Инженер. Система против монстров 13 - Сергей Шиленко

— Пошли, лейтенант. Наверх, вертушка ждёт.

Леонид молча кивнул и зашагал между конвоирами по длинному бетонному коридору, освещённому редкими лампами в проволочных плафонах. Ботинки стучали по полу, эхо металось между стен.

Лестница вверх. Бронированная дверь. Петренко приложил ладонь к сканеру, замок тяжело щёлкнул. Дневной свет ударил в глаза.

«Хорошо хоть не в Бутовский лесопарк», — подумал Филатов, щурясь на блёклое зимнее солнце.

* * *

Ка-32 зашёл на посадку с юго-запада, против ветра, как и полагается. Два соосных трёхлопастных винта рубили воздух над приземистым фюзеляжем, выбивая из мёрзлой земли мелкий мусор и палую листву. Пепел уже размыло и прихватило выпавшим снегом. Степан вёл машину мягко, выбирая пятачок между рядами поваленных надгробий. Колёса основных стоек коснулись грунта, амортизаторы просели, вертолёт качнулся и замер.

Обороты несущей системы пошли на убыль. Гул турбин изменил тональность — с натужного рёва перешёл в затухающий свист. Лопасти замедлились, превращаясь из размытого диска обратно в отдельные полосы композита.

Боковая дверь грузовой кабины откатилась по направляющим, лязгнула стопором. Первым наружу спрыгнул Фокусник — лёгкий, подвижный, в расстёгнутой куртке. Он приземлился на обе ноги, крутанулся на месте, потянулся, хрустнув позвоночником, и окинул окрестности таким взглядом, будто приехал в парк аттракционов.

— Атмосферненько, — оценил он, обводя рукой ряды покосившихся крестов и остовы оград. — Обожаю рабочие командировки с видом на вечность. Тень, а ты гроб себе уже присмотрел? Вон тот, полированный, по-моему, свободен.

Тень выскользнул из кабины без звука — просто оказался на земле, словно материализовался из тени вертолёта. Между пальцами его левой руки мелькнуло и исчезло лезвие. Ассасин проигнорировал шутку с ледяным достоинством, которое вырабатывается годами практики или полным отсутствием чувства юмора.

Он уже сканировал взглядом периметр, отмечая позиции бойцов «Рыси», стволы пулемётных расчётов на импровизированных брустверах и синие огоньки «Пардов», замерших между памятниками.

Женя вышел следом, придерживая АК-74М стволом вниз. Молча кивнул Степану в кабину — спасибо за доставку — и встал у борта, выжидая.

Алина появилась в проёме последней.

Длинные чёрные волосы тут же подхватил ветер от замедляющихся лопастей и швырнул ей в лицо. Девушка убрала пряди за ухо, перехватила поудобнее ремень сумки на плече и ступила на кладбищенскую землю.

Башня стояла в двухстах метрах.

Алина увидела её сразу, целиком, и замерла на полушаге, будто налетела на стеклянную стену. Чёрный донжон из грубого камня врос основанием в развороченные могилы, продавив фундаментом гранитные плиты и вытолкнув на поверхность комья глины вперемешку с обломками гробов. По одной стене от верха до фундамента тянулась извилистая трещина, грубо схваченная подобием каменного рубца — будто края оплавились и потянулись друг к другу, но так и замерли. Входная арка зияла пустотой пролома.

Средневековое уродство посреди московского кладбища. Алина знала про неё из рассказов, видела съёмки с дронов, готовилась. Она провела полжизни в архивах, копаясь в тёмных легендах, мечтала прикоснуться к настоящей мистике.

Мистика прикоснулась первой.

Из Башни шёл зов. Девушка услышала его почти сразу. Тихий, ровный и глубокий — ниже порога слуха. Он вошёл через подошвы ботинок, поднялся по костям, добрался до грудины и свернулся там, как кошка у печки. Манящий. Обещающий.

Иди сюда.

Это ощущалось примерно, как железные опилки чувствуют магнит: каждая клетка тела чуть-чуть потянулась в сторону чёрного камня. Мана в каналах откликнулась, шевельнулась, потекла к ладоням.

Следом ударил страх. Трезвый и очень взрослый. Она ведь Маг Тьмы. То, что осталось в стенах после шестисотлетнего хозяина, звало именно её. Как звала Мантия Тьмы в прачечной, когда выбирала жертву.

Алина отшатнулась.

Спина впечаталась во что-то твёрдое и живое. Руки в перчатках придержали её за плечи.

— Алина, — голос Жени прозвучал возле уха. — Ты в порядке?

Девушка кивнула. Слишком быстро, так что выглядело неубедительно, но Женя спрашивать дальше не стал. Он убрал руки, но остался в полушаге позади.

Алина выдохнула. Прогнала мурашки, сжала кулаки в карманах куртки и выпрямилась. Серые глаза на бледном лице чуть сузились. Спокойно. Она справится. Она для этого здесь.

— Живём, — тихо сказала девушка и двинулась вперёд.

Фокусник и Тень встали по бокам, Женя замыкал. Маленькая группа пересекла снежно-пепельную пустошь, обходя сложенные штабелями тела мертвецов, ожидавшие погребения. Бойцы «Рыси» в камуфляже и разгрузках провожали их взглядами. Один из «Пардов» повернул тяжёлую башку, мазнул по ним сенсорами и вернулся к наблюдению за периметром.

У входа в Башню их ждали трое.

Варягин стоял слева. Обычный полевой камуфляж, ни шлема, ни доспеха, только ножны со Священным Клинком на поясном ремне. Лицо усталое, небритое, с какой-то нездоровой бледностью. Он спокойно кивнул Алине и её команде в знак приветствия.

Справа — полковник Соболев. Бушлат «Цифра», шапка-ушанка с кокардой, руки за спиной. Ледяные глаза скользнули по группе и задержались на Алине. Она ответила ему прямым взглядом.

Между ними, чуть позади и левее, стоял третий человек, и Алина узнала его раньше, чем прочитала системную плашку над головой.

Леонид Филатов — Уровень 12

Приручитель. Бывший шпион. Бывший наездник летающего монстра. Сейчас — бледный, осунувшийся парень со впалыми щеками и потухшими глазами, в мятом камуфляже без знаков различия. Он смотрел на Башню так, как смотрят на бывшую тюрьму: с ужасом, от которого не спасает даже расстояние.

Рядом с ним переминался конвойный с автоматом, хотя оружие было совершенно лишним — бежать Филатову решительно некуда и незачем.

— Алина, — Варягин шагнул навстречу. — Спасибо, что прилетела. Нам нужна твоя экспертиза. На втором ярусе обнаружен артефакт, предположительно зеркало для дальней связи. Фонит тёмной магией так, что люди больше минуты рядом с ним стоять физически не способны.

— Нам нужен специалист по тёмной магии, — добавил Соболев. — Иванов рекомендовал вас.

Зов из Башни стал чуть громче. Или ей показалось.

Алина посмотрела на разнесённый пролом на месте входа, откуда тянуло сыростью и чем-то старым, погребальным, таким, что притягивало и отталкивало одновременно. Потом глянула на Филатова. Тот поймал её взгляд, дёрнул уголком рта и отвёл глаза.

— Пойдёмте, — сказала Алина.

И шагнула к Башне.

«Бецема» показалась из-за поворота Ильинского шоссе — громада сборочного цеха с провалившейся кровлей, ржавые рёбра ферм торчали в небо, как обглоданный скелет кита. Стены из сэндвич-панелей местами были вырваны целыми секциями, и сквозь дыры виднелись внутренности: мостовые краны,