Корона огня и пепла - Мира Салье

– Скажи это. Признайся в том, что ты сделал. И клянусь, я найду клинок перворожденного архангела и всажу его в твое гнилое сердце…

Голоса принцев ада были настолько утробными, почти звериными, что Делла едва разбирала их речь.

Глаза Эмилиана округлились, когда Кэл совершил невозможное – в ярости разорвал кровавые путы.

Однако за мгновение до того, как он кинулся на брата, их отбросило друг от друга сторонней силой.

– Дети мои, не ссорьтесь.

На арене воцарилась неестественная тишина, намекая на то, что домой вернулся более опасный хищник. Исходящие от него волны силы обрушились на толпу демонов на арене, и все они упали на колени, склонив головы перед повелителем преисподней.

Дьявол появился в сполохах огня. И когда языки пламени спали, смятение пронзило нутро Деллы, потому что перед ними предстал… король Виана.

Что происходит? Это какой-то обман зрения?

Один взгляд на мужчину напротив ясно давал понять, что перед ними находился вовсе не Николас Вианорт. Но какого хрена Дьявол выглядел как его брат-близнец? Если бы не жуткие красные глаза, в которых плескалась древняя пустота, они с королем Виана были бы неотличимы друг от друга, подобно Кэлу и Эмилиану.

Не-воз-мож-но.

Николас никоим образом не мог быть повелителем преисподней, тем более его братом-близнецом, перворожденным архангелом. Вероятнее всего, он принял внешность короля Виана? Но зачем?

Кэл смотрел на отца с неменьшим недоумением.

Однако Дьявол вперил взгляд в другого принца.

– Что ты тут устроил. – И это был не вопрос.

Гребаные Творцы, что за голос! Шелковый и стальной одновременно, полный искушения и смерти. Такой голос запросто мог совратить человека на любой грех и порок – стоит лишь шепнуть несколько слов на ухо. Но за всеми мягкими нотками таилась смертельная опасность.

– Отец, я…

– Молчи. – Его спокойный тон заставил Эмилиана закрыть рот, и принц склонил голову, словно нашкодивший мальчишка.

То, кем являлся лже-Николас, ощущалось в одном его присутствии, не говоря уже о манере двигаться. Каждый его шаг, каждый шелест крыльев, даже то, как он дышал, выдавали в этом мужчине древнее, могущественное создание. Сила обычного ангела, тем более архангела, была поистине велика, а перед ними сейчас стоял перворожденный архангел.

Вся арена была пронизана дьявольской мощью. Вокруг его плеч клубилась алая аура, ее сгустки напоминали дар Кэла и Эмиля, но ярче и гораздо свирепее.

– Я оставил четкие распоряжения насчет поднебесного мира и твоего брата, а вы устроили бойню за эту полукровку. – Повелитель преисподней оглядел ее покрытое кровью тело с головы до ног и поморщился. Его взгляд сделался безжалостным. Перворожденный, смертельно опасный хищник, оценивающий добычу.

– Отец, вы знаете, я не могу противиться жел…

– Я сказал молчать.

– Иди к мужу, – вдруг услышала Делла.

Решив, что ей почудилось, она повернулась к Корнелю. Он протянул руку и сжал ее ладонь. На его пальцах блестели рубиновые перстни – точно такие же носил Кэл, когда играл роль брата – короля Риналии. Она должна была понять раньше!

– Как только окажешься рядом с мужем, я сотворю разрыв. Он приведет вас прямиком к вратам. Уходите, иначе ты больше никогда не покинешь ад. Он не позволит…

– Вы же говорили, что не настолько глупы, чтобы открыто выступать против Дьявола.

– Я не бросаю ему вызов. Я защищаю свою дочь.

Делла промолчала. Просто не знала, что сказать.

– Понимаю. – Лицо Корнеля не изменилось. – Я ни на что не рассчитываю.

– Что он с вами сделает за это?

– Я уже мертв. Что еще со мной можно сделать?

На мгновение она даже оторопела.

– Не прикидывайтесь дураком. Вы демон, наделенный душой. Дьявол отправит вас в долину Воздаяния.

– Я о себе позабочусь.

Делла не двигалась, просто смотрела на красивое, совершенное лицо, полное решимости.

– Уходи, или будет слишком поздно. И запомни: что бы ни случилось, повелитель преисподней должен остаться в живых или всем нам придет конец.

– О чем это вы?

– Запомни мои слова. Иди!

В мгновение ока она оказалась рядом с мужем, который все это время внимательно следил за разговором старшего принца и короля ада. Кэл уставился на ее руку, сжавшую его ладонь. В его красных глазах отразился вопрос. Но Делла покачала головой и попятилась к открывшемуся за их спинами разрыву, затягивая их в полыхавшую алыми язычками пламени дыру.

Оставалось только надеяться, что проход выведет их к вратам до того, как им успеют помешать.

29

Кэллам

Когда они выпрыгнули из разрыва, Кэл сразу догадался, что их выбросило на пороге Врат Дьявола.

– Скорее! – прокричала Делла, поднимаясь на ноги.

– Какого хрена? – Он видел, что Корнель сотворил разрыв, но никак не мог понять, с чего вдруг правая рука повелителя преисподней помогает им.

– Позже объясню. Идем!

Маленькая мышка стояла в двух шагах от него. Покрытая чужой кровью.

Ему захотелось притянуть ее ближе к себе, но в этот момент возле них возникла громадная чешуйчатая тварь. Прежде чем Кэллам успел среагировать, она сомкнула челюсти у него на шее, и Делла закричала. От накатившей волны боли он содрогнулся, но все же сумел выставить руку, велев любимой оставаться на месте. Тем более зверь не вырывал ему горло, только крепко держал, впившись в плоть острыми зубами. По шее стекала горячая кровь.

Сзади послышалось рычание. К ним приближалась еще одна тварь, отрезая все пути к отступлению.

У них с Деллой не было ни магических сил, ни оружия… Конечно, Кэл мог бы и голыми руками разделаться с адскими хищниками, однако положение, в котором он оказался, вынуждало его не двигаться. Одно неверное движение – зверь порвет ему горло. Это не убьет принца ада, но на исцеление потребуется время, которого у них не было.

– Куда-то собрались? – раздался голос, неотличимый от его собственного.

Эмилиан рявкнул дьявольской зверушке, и челюсти на шее Кэллама разомкнулись. Тварь с мускулистым телом, покрытым черными чешуйками, отползла. Шипастый хвост яростно метался по каменистой земле. Острые кривые зубы покраснели от его крови.

– Дернетесь – и я прикажу питомцам отца продолжить развлечение.

– А-а, это ты, братец, – ответил Кэл, зажимая рукой глубокие укусы.

Эмилиан был один. От него исходили пульсирующие волны силы, а на лице играла та же холодная насмешливая улыбка, что и минутами ранее, когда