Всадник дракона - Таран Матару

Он почувствовал облегчение, ступив в тень у входа в бани, прошел между двумя величественными колоннами и оказался на освещенной факелами лестнице, ведущей вниз.

Джай много раз бывал здесь с Леонидом. Старик наверняка недоволен тем, что его заперли в этом месте. По его словам, от горячей воды у него болели кости… Его присутствие в банях наводило на мысль, что болезнь Ивара могла быть серьезнее, чем говорили. Члены королевской семьи находились в строгой изоляции.

Чем глубже они спускались, тем больше стражников становилось на лестнице. К удивлению Джая, данчан было почти столько же, сколько дворцовой стражи. Очевидно, королевская семья проживала здесь уже некоторое время, поскольку Коринф двигался беспрепятственно.

Это было роскошное, гулкое место. Когда они наконец дошли до конца лестницы, двое стражников тщательно обыскали их, прежде чем пропустить. У Джая забрали бритву, и он был рад, что смыл с нее кровь перед уходом из комнаты.

Обычно он был вне себя от радости при возможности понежиться в горячих ваннах – когда Леонид приезжал сюда, Джаю разрешалось пользоваться этими удобствами, в то время как старика баловали красивые массажистки. Эта часть старику нравилась, хотя Джай подозревал, что Леонид перестал ездить в бани, потому что его маленький генерал (однажды Джай услышал, как Леонид называл свой пенис) больше не выполнял некоторые функции.

Наконец Джай получил разрешение пройти и зашагал по мозаичным полам, каждый дюйм которых изображал какую-нибудь победу сабинян в битве. Ему становилось тошно при виде мертвых степняков, грудами наваленных на поле боя за блистательной Гвардией грифонов и ликующими легионерами, – очевидная показуха.

Воздух был горячим, и по мере того, как жар усиливался, у Джая раскалялась голова. На гранитных стенах мерцали факелы, дым смешивался с пьянящим паром, который наполнял коридоры и просачивался через хитроумные вентиляционные отверстия в потолке. Коринф неумолимо тянул Джая вперед, мимо мест, обычно открытых для состоятельной публики, затем для знати – и наконец, к частным владениям членов королевской семьи.

Королевский вход представлял собой величественную арку с каменной резьбой, и Джая пришлось буквально перетаскивать через порог, прежде чем другой дворцовый стражник снова его обыскал. Теперь побег казался невозможным. Единственным утешением было то, что Тита и Магнуса здесь не будет. Зато будет Леонид… Хотя старик наполовину оглох и ослеп, его ум оставался таким же острым, как и раньше. Если кто и мог раскусить хрупкий план Джая и Балбир по обмену телами, то только он.

Значит, лучше не попадаться ему на глаза.

– Это слуга Леонида, – предупредил Коринф людей, стоявших на страже, передав Джаю книгу. – Он меня заменит. – Стражники интереса не проявили, но кивнули в знак согласия. – Ладно, подтирка, – прорычал Коринф, толкнув Джая ногой в поясницу. – На этом я тебя оставлю. В следующий раз, когда заболеешь, не тяни с выздоровлением. Иначе пожалеешь, что не сдох от лихорадки. Если понадоблюсь Леониду, я буду дежурить у входа. Но не заставляй меня сюда возвращаться!

Джай не ответил, а лишь уставился ему вслед. Значит, о попытке его казни никто не знал?

– Раздевайся, – велел стражник, который его обыскивал.

– Я… что? – не понял Джай.

– Приказ императора, – сказал стражник.

– Но зачем? – спросил Джай. Об отравлении было известно всем?

– Хочешь, чтобы я сначала тебя избил? – прорычал стражник. – Никому нельзя входить сюда в одежде! Книгу тоже оставь – мы ее проверим и попросим пленную девушку ее принести.

Джай замешкался, медленно расстегивая рубашку, чтобы выиграть время. Он мог повернуть назад. Вряд ли они бы его остановили – они не знали, зачем он здесь.

Джай мог подождать, пока Коринф поднимется по лестнице, а потом улизнуть, надеясь, что его не заметят, когда он будет бежать по ступеням. Но если заметят, сабиняне начнут охоту за ним еще до того, как он покинет город, – живым или мертвым…

Даже если его не поймают, он нарушит условия мира между степными народами и сабинянами. Джаю повезет, если его дядя сам не станет его преследовать.

Но сейчас он был здесь. Ущерб уже нанесен. Почему бы не продолжить?

Именно вид, открывшийся за спинами стражников, помог принять решение. Впереди было два прохода – один для мужчин, другой для женщин. Поскольку сюда пропускали только членов королевской семьи и их личных слуг, он знал, что Эрика и Фрида, скорее всего, будут одни в женском отделении.

Он предупредит ее. И попросит о помощи.

– Ну? – нетерпеливо рявкнул стражник.

Джай стянул рубашку через голову, казалось, в сотый раз за день.

– Хорошо. Я разденусь.

Проникнуть в женское отделение было достаточно легко: ароматный туман здесь был настолько густым, что там, где коридор разделялся на два, стражники казались смутными силуэтами.

Когда мать Тита умерла, женское отделение было заброшено и осталось гнить. Теперь полы снова сияли, хотя Джай видел, что кое-где грязь быстро счистили шваброй к краям стен.

Он прошел дальше по коридору, пожалев, что не исследовал эту часть бань раньше. Джай знал только то, что эта зона намного меньше, чем мужская, – ведь в прошлом ею пользовалась лишь одна дама.

По дороге юноша ощущал холодок внизу живота. Обнаженный, он шел, прикрыв пах обеими руками.

Смущение при мысли о том, что его увидят голым, было лишь мимолетным чувством. Вскоре оно сменилось ужасом: только сейчас Джай понял, что проявленная им бестактность, когда он сел на место Тита, меркла по сравнению с нарушением уединения королевской особы. Если Тит не убьет его за то, что Джай так поступил с его невестой, то Эрика вполне способна сделать это сама, даже не предупредив.

Когда наконец открылся проход в единственную комнату, он с облегчением услышал тихий женский шепот. Она здесь! Это она…

Джай сделал неуверенный шаг вглубь, заметив в центре бассейн с водой, от которой шел пар. Тут же он почувствовал острый укол в шею и прикосновение мягкой кожи к спине.

– Еще один шаг – и он будет для тебя последним.

Голос был так близко, что Джай чувствовал горячее дыхание у уха. Данчанка. Женщина. Это было все, о чем он мог думать, остальные мысли из головы улетучились.

Боль усилилась, и Джай понял, что к его яремной вене прижато оружие.

– Пожалуйста, – прошептал он. – Я Джай, сын Рохана. Я пришел предупредить принцессу. Позвольте мне сделать это, и я уйду. Мне больше ничего не нужно.

Давление на шею немного ослабло, хотя похитительница прильнула к Джаю еще ближе. Он старался не думать о мягких холмиках, прижимавшихся к его спине… или о том, как ее лобок касался его ягодиц.