Спецзадание "Выйти замуж" - Асоль Ари

Генералитет рассматривал вариант открытой войны. Звездный флот мог бы отправить армаду крейсеров и отбить свои планеты силой, но аналитики выдали пугающий прогноз: полномасштабный конфликт в секторах добычи означал бы полное уничтожение инфраструктуры. Пираты взорвали бы шахты при отступлении. Это привело бы к миллионным жертвам и неминуемому коллапсу. Без этих последних резервов центральные миры Союза погрузились бы во тьму через несколько месяцев, остановились бы заводы, системы жизнеобеспечения на орбитальных станциях вышли бы из строя. Открытая война — это кризис, который Союз не пережил бы.

Именно поэтому, когда закрытая, варварская система Сиам внезапно подала сигнал о готовности к торговле, дипломаты Альянса ухватились за эту возможность мертвой хваткой. Сиамий был в несколько раз эффективнее плазмы. Его фантастическая энергоемкость позволила бы Союзу планет пережить кризис без приостановки дальних экспедиций и сокращения жизненно важных поставок на колонии.

Любые другие, альтернативные решения потребовали бы катастрофических жертв: введения жесткого пайкового нормирования, заморозки исследовательских миссий с Содружеством, отмены патрулей и закрытия десятков стратегических программ. Это нанесло бы колоссальный удар по экономике и авторитету Звездного флота, отбросив развитие Союза на десятилетия назад.

Договор с Сиамом был самым оптимальным, идеальным выходом именно из-за эффективности их ресурса. И главное — он предотвращал кровопролитную бойню на окраине. Мирная торговля спасала Союз от гибели.

— Он знает, — тихо произнесла я вслух, глядя на мерцающие красные точки захваченных колоний.

— Что? — Ридли поднял на меня покрасневшие глаза.

— Лорд Ваи. Он прекрасно осведомлен о нашей ситуации с пиратами и последствиях взрыва сверхновой. Он понимает, что этот договор нужен нам больше, чем ему.

— Конечно, понимает! — генерал раздраженно махнул рукой. — У них феноменальная агентурная сеть для изоляционистов. Он держит нас за горло, Клео. Этот дикарь в шелках выкручивает нам руки, потому что знает: если он откажет, послезавтра мне придется отдать приказ о бомбардировке собственных колоний.

Ридли сжал кулаки.

— Держите его в хорошем настроении, агент Нова. Любой ценой. Всё, что он попросит в рамках протокола — обеспечьте. Завтрашний день решит судьбу миллиардов. Вы свободны.

Я отдала честь и вышла из кабинета. Двери за моей спиной с шипением закрылись.

Воздух в пустом коридоре подернулся рябью, и на уровне моего плеча материализовался фиолетовый фенек. Зверек сидел на невидимой полочке и задумчиво обмахивался крошечным веером, сложенным из бланков капитуляции.

«"Любой ценой", — саркастично передразнил генерала Фаро, выразительно приподняв бровь. — Если бы Ридли знал текущие расценки Владыки, капитан, он бы уже заказывал для вас свадебный торт и перевязывал вас подарочной ленточкой от лица всего Альянса».

«Заткнись, Фаро», — мысленно огрызнулась я, направляясь по коридору.

Но шутка ИИ ударила в самую точку. Если бы Ридли знал, какую именно цену Халидан Ваи собирался потребовать за свое топливо... Альянс продал бы меня, не раздумывая ни секунды.

Я шла по коридору к своей каюте, и мои мысли метались, как загнанные в ловушку зверьки. Владыка Сиама был гениальным стратегом. Он использовал глобальный топливный кризис Союза как идеальную декорацию для своей личной охоты.

Он шантажировал целое государство, чтобы загнать в угол одну женщину. Свою сбежавшую сиамскую девочку.

«Фаро, — мысленно обратилась я к ИИ, заходя в свою каюту и блокируя дверь на максимальный уровень доступа. — Проанализируй поведение Владыки. Чего он ждет? Почему просто не заявит свои права на меня официально?»

«Анализ поведенческих паттернов субъекта Ваи показывает высокую склонность к доминированию и контролю, — отозвался Фаро. — Если он раскроет ваш секрет Союзу, вас выдадут ему как вещь. По дипломатическому соглашению. Но, судя по его словам в инженерном секторе, он не хочет получать вас из рук ваших командиров».

Я присела на край жесткой койки, обхватив голову руками.

«Он хочет, чтобы я сдалась сама».

«Именно, капитан. Это вопрос охотничьего азарта и установления иерархии. Субъект хочет сломить вашу волю. Он создает условия, при которых вы сами сбросите форму Звездного флота и выберете его власть».

Мои губы тронула горькая усмешка.

Халидан знал о топливном кризисе. Он знал о моей преданности флоту. И он медленно, методично затягивал петлю. Завтра решающий день переговоров. День подписания. И моя интуиция химеры вопила о том, что Владыка Одиннадцати Миров подготовил к финалу свой главный, перевешивающий все аргумент.

Я легла на спину, глядя в серый потолок каюты. Тело всё еще помнило его прикосновения, а разум бился в тисках долга. Завтра мне предстояло сделать самый сложный выбор в моей жизни.

Утро финального дня переговоров выдалось пепельно-серым. Искусственное освещение станции казалось тусклым, а гул рециркуляторов воздуха оглушительным.

Я застегнула китель, проверила заряд в парализаторе и почти физически ощутила, как на плечи давит невыносимая тяжесть. Ночь прошла без сна. Я часами смотрела в темноту, перебирая варианты, просчитывая векторы атаки, пути отхода и политические лазейки. И каждый раз алгоритмы моего мозга, усиленные аналитикой Фаро, выдавали один и тот же результат: тупик.

Халидан загнал меня в идеальную ловушку, где моим главным врагом стал мой собственный долг.

В Главном зале переговоров царила атмосфера, которую можно было резать тактическим ножом. За круглым столом из черного стекла сидели бледные, покрытые испариной дипломаты Альянса. Генерал Ридли стоял у стены, скрестив руки на груди, его лицо превратилось в каменную маску.

Напротив них, откинувшись на спинку кресла с ленивой грацией сытого хищника, сидел Халидан Ваи.

Сегодня он был одет в строгий черный мундир, лишенный любых украшений, кроме серебряной цепи, скрепляющей ворот. Эта простота делала его еще более пугающим. Ему не нужны были статусные вещи, чтобы доказать свою власть, она сочилась из каждого его движения, из тяжелого взгляда льдистых глаз, подчиняя себе пространство.

Я стояла в пяти шагах позади генерала Ридли. Идеальная осанка, руки за спиной. Лицо — непроницаемая маска.

В центре стола мягко пульсировал голографический свиток: договор о поставках сиамия на ближайшие пятьдесят лет. Тот самый документ, который спасет миллиарды жизней и предотвратит кровавую войну на Окраине.

— Владыка, — голос председателя дипломатического корпуса чуть дрогнул. Он промокнул лоб платком. — Мы внесли все поправки, касающиеся таможенных пошлин. Флот Альянса обязуется не входить в закрытые сектора Сиама. Транспортировка будет осуществляться вашими судами до нейтральных зон.

Халидан медленно кивнул. Он не смотрел на текст договора. Он смотрел на меня. Этот взгляд проникал под кожу, под форму, в саму мою суть. Он отсчитывал секунды до моего падения.

— Меня устраивают эти условия, — его глубокий голос эхом разнесся по залу,