Кодекс Магических Зверей 8 - Павел Шимуро

— Ближе, чем в прошлый раз, — заметил Эрек. — Мясо крюкокрыла хватит ещё на день, так что с голоду не помрём.

— Если день не поешь, ничего с тобой не случится, — Иннар улыбнулся.

Эрек махнул рукой в сторону брата. Я же присел перед Люмином, размышляя, как доходчивее попросить его активировать сокрытие запаха. Спустя несколько секунд я отправил через нить образ: из тела зайцелопа исходит рыжее свечение, он нюхает свою лапку, затем морщит мордочку, и это сияние медленно исчезает. После чего Люмин повторно вдыхает свой запах и округляет глаза.

Люмин моргнул и, дёрнув усами, сморщил мордочку. Через несколько секунд по его шерсти пробежала едва заметная прозрачная рябь. Крох мгновенно повернул голову, обнюхал друга и, вытаращив глаза, фыркнул, мол, как ты это сделал?

— Умница, — я погладил Люмина по загривку.

— Готов, целитель? — спросил Тибор.

— Да.

Шип первым выскользнул из норы, а Эрек, пригнувшись, последовал за ним. Затем выбрался наружу Тибор и сразу занял место впереди. Следом вышли я с мохнатыми. Аэлирис боком протиснулась в проём, распахнула раненое крыло и, пошевелив хохолком и округлив глаза, осмотрела швы. Иннар замкнул.

Мы построились в обычном порядке и, двинувшись по едва заметной тропе, уже через несколько минут оказались в следующем биоме. Тибор то и дело останавливался у совершенно неприметных мест, вскидывая ладонь, и весь отряд замирал. В такие моменты Шип прижимался к земле, а сиринель, к моему удивлению, превращалась в зелёно-золотую статую.

На одном из поворотов Тибор внезапно присел на корточки у скрюченного корня и провёл пальцами по свежей вмятине во мху. Иннар, не говоря ни слова, шагнул к нему и присел рядом. Эрек тем временем бесшумно сместился в сторону и уставился на надломленную веточку, свисающую с куста.

Я тоже наклонился, но, сколько ни всматривался, видел лишь примятый мох да пару рыжих шерстинок, прилипших к коре.

Тибор глянул на племянника, и тот слегка повернул подбородок влево. Эрек, не поворачиваясь, качнул ножом в ту же сторону и негромко хмыкнул. Старик поднялся и, не произнеся ни слова, повёл нас чуть правее прежнего курса.

Весь этот безмолвный разговор занял секунд десять.

— И как вы друг друга понимаете? — не выдержал я, когда мы отошли шагов на тридцать.

— Когда много лет в одном отряде ходишь, слова становятся лишними, — Эрек пожал плечами.

Иннар скользнул по мне спокойным взглядом и слегка улыбнулся. Я, честно говоря, чувствовал себя ребёнком, которого впервые взяли в поход.

Люмин же вошёл во вкус. Он то и дело отбегал в сторону, забирался под низкие кусты, приподнимая длинные подрагивающие уши, и возвращался. По нити потоком прилетали картинки: цветок с зубчатыми листьями, кора в крапинку, серый лишайник под камнем… И каждый раз эти образы перечеркивались жирными красными линиями: «Не то…».

Периодически я поднимал голову и замечал в просветах между кронами серо-голубую тень. Птица старика парила высоко над нами, описывая широкие круги, и время от времени уходила на разведку. Возвращаясь, она лишь на мгновение присаживалась на плечо Тибора, после чего непременно снова срывалась в небо.

Старик при этом ни разу не сбился с шага. Лишь после очередного возвращения птички он чуть повёл подбородком влево, и наш отряд взял правее, огибая невзрачную лесную поросль. Хотя, на мой взгляд, в тех зарослях не было ничего опасного.

Крох двигался рядом со мной, изредка поворачивая уши. Иногда он ловил взгляд Люмина и фыркал, будто говоря: «Не переусердствуй, друг».

Я тоже внимательно осматривался по сторонам, изучая местную флору, однако попадались лишь сорняки да незнакомые абсолютно бесполезные стебли. Перед ними Система выдавала уведомления вроде: «Пыльная зверобойка, слабый спазмолитик».

Миновав густые заросли, мы спустились в неглубокую котловину, поросшую высокой травой, и через несколько минут поднялись по пологому склону. Земля внезапно сменилась мелкой рыжей крошкой, на которой громоздились валуны. Между ними торчали ржавые метёлки жёсткой травы, и сильный ветер непрерывно клонил их вбок, будто приглаживая гигантской ладонью.

Неожиданно Тибор застыл, всматриваясь под ноги. Эрек приблизился к нему и присел на корточки рядом. Подойдя поближе, я увидел на рыжей насыпи широкий след трёхпалой лапы с длинными, глубоко ушедшими в породу когтями.

Старик опустился на колено, провёл пальцем по контуру отпечатка, коснулся его стенки и нахмурился.

— Не пойму, — обронил он через несколько секунд. — Этому следу может быть как час, так и несколько дней.

— Ага, — согласился Эрек, не поднимая головы от рыжей насыпи. — Внешний контур ещё держит форму, но внутри засыпано крошкой.

— Всё из-за ветра, — добавил Иннар, стоя за моим плечом.

— Это след паучника, — Тибор нахмурился. — Если тварь прошла здесь недавно, придётся закладывать крюк, чего очень не хочется делать, ведь обход займет уйму времени.

— А если отпечаток старый, и хозяин давно в другом биоме? — Эрек прищурился.

Тибор выпрямился, скользнул взглядом по валунам и указал рукой вперёд.

— Нужно найти другие следы. Может, так поймём.

Мы разошлись, осмотрели ещё несколько «автографов», но они не показали ничего нового. Пока отряд решал, что делать дальше, Люмин внезапно подскочил к ближайшему следу, обошёл его по кругу, ткнулся носом в рыжие крошки, после чего чуть отступил и замер, припав к породе.

Крамеры тут же замолчали и уставились на зайцелопа. Через пару секунд по нити прилетел образ: трёхпалый след, светящийся желтым светом, а чуть поодаль скалится тварь. Я истолковал это как: «Отпечаток свежий, и принадлежит далеко не миролюбивому зверю…».

— Тибор, — тихо произнёс я. — Люмин передал, что след свежий, а зверь агрессивный.

Старик медленно перевел взгляд на меня.

— Как он это понял? — спокойно спросил Тибор, но в глазах промелькнул интерес.

— У него… Тоже есть способность, — я подошёл к зайцелопу и опустил ладонь на его загривок. — Он умеет определять по запаху, кто находился в исследуемом месте в течение последних суток.

Тибор несколько секунд молча смотрел на меня, а затем взглянул на Люмина.

— То есть мы, вполне возможно, догнали бы эту тварь, — обронил Эрек.

— Именно так, — я кивнул.

Тибор провёл пальцами по косице.

— Эйден, — произнёс он. — Твои звери не перестают меня удивлять. Чтобы зайцелоп был способен на такое… — он покачал головой.

Люмин