Белый кот старейшины Цунчжэ. Том 1 - Юй Сы

И Чэнь последовал за ним вместе с Сы Сяоцин, которая сохраняла вечную невозмутимость на лице.

– Ох уж эти дети, – вздохнул Чэнь Цю, косясь на нее.

– По крайней мере, у главы секты уже есть два выдающихся ученика, – заметила Сы Сяоцин и более не проронила ни слова.

Цин Юйдунь и Чэнь Канлун замерли на крыше павильона друг напротив друга. На самом деле Цин Юйдунь тоже хотел проверить свои силы, и Чэнь Канлун подходил для этого лучше всего, но просить о бое – не в его правилах. Поэтому выходка А-Цю в самом деле не разозлила его, но легкое недовольство проскользнуло в душе. Стряхнув леность из-за приятного вечера, старейшина сжал клинок в руках, заставляя его покрыться корочкой льда. Бинжэнь задрожал, словно от возбуждения, вспыхивая светло-зеленым светом. Цин Юйдунь застыл, с прищуром глядя на противника. Дракон хмыкнул, посылая ци в сабли, и ринулся в бой.

Остальные замерли внизу, наблюдая за танцем клинков. Стиль сражения двух заклинателей кардинально отличался: Чэнь Канлун атаковал яростно, резко, отрывисто, с его сабель слетали искры, а быстрота движений была такой, что у Чэнь Цю закружилась голова. Он считался лучшим мечником мира и, даже выпив несколько кувшинов вина, все еще твердо стоял на ногах и атаковал в полную силу. Он не щадил Цин Юйдуня и не делал поблажек – он бился так, словно был готов зарубить соперника на месте. В его движениях чувствовалась мощь древнего Дракона.

Техника меча Цин Юйдуня была совершенно иной. Немногие лицезрели ее в жизни, поскольку он не любил принимать участия в состязаниях и считал, что высшая добродетель подобна воде[60]. Лишь те, кто сражался с ним бок о бок у Нефритового барьера, хорошо знали его стиль – как Чэнь Канлун, например.

Бинжэнь в руках старейшины, казалось, мог заморозить воздух: он скользил плавно, твердо, сверкая смертельным зеленым светом. Цин Юйдунь сражался изящно, даже можно сказать, что с ленцой, но каждое его движение было точно выверено. Чэнь Цю приоткрыл рот, следя за Бинжэнем, который был один против двух сабель. Юноша часто видел, как сражается дядя, но техника старейшины Цунчжэ… была потрясающе идеальной.

Чэнь Канлун превосходил его по мощи, и потому Цин Юйдуню приходилось биться в полную силу. Кроме того, против него играло то, что Дракон был знаком с его стилем и хорошо знал его технику. Однако на стороне старейшины был резкий скачок в совершенствовании, к чему Чэнь Канлун еще не привык. Кроме того, каким бы гениальным мечником ни считался глава клана Дракона, он был пьян, а любая выпивка ослабляет внимание.

Через некоторое время он отступил и опустил сабли.

– Цзисюань, а ты улучшил свое понимание Дао меча, – прохрипел он, переводя дыхание.

– Глава клана перехваливает меня, – скромно заметил старейшина, вкладывая меч в ножны на поясе. Его лицо оставалось спокойным и бледным, как обычно – словно даже такой яростный бой не заставил его дыхание сбиться.

– Отнюдь, – отозвался Чэнь Канлун, легко кивая и спрыгивая на землю.

– Кто из них победил? – нехотя тихонько спросила Цай Хуэй у Хоу Пэна. Она не поняла, а шиди всегда превосходил ее по наблюдательности. Оба ученика стояли с края двора.

– Глава клана Дракона, конечно, – сказал тот.

– Но шишу, кажется, вообще не устал, – удивленно заметила она.

– На самом деле… глава клана Дракона отступил в последний момент. Еще три удара, и шишу бы проиграл, – отозвался Хоу Пэн, жуя семена лотоса из мешочка в рукаве. – Но шишу был очень хорош. Он измотал лучшего мечника в мире.

– И у него даже не сбилось дыхание! – произнесла Цай Хуэй с легким восхищением, глядя на спину удаляющегося Цин Юйдуня, который распрощался со всеми и направлялся на пик Цунчжэ.

Хоу Пэн скосил на нее глаза, закидывая в рот очередную парочку семян. «Этой девчонке еще учиться и учиться, – подумал он. – Ну ничего, всему свое время».

На самом деле Цин Юйдунь был совсем не так невозмутим, как казался. Отлетев от пика Хаоюй на порядочное расстояние, он схватился за грудь и почувствовал во рту привкус крови. Выпрямившись на мече, чтобы по невнимательности не разбиться, он сжал руки в кулаки, а когда приземлился перед своей резиденцией, сплюнул сгусток крови. После этого Цин Юйдунь почувствовал себя намного лучше. Последний удар Чэнь Канлуна прошелся прямо по старым ранениям от недавнего Небесного бедствия, и то, что старейшину вырвало кровью, наконец-то принесло ему облегчение.

– Молодой господин, вы в порядке? – забеспокоился Хэ Си, оборачиваясь человеком и подбегая к нему. Хэ Ду в волнении захлопал крыльями, носясь рядом.

– В порядке. – Цин Юйдунь вытер струйку крови протянутым Хэ Си платком и направился внутрь своей резиденции. – Немного перестарался.

– Вам следует беречь свое здоровье! – тут же воскликнул Хэ Си. – Мне слетать за старейшиной Яопин?

– Не стоит, – отмахнулся Цин Юйдунь. – Я помедитирую, и все пройдет.

Он жестом отослал журавлей и открыл двери личных покоев. И застыл в изумлении, глядя в центр комнаты.

– Мяу? – Толстый белый шар на полу поднял голову из вороха перьев, оставшихся от одеяла, и посмотрел на старейшину невинными голубыми глазами.

– Что… – впервые за двести лет Цин Юйдуню захотелось выругаться.

Второй день Конференции Юньхэ прошел без происшествий. Слабые участники отсеивались, и в таблице все сильнее выделялись лидеры каждого уровня. Чэнь Цю уверенно продвигался вперед, побеждая одного противника за другим.

Чэнь Канлун, опустив голову на ладонь, смотрел на арену. Вид у него был угрюмый – Цин Юйдунь сегодня не пришел, сославшись на то, что ему нужно медитировать. Дракона также мучило похмелье, и на залитом солнечным светом помосте было слишком ярко.

– Глава секты, Цзисюань сегодня не придет? – в третий раз спросил он у И Чэня. Тот покачал головой: он уже дважды посылал Хоу Пэна на пик Цунчжэ, но тот натыкался на закрытые двери.

– Наверняка вчерашний бой истощил его силы, – пробормотал себе под нос Хао Лэй, но не осмелился говорить это слишком громко – он знал, что глава клана Дракона по какой-то невероятной и непонятной причине прекрасно относился к Цин Юйдуню. Этот ледышка смог заполучить в друзья лучшего мечника, а зная о его взрывном характере, провоцировать его не стоило.

Скучая от невозможности занять себя чем-то, Чэнь Канлун зевнул. Очевидно, что все сегодняшние бои были проходными, и лишь завтрашний день будет интересным. Он закинул в рот дольку какого-то фрукта и снова невидящим взглядом уставился на арену.

Цин Юйдунь, про которого все думали, будто он