Шрамы - Наталия Иноземцева

За дверью оказались пушистые облака. Из них, как из пенистой воды, вынырнули фигуристые, нагие девушки с белыми развевающимися косами. Они улыбнулись и протянули венки, сплетенные из ветвей мускатного ореха. Зазвучали нежные голоса:

– Ну вот, мы поймали тебя, принц, и берем в мужья…

Гроу лежал на тюфяке и разглядывал белого хорька. Зверек остервенело чесал за ухом и щурил красные глазки. Белая шерсть, значит, животное священное… Хорек его впечатлил. Притворился человеком, заманил в ловушку, выжил.

– Хочешь, назначу тебя командиром паладинов? – выдохнул Гроу. – Кому, как не святому, биться с рахо? Я разрешу тебе служить при дворе. Выделю земли для потомства. Чудовищам нестрашен меч, значит, нужна хитрость.

Его захлестнуло вдохновение – наверняка другие герцоги поддержат эту идею.

Дверь в комнатку открылась. Шурша юбками, вошла девушка. Кажется, он ее уже видел. Незнакомка поставила на ящик у тюфяка кувшин и отвела от лица темную прядь волос:

– Вам лучше?

Гроу ответил улыбкой, приподнял голову и провалился в темноту.

Гроу почувствовал на лбу холод и приоткрыл глаза. Над ним хлопотала все та же темноволосая красотка.

– Не двигайтесь, – она обтирала его лицо мокрой тряпкой.

Гроу рассмотрел девушку. Длинная шея, бледное аристократическое лицо, тугой корсет, сжимающий грудь, – вот бы его снять. Он приподнял подбородок и позволил обмыть шею:

– Странно. Раньше я мог представлять только мерзости – раздробленные перначом туши или висельника с перекошенным посиневшим ртом, а тут такое. Жаль, глаза у тебя темные. В Элрае сказали бы «грязные». И несет мускатным маслом. Его придумали бесы в темном мире, чтобы пытать людей.

Девушка подошла к окну и отодвинула занавеску. Лучи солнца скользнули по лицу. Свет на радужке преломился и задрожал золотистыми огоньками. Вот он, взгляд духа весны – теплый, пробуждающий в душе лучшее, наполняющий жизнью.

– Хотите пить? – она тряхнула волосами и перекинула их на одну сторону.

Звонкий голос словно разбудил Гроу. Смекнув, что незнакомка не фантазия, он вцепился в колючий тюфяк и сел. От резкой боли под лопаткой комната потемнела.

Что творится? Он оказался в заваленной барахлом каморке под самой крышей незнакомого дома.

Гроу вспомнил ранение и лекаря Таолара. Он попытался встать, но не почувствовал ног.

– Осторожнее. Пейте, – девушка втиснула ему в руку кувшин с красной жидкостью. Во взгляде не осталось тепла, красавице не шла роль сиделки. – Пейте. Скоро придет лекарь.

Гроу прищурился:

– Выпью и снова начну болтать с хорьком?

– Вы можете говорить с ним. К примеру, поблагодарить. Хорек спас вас, – девушка приподняла брови.

– Вынес на себе?

– Позвал на помощь.

– Кого? – Гроу прищурился. – Горную ведьму и мага?

Девушка повела плечом.

– А ночью вы меня элигой называли. И говорили на высоком вионском. Вы граф?

– Нет, – Гроу присмотрелся к девушке: безупречная осанка, утонченные жесты – служанка в богатой семье или сама аристократка? Он не нашел на ее руке браслета, говорящего о замужестве, или фамильного кольца. В любом случае девушка видела его во всей красе, и теперь можно было расслабиться. Он провел рукой по тугой повязке, сжимающей грудь. От сухого воздуха в горле запершило. Гроу кашлянул:

– Спасибо за помощь, но мне нужны ноги и… нужник.

Собеседница невозмутимо указала на ведро под окном.

Послышались глухие шаги и скрип ступеней – кто-то бодро поднимался на чердак. Дверь открылась, в каморку вошел мужчина с глиняным кувшином и ломтем хлеба в руках. Лекарь больше походил на следопыта: обувь стоптана, щиколотки защищены кожаными, аккуратно залатанными поножами, льняную рубаху прикрывал отороченный мехом лисы жилет. На поясе покачивались два охотничьих ножа с костяными рукоятями и подвески с металлическими пластинами, изображающими угловатые руны первопредков. Последнее удивило. Подвески носили на западе, значит, лекарь прибыл издалека.

– Исвена? – мужчина шмыгнул носом. – Я не увидел внизу ни лошадей, ни вашего сопровождающего, решил, вы уехали. Прекрасного утречка, герой, – улыбнулся, но взглянул так, словно Гроу обещал показать ему при встрече какой-то фокус. – Мне повезло раздобыть хорошего козьего молока, вионские селяне еще не догадались разбавлять его коровьим.

Он отдал кувшин девушке.

Исвена заглянула в сосуд и вздернула подбородок.

– Я все обдумала и поеду с вами.

Мужчина поднял брови:

– Никогда не понимал, что это означает: «обдумал все». Обычно так говорят те, кто вообще не напрягает голову. Ну что, герой, – приблизившись, он хлопнул Гроу по плечу, – уже бодр? Ни лихорадки, ни судорог…

Гроу скривился от боли.

– Будешь себя вести достойно? Не тронешь своих спасителей?

Гроу кивнул.

– Слово дал, нарушишь – ходить не сможешь никогда, – он стукнул Гроу по макушке.

Ноги дернулись, по мышцам разошлось тепло. Подобрав их, Гроу сел на колени и медленно поднялся. Таолар впечатлил его, таких чудес раньше он не видел.

Лекарь осмотрел его:

– Молодец. Разомнись. Только не пускайся в домеронский пляс. С такой раной надо поспать еще сутки. Мои травы на тебя слабо действуют…

Гроу не согласился. Травы действовали отлично, его никогда не посещало столько видений. Он оперся рукой о стену:

– Сколько я здесь?

За окном вилась широкая дорога, окруженная деревянными домишками, похожими друг на друга.

– Ты валялся два дня. Мы нашли тебя в горах со стрелой дора в спине. Скажешь, что неудачно упражнялся в стрельбе?

Гроу посмотрел исподлобья. Таолар выставил руки:

– Я не судья и сплетен не собираю. Однако кое-что спрошу, – он скрестил перед собой указательные пальцы, лицо стало серьезным. – Ни летери?

Гроу ничего не ответил, витиеватые слова ему ни о чем не сказали. Зато Исвена вскинула брови и приоткрыла рот.

– Ни летери? Не понял, нет? – Таолар оживился. – Вот и славно. Нужник справа от дома, герой. Повязку не снимай и не сверкай ею на людях. Лучше оденься. Нам с леди надо очень серьезно поговорить наедине.

Исвена сверкнула глазами и сжала губки.

Отыскав в углу около лежака свою одежду, Гроу с трудом нацепил жилет и плащ. Под ними лежали золотая цепь и кошель. Поколебавшись, Гроу спрятал деньги и нацепил украшение. Закрыв дверь, он замер и прислушался.

– Вы думаете, это он? – зазвучал тихий голос Исвены.

Ответа мужчины Гроу не расслышал, хоть приблизился к двери почти вплотную.

– Нет, – голос девушки дрогнул. – Вы