Голос из Тьмы - Настя Полос

Я вскочил, вновь ощутив, как грудь пылает.

– Богиня!

Подскочив с кровати, я сорвал кулон и поднял, вспоминая, что утреннее пробуждение было таким же. Опустив взгляд, обнаружил на груди темно-бордовый вслед от раскаленного Нешама – так назывался наш символ души и заключенной в ней магии. Я дотронулся до него, отмечая, что он стал остывать. Рана на груди тоже успокоилась и почти исчезла благодаря крупицам магии, что оставили Хранителям предки.

Я снова лег на кровать, мечтая провалиться обратно в сон. Однако Нешам вновь обжег кожу. В этот раз терпимее и не так болезненно.

– Такал! – поднялся я с рыком.

Нужно пойти к брату и спросить, что за дэволовы вещи происходят с Нешамом!

Умывшись, я расчесал короткие черные волосы. Лицо выглядело помятым, светло-фиолетовая кожа оставалась бледной, а родовые пятна в виде ромбов, что тянулись ото лба по векам, потускнели. Дядя всегда говорил, что мы с братом мало похожи на истинных инурийцев. Чаще всего кожа нашего яркого, насыщенно фиолетового цвета, по телу расходилась чешуя – у кого-то больше, у кого-то ее было меньше. Нам с братом, можно сказать, повезло: вся линия со стороны отца не обладала этой «красотой». Может, я дэволов изгой, но я радовался ее отсутствию. А вот по нашим с братом глазам сразу ясно, что в нас текла кровь древнего рода. Только у нашей семьи, происходящей от первого Хранителя, радужка полностью черного цвета переливалась в фиолетовую кайму, что, к слову, отлично помогало сразить девушек наповал.

Натянув на себя кожаные штаны и простую темную тунику. Я пристегнул брошь – отличительный знак служителя храма Хранителей. Золотой, массивный с изображением черного ока.

Осталась самая важная деталь. Нешам.

Инурийцы никогда не снимали кулон, лишь в редких исключениях. Нешам вечен. А вот цепочки нет. И, судя по утреннему инциденту, мою лучше заменить. Открыв ящик, я вытащил потрепанную коробку, в которой лежал всего лишь десяток простых плетеных нитей. Мамины. Щека невольно дернулась, когда очередная покинула хранилище.

Я поднял кулон и замер. С рождения капля оставалась цвета лазури, но сейчас она изменилась, приобретя прожилки и оттенки темного, почти черного цвета. К тому же я мог поклясться, что, когда я осматривал его после сна, не было никаких изменений.

Какого дэвола произошло?

Нешам – маяк. Говорили, что это кусочек души, предназначенной для тебя. Нешамы тянулись друг к другу, помогая их владельцам найти свою пару, предназначенную богами. Когда-то наш предок пожертвовал всем ради могущественного заклятия, и инурийцы утратили основную магию. Какую уже никто и не помнил. А Нешам стал своеобразной клеткой нашей силы. Кое-какая магия осталась только у Хранителей, но и в нас она была слабым отголоском.

Поиски пары стали редкостью. Сейчас все намного проще. Семьи договариваются между собой, или же влюбленные сами вправе заключить союз, но только с разрешения высших. Простонародью позволялось больше.

Но я никогда не слышал, чтобы Нешам менял цвет.

Я сжал губы в тонкую линию. Утро принесло слишком много хлопот. Лучше идти к тому, кто всегда наставлял меня и помогал в сложных вопросах. К своему старшему брату – Имрану.

Массивная дверь распахнулась со стуком, служанки низко поклонились, я оглянулся и быстро кивнул девушкам. Они принялись наводить порядок, а я покинул комнату. Путь лежал дальше по коридору с высокими потолками. Пусть за стенами храма и палили обжигающие двое солнц, что раскаляли пески и выжигали все живое, здесь царила прохлада, а гуляющий сквозняк приносил бодрящую свежесть. Толстые стены без окон помогали сохранить приятную температуру, под потолком узкие щели втягивали свежий воздух.

Обычно Эйп всегда был рядом. Наши комнаты граничат, и стоило мне покинуть свою, он мгновенно оказывался рядом. Но сейчас друга нигде не было видно, и я предположил, что он отдыхал. Пусть он и был моим телохранителем, который должен быть рядом всегда, в стенах Храма ему позволялись вольности. К тому же я был умелым воином и мог за себя постоять, поэтому если мне некуда было отлучаться, звать Эйпа было необязательным.

Голову резко сдавило, и меня замутило. Дэволово похмелье! Нужно меньше пить. Кажется, я говорил это каждый божий день. Усмехнулся сам себе, будто в этом месте возможно жить, не заливаясь литрами пойла.

Мы, Хранители, живем прямо в Храме. Наша задача оберегать и передавать знания из поколения в поколение. Верховный Хранитель является оплотом Инуры. Он негласное правление. Официально Инурой правят шесть наместников, но Верховный – духовный наставник стоит во главе. Раньше в совет входили Жрицы Богини, но со временем они растеряли власть, оставаясь лишь эхом и незримым голосом.

Хранителем нельзя просто стать, этот титул переходил строго по наследству из Первых семей. Мы жили отдельной общиной, со своими правилами и законами. Есть, конечно, младшие, обычные инурийцы, которые своим трудом и умом смогли попасть в ряды подчиненных, но им никогда не встать в ряды Высших.

Наша цель – отыскать пропавший меч, а затем служить Меках – Хозяину меча.

В моем детстве он был утерян. Я никогда не видел меча, хотя поступил на учение совсем ребенком. Еще до моего рождения началась война, а потом появился новый Меках – владелец меча, который должен был остановить бойню, но лишь все усугубил. Меч пропал, а мир утонул в крови. Время шло, меч все еще искали, мне больше до этого нет никакого дела, хотя когда-то я грезил этим.

Навстречу в спешке выбежал брат. Его всегда идеальный камзол синего цвета застегнут не до конца, а темные волосы распущены и неаккуратно лежали на плечах. Под широко раскрытыми глазами большие круги, и сам он, честно говоря, выглядел хуже меня. Я начал думать, что это все из-за моего вчерашнего отсутствия. Брат всю жизнь прикрывал мои похождения, пусть я его никогда не просил.

На языке вертелось очередное оправдание, но Имран перебил меня:

– Игнар! Случилось!

Мы очень похожи, в то же время настолько разные, что не каждый узнал бы в нас братьев. Он выше и шире в плечах, я ниже на полголовы. Он носит длинные волосы, всегда собранные в идеальный хвост или пучок, я же стригусь коротко. Имран – лучший ученик, преемник, тот, кто станет следующим Верховным. А я… Я Игнар. Младший брат, проблема и дэволов инуриец, если верить дяде.

Но если присмотреться,