Спецзадание "Выйти замуж" - Асоль Ари

И он сделал это не только для того, чтобы заставить генерала Ридли легально, по дипломатическому договору отдать ему Клеопатру Нова. Я была не ценой мира. Я была призом в его безумной, галактической охоте.

«Капитан, я фиксирую критический уровень...»

— Фаро, — мой голос прозвучал так тихо и холодно, что ИИ мгновенно замолчал. Я выпрямилась, чувствуя, как внутри меня, сквозь бездну унижения и ярости, прорастает новая, беспощадная решимость.

«Это не конец. Это только начало. Он думает, что запер меня в золотой клетке, но Халидан понятия не имеет, что забрал на свой корабль спецагента с дикими генами, которая только что получила свою самую важную миссию в жизни: подпортить жизнь и экономические планы одного небезызвестного Владыки одиннадцати миров».

Я подошла к панорамному окну. Далеко позади осталась станция «Эгида». Где-то там, на Окраине, пираты удерживали колонии, думая, что они сильны. Но теперь я знала: их сила — фальшивка. У них нет ресурсов, чтобы взорвать шахты. У них нет ресурсов, чтобы противостоять флоту, если отрезать их от сиамских поставок.

Я не сбегу от своего долга, но я уничтожу этого сиамского льва изнутри его собственной стаи, чего бы мне это ни стоило.

«Фаро, заблокируй эти данные. Создай изолированный архив и начни сканирование систем связи корабля. Мне нужен любой, даже самый слабый сигнал, который можно отправить за пределы глушилки. Я должна доложить Ридли. Я должна вернуться».

Я посмотрела на переливающиеся нити гиперпространства. Где-то там, в Диких секторах, всё еще летал Рик-вербовщик на своем потрепанном шаттле. У меня был его зашифрованный маячок.

— Подготовка к миссии "Возмездие" началась, — прошептала я, чувствуя, как мои клыки непроизвольно заостряются, а ногти превращаются в когти.

Голографический фенек вытянулся по стойке смирно и серьезно отдал честь крошечной призрачной лапкой.

— И пусть Халидан Ваи молится своим Предкам, когда я нанесу удар.

Следующие двое суток в гиперпространстве стали для меня самым сложным испытанием за всю карьеру в Звездном флоте. Легко бросаться на врага с парализатором или выживать в пустыне, когда цель ясна. Гораздо сложнее стать троянским конем, улыбающимся человеку, который держит твою галактику в заложниках.

«Идеальный шпионаж — это не скрытность, капитан, — философски заметил Фаро, пока я сидела перед зеркалом, позволяя безмолвным служанкам расчесывать мои волосы. Голографический аватар в виде фиолетового фенека устроился прямо на туалетном столике, с умным видом оценивая работу прислуги. — Это искусство заставить врага поверить, что вы на его стороне».

«Я знаю, Фаро. Если нельзя пробить каменную стену лбом, нужно стать плющом, который оплетет ее и разрушит изнутри».

Я критически осмотрела свое отражение. На мне было струящееся платье из тончайшего сиамского шелка цвета ночного неба. Оно оставляло открытыми плечи и ключицы, но струилось до самого пола, создавая образ хрупкой, почти эфемерной покорности. Я стерла с лица жесткое «уставное» выражение, расслабила плечи и позволила глазам стать чуть влажными, словно я наконец-то смирилась со своей участью.

Мой план был прост и смертельно опасен: стать идеальной сиамской женой. Усыпить его инстинкты хищника мягкостью. Владыка Сиама привык ломать сопротивление, он наслаждался борьбой. Значит, я отниму у него эту борьбу. Я дам ему победу, которая станет его слабостью.

Служанка почтительно поклонилась.

— Владыка ожидает вас в своих личных покоях для вечерней трапезы, госпожа.

Я глубоко вдохнула, пряча когти химеры глубоко под кожу, и плавно поднялась. Фенек ободряюще махнул мне пушистым хвостом и растворился в воздухе.

Комнаты Халидана занимали всю верхнюю палубу дредноута. Когда тяжелые створки разъехались, я оказалась в зале, больше похожем на покои древних императоров, чем на каюту космического корабля. Огромный стол из темного камня был уставлен экзотическими блюдами. Через панорамный купол над головой струился свет гиперпространства.

Халидан стоял у окна. Сегодня на нем не было ни мундира, ни оружия, только свободные темные брюки и расстегнутая на груди рубашка. Услышав мои шаги, он медленно обернулся. В его позе читалась привычная готовность к отражению атаки. Он ждал колкостей, ледяного взгляда или попытки снова заявить о своей офицерской чести.

Я не сделала ничего из этого. Остановившись в нескольких шагах от него, я опустила ресницы, а затем подняла на него взгляд, полный тихой, контролируемой усталости. Я чуть склонила голову, не как агент перед генералом, а как женщина перед своим мужчиной.

— Ты звал меня, Халидан.

Он едва заметно вздрогнул. Это был первый раз, когда я назвала его по имени без издевки, без титула «Владыка» или «лорд».

Его льдистые глаза сузились, сканируя мое лицо, мое платье, расслабленную позу. Он был слишком умен, чтобы поверить мгновенно.

— Агент Нова решила сменить тактику? — его голос прозвучал низко, с ноткой подозрения. — Где твой невидимый бластер, Клео?

Я сделала еще один шаг, сокращая дистанцию. Вздохнула, позволив плечам чуть опуститься, и горько усмехнулась.

— Мой бластер остался на столе в зале переговоров. Вместе с моей карьерой и моим прошлым. — Я посмотрела прямо в его настороженные глаза. — Ты выиграл. Ты загнал в угол весь Альянс только ради того, чтобы забрать меня. И... Я устала.

— Устала? — он скрестил руки на груди, но я видела, как напряглись мышцы под тонкой тканью его рубашки.

— Устала бороться с человеком, который способен двигать звезды, чтобы получить то, что хочет, — мой голос стал тихим, почти интимным. Я подошла вплотную. От него исходил сводящий с ума жар, и моей химере даже не приходилось притворяться, тело само потянулось к нему. — Там, на станции, я пыталась быть солдатом, но здесь, на твоем корабле, я чувствую, как знакомо гудят эти переборки. И я помню тот шатер в пустыне, Халидан.

Я медленно, словно не решаясь, подняла руку и положила раскрытую ладонь на его широкую грудь, прямо туда, где ровно и мощно билось его сердце.

— Я больше не генерал Ридли. Я не Альянс, — прошептала я, глядя на него снизу-вверх. — Я твоя обманщица. И раз уж я принадлежу тебе, покажи мне, каково это — быть женой Владыки.

Халидан замер. Его зрачки мгновенно расширились, почти поглотив голубую радужку. Гордость, эго альфа-хищника и первобытное желание столкнулись в нем, сокрушая остатки подозрительности. Он так долго добивался моей покорности, что просто не мог отказать себе в удовольствии принять ее.

С низким, утробным рыком он обхватил меня за талию, отрывая от пола. Мои руки сами собой обвились вокруг