Землянка для адмирала - Ксения Старк
Но он не дал мне закончить.
Резко подняв меня, он прижал к стене, подхватил мою ногу, обвившуюся вокруг его бедра, и без предупреждения вошёл в меня.
Мы оба застонали. Он был таким большим, и я чувствовала каждый сантиметр.
— Ты… моя, — прорычал он.
Я впилась ногтями в его плечи, цепляясь за него, как за единственное спасение. Его губы прижались к моей шее, зубы слегка впились в кожу и я закричала.
— Да… Саргон…
Он ускорился, его бёдра бились о мои, вода хлестала вокруг, смешиваясь с нашими стонами. Я чувствовала, как нарастает это невыносимое напряжение, как внутри всё сжимается вокруг него.
Волны удовольствия накрыли меня, тело затряслось, а он продолжал двигаться, продлевая мои конвульсии, пока сам не зарычал и не влил в меня горячую струю спермы.
Мы стояли, тяжело дыша, прижавшись друг к другу.
— Вот чёрт… — прошептал он, целуя моё плечо.
Я рассмеялась, слабая, счастливая.
— Ты… невыносим.
— А ты обожаешь это.
И он был прав.
Я обожаю его.
Всё в нём.
Его силу. Его грубость. Даже этот чёртов хвост, который сейчас обвился вокруг моей ноги, будто не хотел отпускать.
Я прижалась к его груди, слушая, как бьётся его сердце.
И поняла — я больше не хочу останавливаться.
Я хочу быть только его.
И пусть весь мир рухнет — мне всё равно.
— Ты же помнишь, что одного раза мне мало? — прошептал Саргон.
Я открыла рот, чтобы ответить, но он уже подхватил меня на руки и мой возглас:
— Саргон! — превратился в смешанный со смехом визг, когда он резко перебросил меня через плечо, положив руку на мою попу.
Я била его по спине, задыхаясь от смеха и недавнего оргазма.
— Пусти! Я же... мокрая ещё…после душа.
Он швырнул меня на кровать, и, прежде чем я успела отползти, его тяжелое тело прижало меня. Его глаза горели тем самым хищным огнем, когда он наклонился и прошептал прямо в губы.
— Знаю. — Горячее дыхание смешалось с моим. — И чертовски рад этому.
Глава 20
Его губы снова накрыли мои — горячие, влажные, настойчивые. Я впилась пальцами в его плечи, чувствуя, как под кожей играют мышцы, как его тело прижимает меня к кровати с такой силой, что даже дышать становится сложно. Но мне и не нужно было дышать — только чувствовать его.
— Саргон… — мой стон растворился в его поцелуе, когда его пальцы скользнули между моих бёдер, ловко находя то самое место, которое уже пульсировало от желания.
Он приподнялся, чтобы посмотреть на меня, и в его глазах горело что-то новое — не просто желание, а… нежность? Нет, слишком мягкое слово. Это было что-то глубже, что-то, от чего сердце колотилось ещё сильнее.
— Говори, — приказал он, но не грубо, что на него не было похоже.
Я не понимала, чего он хочет, пока его пальцы не надавили сильнее, заставив меня вскрикнуть.
— Я… я… — слова путались, мысли расплывались.
Он наклонился ближе, его губы коснулись моего уха.
— Скажи, чего ты хочешь.
Я зажмурилась, чувствуя, как волны удовольствия накатывают всё сильнее.
— Тебя… — выдохнула я. — Только тебя… всегда…
Его пальцы замедлились, но не остановились, продолжая водить по мне, растягивая наслаждение.
— Всегда? — он приподнял бровь.
Я не успела ответить — его губы снова захватили мои, а пальцы вошли в меня глубже, с такой уверенностью, будто знали мое тело лучше, чем я сама. Я выгнулась, впиваясь ногтями в его спину, чувствуя, как под кожей играют мышцы.
— Ты так отзывчива… — он прошептал это прямо в губы и его дыхание смешалось с моим.
Его хвост скользнул по моему бедру, обвиваясь вокруг ноги, а потом медленно поднялся выше, к внутренней стороне бедра. Я замерла, чувствуя, как он касается, едва-едва…
— Саргон… — мой голос сорвался на стон, когда его хвост провёл по самой чувствительной зоне, нежно, но с такой дразнящей медлительностью.
Он ухмыльнулся, наблюдая, как я дрожу.
— Нравится?
Я могла только кивнуть, потому что его пальцы вот-вот доведут меня до края, а этот чёртов хвост — он знает, что делает.
— Скажи. — потребовал он.
— Да… — выдохнула я, чувствуя, как волны удовольствия накатывают всё ближе.
Он ускорился, пальцы двигались быстрее, глубже.
— Кончай, — приказал он, и его голос звучал так грязно, так властно, что я взорвалась, крича его имя, цепляясь