Спецзадание "Выйти замуж" - Асоль Ари
— Вы пришли извиниться, сэр? — тихо спросила я, не оборачиваясь.
— Я пришел объяснить. Вы должны понимать, почему мы пошли на это. — Он подошел ближе, его голос дрожал от сдерживаемого напряжения. — Взрыв сверхновой в секторе Капеллы уничтожил наши основные плазменные заводы. Радиация там не утихнет десятилетиями. Оставшиеся добывающие колонии на Окраине захвачены пиратским картелем. У нас осталось топлива ровно на три месяца. Три месяца, Клео! После этого флот встанет, системы жизнеобеспечения на станциях отключатся, и Альянс просто перестанет существовать.
Он тяжело выдохнул, глядя в пол.
— Халидан Ваи выжидал. Он знал о Капелле, знал о пиратах. Он намеренно поднял цену на сиамий до небес, выжидая, пока мы дойдем до точки абсолютного отчаяния. Он выкрутил нам руки. — Ридли посмотрел мне в глаза, и в его взгляде была мольба. — Послушайте меня. Летите с ним. Сделайте вид, что смирились. Я клянусь вам, я задействую все теневые ресурсы, всех агентов в глубоком прикрытии, но я вытащу вас оттуда любым способом. Только... продержитесь. Продержитесь хотя бы полгода. Дайте мне это время, чтобы я нашел другой путь или способ нанести удар. Полгода, Нова. Это приказ и... моя личная просьба.
Я медленно кивнула, чувствуя, как на плечи ложится груз ответственности за миллиарды жизней.
— Я продержусь, сэр.
В этот момент в дверь каюты отчетливо постучали. Это не был вежливый стук вестового. Это был властный, тяжелый звук.
Дверь открылась, и в проеме выросла фигура Халидана. Он был без свиты. Владыка Сиама окинул каюту коротким взглядом, задержавшись на побледневшем Ридли, а затем перевел взгляд на меня.
— Время вышло, Клеопатра, — произнес он своим низким, вибрирующим голосом.
Он не стал ждать. Он подошел к столу, взял мою сумку и, к моему изумлению, сам перекинул её ремень через плечо. Халидан протянул мне руку.
— Идемте. Мой дредноут не любит ждать.
Я бросила последний взгляд на Ридли. Тот замер по стойке смирно, отдавая мне честь. В голове возникло сравнение: как погибшим на задании агентам.
Я вложила свои пальцы в огромную, горячую ладонь Халидана. Его пальцы мгновенно сомкнулись, беря меня в захват.
Мы вышли из каюты и направились к шлюзу перехода. Фенек уныло плелся у моих ног, время от времени бросая тоскливые взгляды на остающиеся позади переборки станции. За бронированным стеклом шлюза, застилая собой половину обзора, висел флагманский дредноут Сиама — колоссальное чудовище из темного металла, похожее на затаившегося в засаде монстра.
Створки шлюза плавно разъехались. Воздух станции, стерильный и сухой, сменился тяжелым, влажным ароматом Сиама: смесью пряностей, нагретого камня и чего-то животного. Я сделала вдох, и перед глазами вспыхнула картинка из прошлого: каменный мешок Колизея, песок и шатер.
«Мы пересекаем границу юрисдикции Альянса, — доложил Фаро, пока голограмма фенека нервно оглядывалась на закрывающиеся за нами створки шлюза. — Глушилки действуют. Я полностью перехожу в автономный режим связи с вами, капитан. Внешний мир для нас отрезан».
Мы ступили на борт дредноута. Я ожидала увидеть варварские интерьеры, шкуры зверей и факелы, как на планете Сиам, но дредноут поражал воображение. Это была технология такого уровня, о котором Союз Планет мог только мечтать.
Коридоры были широкими, залитыми мягким, пульсирующим светом. Переборки были сделаны не из пластика, а из какого-то матового темного полимера, который на ощупь казался почти теплым, живым. Гул гипердвигателей не раздражал, он был глубоким, вибрирующим, похожим на мощный ритм огромного сердца.
Халидан вел меня по лабиринту переходов, и я с каждым шагом чувствовала, как во мне нарастает странное, иррациональное беспокойство. Это не был страх пленницы. Это было... Узнавание.
Моя природа, никогда не ошибавшаяся в инстинктах, вдруг затрепетала. Мои чувства обострились до предела. Я улавливала малейшие вибрации корабля, слышала звуки, недоступные человеческому уху.
Я посмотрела на узоры на стенах, на причудливую вязь, которая казалась бессмысленным орнаментом для обычного глаза, но для меня... Для меня эти линии вдруг начали складываться в символы. Смутно знакомые, словно я видела их в каком-то очень старом, забытом сне.
«Фаро... — мысленно позвала я. — Проанализируй интерьер. Кажется, я... Я знаю эту архитектуру».
Фенек подбежал к стене, поднялся на задние лапки и обнюхал светящиеся символы.
«Ваша память не содержит данных о сиамских дредноутах, капитан. Однако я фиксирую аномальную активность в лимбической системе вашего мозга. Вы испытываете чувство... Ностальгии. Теория: ваша генетическая память резонирует с окружающей средой».
Я замерла на секунду. Ностальгии? На корабле моего врага? На корабле цивилизации, которая считает меня товаром?
Халидан почувствовал мою заминку. Он обернулся, его льдистые глаза сузились.
— Что такое, моя сиамская девочка? Твое тело чувствует, что оно дома? Этот дредноут — вершина нашей инженерии. Сплав технологии и органики. Он узнает тебя. Ты в его микросхемах, Клео.
Я сцепила зубы, подавляя в себе этот иррациональный отклик.
— Я — Клеопатра Нова. Старший спецагент Флота. И я на миссии, — прошептала я, заставляя себя идти дальше.
Мы подошли к огромным дверям, украшенным той же вязью. Халидан приложил ладонь к панели доступа, и створки бесшумно разошлись.
— Это твои покои на время полета, — он чуть подтолкнул меня внутрь. — Ты посол и моя жена. Ты заслуживаешь лучшего.
Каюта была огромной, больше, чем весь мой жилой блок на Земле. Панорамное окно во всю стену открывало вид на пролетающие мимо звезды — мы уже вышли на траекторию разгона к гиперпрыжку. Пол был устлан мягкими шкурами, по центру стояла огромная кровать, в углу журчал небольшой фонтан. Воздух пах сандалом и свежестью.
Я прошла к окну, глядя на то, как станция «Эгида» превращается в крошечную точку в бесконечной тьме космоса. Мой мир остался позади. Моя карьера закончилась. Мой отец и Эвелин могут больше никогда меня не увидеть.
Халидан подошел сзади, его тень накрыла меня. Он не стал прикасаться, просто стоял рядом, наслаждаясь своей победой. Он видел мое поражение. Он видел, что я сломлена. Он думал, что запер меня в золотой клетке.
Тяжелая вибрация прошла по корпусу дредноута, мы ушли в гиперпространство. В ту же секунду я почувствовала, как во мне, сквозь бездну отчаяния, начинает прорастать новая, ледяная и беспощадная решимость.
«Долг — это всё», — повторила я про себя старую клятву Академии.
Я проиграла битву. Я стояла на коленях. Но война еще не была окончена. Халидан Ваи думал, что получил себе покорную жену. Он понятия не имел, что забрал на свой корабль спецагента, которая только что начала свою самую опасную, самую тайную миссию в жизни.
Я не сбегу от своего долга, но