Око Индры - Рафаэль Миргалиевич Тимошев
– И что же не съездите? – спросил Зеленин.
Володин пожал острыми плечами:
– Пока не удавалось.
Они помолчали.
– И по какой же линии оказалась родственница? – вновь спросил Зеленин.
Володин глубоко вздохнул.
– Если честно – понятия не имею. – Володин дрожащим пальцем поправил очки на переносице. – Мне было восемнадцать, когда потерял родителей – автомобильная катастрофа, знаете ли… О ней же они ничего не говорили. Да и я, если сказать по правде, особенно не интересовался. А вот со слов того человека, лет сто назад нашими общими предками были некие два брата и сестра. Сестра, кажется, вышла замуж за француза, ее след затерялся. Одного из братьев – еще молодым – то ли застрелили на дуэли, то ли убили на Кавказе… Точно не знаю. А второй, видимо, и стал моим прадедом. Красивая легенда, не правда ли?
Профессор усмехнулся:
– Красивая… Выходит, вы «голубых кровей»? Хотя в нашем роду тоже ходит легенда, будто кто-то из предков стрелялся на дуэли. Не знаю из-за чего и кто именно. К сожалению, не принято у нас знать дальше второго колена.
Зеленин потер висок.
– И все-таки как-то туманно, Константин Дмитриевич… Скажите, как на духу, почему вы обратились именно ко мне?
– Владимир Иванович, из тех, кого я знаю, вы живете ближе всех. Искать кого-то еще – времени нет. Должен ехать незамедлительно. Так что не обессудьте, что потревожил в такую рань. Уж все так складывается… – Лицо Володина неожиданно побледнело. – К тому же обратиться к вам посоветовал Фральцев…
Зеленин поморщил лоб:
– Фральцев? Не знаю такого…
– Как же так? – растерянно пробормотал Володин.
– Может, кто из наших соискателей? – предположил Зеленин. – Ну, да бог с ним! Скажите лучше, куда вы хотя бы едете?
Володин помолчал.
– Недалеко…
Зеленин внимательно посмотрел на гостя.
– Опять туман. Это, в конце концов, не мое дело, но согласитесь, Константин Дмитриевич, странно все это…
– К тому же, – торопливо добавил Володин, – я буду покоен – вы все-таки ученый, специалист по древней Индии. Уверен, если что случится, сумеете распорядиться этим предметом, как никто другой. Так сказать, буду знать, что передал свое «родовое» в надежные руки.
– Ну, знаете ли, Константин Дмитриевич! Уж не криминальное что?
– Ни в коем случае! – взволнованно воскликнул Володин. – Всего лишь старинная реликвия! Небольшой свиток, можно сказать записка… На санскрите…
– На санскрите? – поперхнулся Зеленин.
– Вот именно!
– И как же она попала к вашим предкам?
– Длинная история, Владимир Иванович… Обязательно расскажу, когда вернусь. – Володин помолчал. – Так вы согласны?
Владимир Иванович посмотрел на лицо гостя, выражавшее одновременно и тревогу, и надежду. Это выглядело достаточно искренне.
– На санскрите, говорите? – медленно произнес он, не отрывая глаз с Володина. – Любопытно…
Владимир Иванович встал и походил по кухне.
– Хорошо… Но надолго ли уезжаете?
– На день-два, – торопливо ответил Володин.
Зеленин присел.
– На день-два… Ну-с, и где же ваша «реликвия»?
– Здесь, со мной, – пересохшими губами произнес Володин. – Так вы согласны? – вновь повторил он.
– Согласен, – уже с раздражением ответил Зеленин. – Давайте же ваше сокровище и покончим, наконец, с этим…
Володин торопливо вытащил из куртки толстый сверток, тщательно перемотанный коричневым скотчем, и неуверенно протянул его Зеленину.
– Не скрою, Константин Дмитриевич, все это для меня, по крайней мере, странно, – произнес Владимир Иванович, рассматривая реликвию. – Ну, да бог с вами… Исключительно доверяясь вашей порядочности!
– Спасибо, Владимир Иванович!
– Володя, ты где? – послышался приглушенный голос из спальни.
– На кухне… У нас гости, – громко ответил Владимир Иванович. – Жена проснулась, – словно извиняясь, отчего-то шепотом сказал он коллеге.
– Понимаю, – заторопившись, также шепотом проговорил Володин. – Благодарен, что выслушали и пошли навстречу. Большое спасибо! Вы меня выручили.
– Не стоит. Труда большого нет.
Они встали.
– Успехов вам сегодня, Владимир Иванович, на совете, – прощаясь, сказал Володин и протянул руку.
– А вам решить все проблемы, – пожелал в ответ Зеленин. – Кстати, – уже вслед поинтересовался он, – а что с вами может «случиться», как вы изволили выразиться?
Володин торопливо бросил:
– Мало ли что…
II. Фральцев
Часовой доклад профессор Зеленин завершил словами благодарности коллегам по кафедре и руководству института. Затем долго отвечал на вопросы. Покидая трибуну, уже знал, что выступление удалось, концепция принята, и подтверждением тому стало неожиданно раздавшееся рукоплескание – не исступленное, как в театре, но достаточно значимое в стенах этого видавшего виды ученого зала. Подойдя к своему месту за столом президиума, Владимир Иванович еще раз, прежде чем сесть, поблагодарил выразительным жестом присутствующих, и зал постепенно стих.
Потом выступали члены совета. Вывод был единодушный – «весьма интересная и перспективная работа, позволяющая взглянуть на проблему ведической мифологии с точки зрения ее генезиса и связи с мифологией индоевропейских народов». Именно так Валентин Степанович Панов, ректор института, сформулировал заключение совета, завершая заседание пространной, но весьма лестной речью о значении «проведенного автором исследования».
Слушая его, Владимир Иванович изредка, благодарно кивая, поглядывал на трибуну и, возвращая взор в аудиторию, разглядывал лица коллег – членов Ученого совета, занимавших места на первых рядах, институтских педагогов, расположившихся за ними, студентов, гроздьями свисавших с перил балкона…
И вдруг ему показалось там что-то странным. Владимир Иванович даже не сразу понял, что именно. Он несколько раз провел глазами по балкону, прежде чем догадался – напротив, в самом центре галерки, торчала, точно фальшивая нота, седая, как мел, шевелюра старика. Маленький, щуплый, прижатый теснившимися молодыми людьми к перилам, он отчего-то сразу напомнил Зеленину одного из индусских брахманов, с которыми ему не однажды приходилось сталкиваться в индийских командировках. То же загорелое морщинистое лицо, длинные космы волос, белая взлохмаченная борода… Только без тилаки[1] на лбу и вместо дхоти[2] обычный темный пиджак на узких плечах.
«Интересно, однако, что он здесь делает…» – подумал Владимир Иванович и вздрогнул, ибо глаза их неожиданно встретились. Старик смотрел как-то невменяемо пристально, не мигая, словно просвечивая черными, как угли, очами. На какое-то мгновение Владимир Иванович даже перестал слышать зал – словно провалился в вакуум. Лишь через несколько секунд, длившихся необъяснимо долго, отвел с трудом взгляд в сторону, и лишь тогда до слуха стали доноситься заключительные слова ректора: «…Так что дерзайте, Владимир Иванович, а мы с нетерпением будем ждать новых достижений в исследовании столь интересной научной проблемы…»
Зал зааплодировал. Зеленин мелко потряс головой, словно сбрасывая наваждение, еще раз взглянул на балкон и почему-то неприятно удивился – старика не было…
Из-за стола он поднимался медленно, продолжая