Направо от Юпитера - Матвей Геннадьевич Курилкин

— Д-да, — с запинкой пробормотал нейроумок. Собственно, с самого начала было понятно, что он посыплется. Но чтобы так быстро! Макс опять начал злиться.

Дядечка в пиджаке, между тем, не стал давить. Наоборот, смягчился.

— Скажите, Иванов, когда вы устроились на работу на «Краба»? — Зачем-то уточнил мужчина.

— Совсем недавно, около двух недель назад, — растерянно ответил нейроумок, и тут же обрадованно добавил: — Только не на «Краба», а на «Креветку»! Вы, должно быть, ошиблись! Для неспециалиста эти корабли похожи, но они значительно отличаются по грузоподъёмности и необходимому экипажу!

Вид у Вани был донельзя довольный — помог человеку, исправил ошибку. «Просто отличник, мать его!»

— Спасибо, я действительно перепутал. Вы большой молодец, что меня поправили! — скупо улыбнулся шпак. — Вам нравится работать на «Креветке»?

— Очень нравится! — Довольно улыбнулся Иван. — Это очень увлекательная работа! Столько всего происходит интересного! Столько общения!

— Вот как! Мне тоже очень интересно. Я, к сожалению, не являюсь пустотным работником, в космосе бывать не доводилось. Расскажите мне о вашем последнем рейсе. Должно быть, это было очень интересно. Тем более, он ведь должен был попасть не к вам, а к Алексею Беспалому, насколько я знаю. Мы с ним поговорили на эту тему, но мне не слишком понятно, как так получилось, что заказ попал к вам.

— О, это просто случайность! — Радостный, что может услужить собеседнику и развлечь его интересным разговором, вещал Иван. — Просто так сложилось, что команда Алексея взяла сразу два заказа на одно время…

Всё, в общем, выложил. И про полёт рассказывал во всех подробностях, и про сбор мусора — ни одного добытого обломка не забыл, демонстрируя, какая у него отличная память.

— А когда вы заметили тот контейнер? — Переспросил лысый с папочкой.

— На четвёртый день, во второй половине дня! — Сказал Иван. — Он шёл в сторону Солнца, немного не касаясь нашей зоны очистки, но Максим, мой начальник, решил, что это не слишком большое нарушение… ой!

Очень он расстроился, что проговорился. Но лысый его тут же успокоил. И расспрашивал дальше. Подробно. А Ваня уже и не пытался ничего скрывать — всё рассказывал в подробностях. На все уточняющие вопросы отвечал. И, кстати, судя по уточняющим вопросам, корпорат был уверен, что они не случайно нашли этот контейнер.

Макс остановил воспроизведение и с силой потёр лицо. Обвели вокруг пальца как ребёнка. Хуже, чем ребёнка. Даже пятилетний не купился бы на такое. Да что там! Даже виртуальный помощник на раз раскусывает такие уловки. Всё выложил, до последнего.

На Ивана Максим даже не злился. Глупо и бессмысленно. Сам виноват, что решил его засадить. Обезопасил, тоже мне. И оправдания в стиле «никто же не знал, что на находку отреагируют так резко» — это только оправдания.

«Ты просто повёлся на простое решение. Ещё и радовался — целых восемь дней отдохну от этой занозы в заднице. Ну как, отдохнул?» — Корил себя Макс.

Конечно же, у корпорации нашёлся на станции свой человек, который умеет обращаться с нейроумками. Впрочем, ему даже не надо было уметь. Мог не хитрить, а просто надавить на Ивана, он и так был готов в любой момент расколоться.

— Максим, мне кажется, ты расстроен! — Подал голос Иван. — Я действительно проговорился, но я потом спросил этого господина, он сказал, что я всё сделал правильно!

— А ты не допускаешь мысли, что кто-то может говорить неправду?

— Но… это же облечённый властью человек! Другого бы просто не пустили, чтобы поговорить с заключённым! Как же он может врать?

— Ну да, ну да. В общем так, Ваня. Ты там каких-то объяснений хотел — их есть у меня, — вздохнул Макс. — Ни на какое задание мы не летим. Тебя обманули. Этот лысый никакое не официальное лицо. Он работает на корпоратов. Скорее всего — на «Росперраз», или даже их материнскую компанию. Так вот — корпораты подозревают, что мы с тобой не просто так нашли тот контейнер. Они уверены, что это подстава. Что нас, точнее, меня, подговорил кто-то из их противников. Может, другая корпорация, может, ещё кто-то враждебный — не знаю, я в этой кухне не разбираюсь. Так-то судя по тому, какая шумиха поднялась вокруг этого контейнера даже на Земле, так оно и есть. Так вот. «Росперраз», а точнее, те, чьей дочкой эта фирма является, будут стараться нас с тобой перехватить, как нежеланных свидетелей. Постараются выбить из меня информацию, которой у меня, как ты понимаешь, нет. Сдаётся мне, они не знают, кто под них копает, и надеются узнать это от меня. Дебилы. Но нам от этого не легче, потому что если мы попадём к корпоратам, то уже не выберемся. Убьют нас, Ваня. В общем, чтобы не закончить как Лёха, нам нужно скрыться. Очень нужно. Американский сектор для нас закрыт, мы с ними враждуем. Европейский — тем более. С китайцами мы, наоборот, слишком сильно дружим. Остаётся корейская свободная зона. Вот туда мы сейчас и летим.

— Но это же запрещено! — Голос у Ивана звучал обиженно, как у ребёнка. — Ты понимаешь, что втягиваешь меня в преступление⁈ Российские суда не могут покидать нашу зону без специального разрешения!

— Я тебе жизнь спасаю, — возразил ему Макс. — Если тебя найдут корпораты — точно не пожалеют. Как и сто двадцать твоих нейроумистых братьев и сестёр. И если ты сейчас скажешь, что это будет с их стороны незаконно — я разочаруюсь в умственных способностях тебя или твоей нейросети. Вот честно. Ты, вроде, совсем недавно мог удивиться, как у нас замечательно работают законы.

— Ты должен был предупредить меня до того, как мы отправились! Ты — мой начальник, но это выходит за рамки рабочих обязанностей! Это всё равно, что похищение! Чем ты тогда отличаешься от тех людей? Корпоратов!

— Неа, не должен, — хмыкнул Максим. — Мне сержант полиции практически приказал увезти тебя со станции. А указания представителя власти нужно исполнять. Вот я и исполняю. Ты, Ваня, такая заноза в заднице, что тебя даже из тюрьмы выгнали раньше времени, представляешь⁈ Не заметил, что тебе ещё сутки положено сидеть? Вот и считай, что тебе заменили последние сутки отсидки ссылкой. На месяцок примерно, надеюсь…

Удивительно, но последний аргумент на Ивана