, если он хотел, чтобы она спросила? Что, если он хотел поделиться, но не был уверен, что она захочет его выслушать, особенно после того, как она столько раз меняла тему ради его матери?

Голова Кема дернулась, как будто он чуть было не посмотрел в ее сторону, чтобы оценить выражение ее лица, но вовремя остановился. Он сказал:

— Надеюсь, я только начал свой путь. Я всегда мечтал стать стражем, но не думал… Что ж, теперь я здесь. И я благодарю тебя, Ипис.

— Меня? Тебе следует поблагодарить его возвышенное высочество. Он так сильно ненавидит принцессу Асталин, что выхватил тебя у лорда Дуэнна только для того, чтобы дать пощечину одному из младших лордов Асталин. Это именно то, что обычно делает принц.

— Это так? — Лувиара умела говорить резче, когда кто-то ее что-то интересовало. — Вот это меня и озадачивает. Я не знала, что между принцем и принцессой существовала вражда. Он часто говорит об этом?

Ипис напряглась. Она поднялась и вежливо, положа руку на сердце, сказала более старшей женщине:

— Я сказала слишком много. Не мое дело высказываться о дворце или о всевидящем оке, которое служит по воле императора. Да послужим мы так, как нам велено. Пойдем, Кем. Нам нужно поспать. Мы заступим на вторую стражу.

— Он какой-то странный, тебе не кажется? — тихо сказала Силси.

— Кто? — спросила Элен, делая вид, что не понимает.

— Что-то в рассказе мальчика не совсем сходится, но это неважно. Полагаю, у каждого из нас есть секреты, которые мы предпочли бы сохранить в тайне. Из него получится хороший страж, если мы переживем это головокружительное путешествие. То, что в меня сегодня стреляли, было для меня шоком. Одной из причин, по которой я вступила в ряды стражей, было то, что это лучший способ держаться подальше от междоусобиц принцев. Стражи служат империи, а не какой-то фракции. Вот.

Она протянула свою миску Элен.

На мгновение Элен растерялась, но жест Ксилси поставил все на место. Сейчас самое подходящее время, чтобы проверить температуру этих новых вод.

— Ксилси, я не прислуга.

Страж удивленно моргнула, затем ухмыльнулась. Как ни странно, момент даже не был неловким.

— Да, это так. Я еще не привыкла к тому, что гагаст выполняет эту работу. Я так привыкла к Хемерлину и его команде. Они бы пришли и забрали миску без моей просьбы. Но я не возражаю против дополнительной работы в полевых условиях. Я даже готовить умею! Мне не нужно, чтобы меня обслуживали, в отличие от некоторых. — Она склонила голову в сторону Джирви, но не посмотрела на его спящую фигуру. Вместо этого она поднялась на ноги. — У меня последняя стража. Тебе повезло. Симо сказал, что в награду за хорошо выполненное задание ты можешь проспать всю ночь.

— Я с благодарностью лягу спать, — сказала Элен преувеличенно бодрым тоном.

Ксилси рассмеялась, как будто это была отличная шутка среди друзей.

Элен вымыла свою миску и ложку и расстелила спальный мешок. Призрак остался стоять на границе света от костра. Прислушивался ли он к звону колоколов в ночи?

Кем, Ипис, Лувиара и Ксилси устроились на подстилках, укрываясь от холода плащами и одеялами. Джирви лежал в центре круга, как камень. Может быть, это было из-за того, что она так устала, но Элен могла поклясться, что раненый страж все еще был окутан той туманной завесой сверкающего золота. Но больше никто не взглянул на него во второй раз, и это заставило ее спросить себя, видит ли эту дымку только она.

Элен проснулась на рассвете и обнаружила, что Джирви уже встал и жадно ест. Ксилси стояла у него за спиной, воинственно уперев руки в бока.

— Я думала, ты умер, — тихо сказала она.

— Ты желала, чтобы я умер, — сказал он, откусывая лепешку.

— Я ничего не желала. Ну, ничего такого, что могло бы задержать или навредить миссии. В любом случае, ты не центр моей жизни, даже если бы ты этого желал.

Он бросил взгляд на Ксилси, но было все еще было слишком темно, чтобы уловить оттенки этого взгляда. В его тоне смешались гнев и что-то еще, возможно, стыд.

— Я сказал, что сожалею, но тебе этого никогда не будет достаточно, так?

— Раньше я думала, что тебе не все равно, и ты должен знать.

Из темноты появился призрак.

— Я молю вас, стражи, прекратить этот спор, каким бы забавным он ни казался вам, потому что, уверяю вас, для остальных он не так интересен.

Оба стража застыли, словно превратились в соль.

— Что это у вас там, Фулмо? А, еще хлеб. Так и быть, хлеб вчера, хлеб сегодня, хлеб завтра. — Он устало вздохнул, взял свернутую в трубочку лепешку, откусил кусок, замер с удивленным выражением лица и откусил второй. — Но что это? Внутри что-то намазано мягким.

— По-моему, это печеночный паштет, Ваше Высочество, — сказал Джирви. — Козья печень, если вкус меня не подводит.

— Восхитительно. — Он бросил взгляд на Элен, словно желая убедиться, что она все