Белый кот старейшины Цунчжэ. Том 1 - Юй Сы

– Амитабха, их души уже не спасти.

– Значит, не Се Дин, – вздохнул Цин Юйдунь, чувствуя, как оба его бока колет иголками. Даже с его невозмутимостью он понимал, что по какой-то причине оба его ученика невзлюбили друг друга.

– Учитель, может быть, я могу взять тот же иероглиф, что в вашем имени? – неожиданно спросил Маомао. Он не мигая уставился на старейшину, отчего тому невольно стало не по себе.

– Какой? – спросил он.

– «Юй», – нагло заявил кот.

Цин Юйдунь неожиданно подумал, что эти голубые глаза больше похожи на лед, чем на нефрит. Правда, холодом от них даже не веяло.

– Юй… Юй… – Он медленно проговорил слог, пытаясь подобрать пару.

– Ху, – донеслось сверху. Все трое обернулись, посмотрев на Дай Юня.

– «Ху» как тигр, – невозмутимо добавил тот, а затем снова уставился на арену, будто вовсе и не подслушивал их разговор.

– Юй Ху, – имя перекатилось на языке кота, и он расплылся в улыбке. – А мне нравится. Звучно. Благородно.

– Уж поблагороднее «Эрлана», – язвительно заметил А-Цю.

– Заткнись, А-Цю, – посоветовал ему Юй Ху издевательским тоном.

– Кто разрешал тебе так меня называть? Для тебя я шисюн Чэнь! – взорвался Дракон.

– Шисюн, прости меня, пожалуйста, этот шиди еще не до конца разобрался в старшинстве в секте.

– Замолчите оба, – неожиданно прервал их перепалку Цин Юйдунь, устало массируя точку между бровями. Юноши послушно примолкли.

Однако Юй Ху не мог сидеть молча слишком долго. Через некоторое время он снова повернулся к Цин Юйдуню.

– Учитель, – сладко произнес он.

Тот скосил на него глаза, мысленно вздыхая.

– Да?

– Получается, что вы так и не выбрали этому ученику имя. Может, тогда подберете мне личное имя? – Голубые глаза изогнулись в полумесяцы.

– У тебя разве нет детского имени? Я могу звать тебя по нему, – попытался уклониться старейшина Цунчжэ.

– Этот ученик сирота. У меня не было ни отца, ни матери, чтобы называть его в детстве, – горестно вздохнул кот, на его лице была написана вселенская печаль. – Никто не давал этому ученику ласковых прозвищ в детстве, меня всегда звали «Эй ты», «Иди-ка сюда», «Что ты сказал» и…

– Я понял-понял. – Цин Юйдунь почувствовал легкое раздражение и махнул рукой. – Может быть, у тебя снова есть какие-то предпочтения в имени?

– Нет, Учитель. – Юй Ху послушно сложил руки на коленях и уставился на арену, изображая из себя самого порядочного ученика в Поднебесной. Цин Юйдунь чуть сузил глаза, глядя на него.

– Биань, – наконец произнес он спустя целых четыре боя. Все это время Юй Ху терпеливо ждал, только иногда посылая пламенные взгляды хозяину. Теперь же он повернул голову и поднял брови. – «Би» как лазурь и «Ань» как спокойствие[166]. Я называю тебя так, чтобы ты усмирил свой нрав.

Однако, когда старейшина посмотрел в ярко-голубые глаза кота, то подумал, что, вероятно, ошибся с выбором имени или сделал его слишком очевидным. Он снова нахмурился в раздумьях, но Юй Ху уже схватил его белую ладонь и сжал.

– Спасибо, Учитель. Я постараюсь соответствовать этому имени, – сказал он, его горячие ладони обожгли прохладную кожу Цин Юйдуня. Тот выдернул пальцы, а затем посчитал, что ведет себя слишком холодно, и неловко похлопал нового ученика по плечу.

– Учитель рад это слышать, Биань.

– Биань, как же, – пробормотал себе под нос А-Цю, ненавистно глядя на эту «гармоничную сцену». – Скорее Бихань[167].

Кто бы мог подумать, что слова Дракона окажутся пророческими: в последующие годы Юй Ху иначе как братом Биханем не называли, как за глаза, так и в лицо. Прозвище, очень ярко отражающее его настоящий свирепый характер, прилипло к Юй Ху настолько, что даже Учитель в редкие минуты рассеянности называл его Биханем. Но все это – дела будущего.

Чэнь Цзяолун радовался свободе: до конца Конференции он не участвовал в боях, чтобы его основание укрепилось. Мин Дань тоже ни с кем не сражался – никто не вызывал его на бой после четырех побед подряд. Зато Хоу Пэн на удивление был нарасхват. На несколько дней вперед у него были расписаны сражения с сильнейшими учениками других сект и кланов.

Цин Юйдунь тоже наслаждался спокойствием. Все его дни на Конференции были заняты новоиспеченным учеником, и потому он закономерно посчитал, что сражаться ни с кем не будет. Он мирно сидел на своем месте на трибуне, из-под опущенных век наблюдая за учениками на песке. Юй Ху, в свою очередь, сверлил его взглядом.

– Учитель, – наконец не выдержал он.

– М-м? – отозвался тот, не открывая глаз целиком и не поворачивая головы.

– Вы больше не будете сражаться?

– Нет, – сказал Цин Юйдунь. – Я уже принял тебя в ученики, чего еще ты хочешь?

– Ничего не хочу. Этот ученик лишь думает, что другие заклинатели на Конференции жаждут сразиться с Учителем, – хмыкнул Юй Ху.

– Маловероятно, – спокойно заметил старейшина. – Раньше меня почти никогда не вызывали на бой. Только глава Чэнь.

– А я вот думаю, что этот Кролик направляется к вам со вполне определенной целью, – снова произнес Юй Ху, в его голосе прозвучала насмешка.

Цин Юйдунь наконец открыл глаза, поворачивая голову туда, куда смотрел его ученик. По ступеням к их скамье легкой походкой поднимался Мао Сун, молодой глава клана Кролика. Его длинная алебарда блестела на солнце.

– Старейшина Цунчжэ. – Он остановился перед Цин Юйдунем и мягко улыбнулся. – Я слышал, вы приняли нового ученика. – Его взгляд переместился на Юй Ху, который был похож на зверя, охраняющего своего хозяина. Кот неприязненно посмотрел на него. Нисколько не смутившись, Мао Сун снова улыбнулся Цин Юйдуню.

– Да, глава Мао, – кивнул старейшина. – Юй Ху, мой новый ученик. – Он тронул кота за плечо, представляя. Юй Ху растянул губы в неискренней улыбке.

– Не тот ли это Эрлан, что вызвал вас на все десять боев? – Глаза Мао Суна изогнулись в полумесяцы, а улыбка стала шире. Кот поборол желание оскалиться: что за излишне дружелюбный настрой?

– Верно, он. Я дал ему новое имя, – снова кивнул Цин Юйдунь.

– Как вашему ученику повезло. – Губы Мао Суна чуть дрогнули, и кот зарычал про себя: «Уж не издевается ли травоядное над этим достопочтенным?» – Предполагаю, что раз вы уже приняли его в ученики, то оставшиеся дни у вас свободны от боев?

– О. – Взгляд Цин Юйдуня похолодел на пару градусов. – Насчет этого…

– Раз Юй Ху уже ваш ученик, а до меня доходили слухи, что