Его почти сбежавшая жена - Елена Кутукова

В приставленной ко мне страже определенно были свои плюсы. Кассандра, всхлипнув, все же пошла за мной, продолжая по пути уговаривать и даже предлагать поделиться своим ужином. Но нет. Жена герцога не объедает свою служанку. Это было делом принципа.

У резных дверей Малой столовой тоже дежурила охрана. Они замерли при моем появлении, но, увидев мою решимость, один из стражников бесшумно скользнул внутрь, чтобы доложить о моем прибытии. Через мгновение дверь открылась шире.

Кассандра замерла у входа, не решаясь войти. Я же шагнула внутрь.

Зал был великолепен. Высокие сводчатые потолки, огромный камин, в котором плясало пламя, и длинный стол из темного дерева, сервированный на восемь персон. За столом сидел Эдмур, и он был единственным мужчиной. Остальные семь — дамы. Почти все в возрасте, за исключением двух молодых девиц, которые тут же уставились на меня во все глаза.

Эдмур поднял голову, и на его лице промелькнуло удивление. Он уже собирался что-то сказать, но его опередила свекровь.

– Кайра? – ее голос был подобен шипению змеи. – Как ты смеешь здесь появляться после всего, что устроила?

Я проигнорировала ее выпад и, пройдя к столу, обратилась ко всем присутствующим, но смотрела прямо на мужа.

– Добрый вечер. Прошу прощения за вторжение. Я решила присоединиться к вам, потому что мой ужин, который мне подали, состоял из нескольких листьев салата. И, как я только что выяснила, так было уже очень давно. Проще говоря, меня морят голодом в моем собственном доме.

Повисла оглушительная тишина. Было слышно, как трещат дрова в камине. Дамы замерли с вилками в руках. И только ледяной, спокойный голос Эдмура нарушил это молчание. Он медленно повернул голову к своей матери.

– Мама, ты ничего не хочешь мне объяснить?

7.2

В темных глазах Эдмура вспыхнул холодный, опасный огонь.

Но Августа София, его мать, ослепленная собственной правотой, казалось, не замечала этого. Все ее внимание, полное концентрированного яда и аристократического презрения, было приковано ко мне.

Я выдержала ее взгляд. В моем прошлом мире приходилось иметь дело с людьми и похуже. Она серьезно думает, что я испугаюсь и сбегу, поджав хвост? Не на ту напала. Единственное, по спине пробежал ледяной сквозняк, не имеющий ничего общего с погодой в зале.

– Твоя супруга не только лжет, но и устраивает отвратительную сцену, позоря нас перед уважаемыми гостями! – прошипела она, обращаясь к Эдмуру, но буравя взглядом меня. – Я вообще не понимаю, как она нашла в себе наглость присоединиться к нашему столу. Особенно после того, как пыталась подлить тебе в напиток приворотное зелье! Раньше хотя бы совести хватало не показываться на глаза.

Я заметила, как приглашенные дамы торопливо переглянулись и тут же уставились в свои тарелки с таким интересом, будто видели их впервые в жизни.

Я же мысленно приготовилась к бою.

Эдмур медленно поставил свой бокал на стол. Тяжелое стекло коснулось полированного дерева, и этот тихий звук в оглушительной тишине прозвучал как удар судейского молота.

– Быть за этим столом – ее неотъемлемое право. Как моей жены, – его голос был тихим, но в нем звенела закаленная сталь– Что касается лжи… мама, ты же знаешь, я всегда могу допросить слуг. И сделать так, что мне скажут истинную правду.

Я увидела, как свекровь едва заметно вздрогнула и плотно поджала губы. Ее уверенность пошатнулась.

– Да не морила я ее голодом! – раздраженно бросила она, наконец переводя взгляд на сына. – Это была просто легкая диета! Изящные, утонченные блюда, которые подобают ее статусу. В конце концов, она герцогиня Коль и должна соответствовать этому высокому званию хотя бы внешне! Этого требует мода! Но похоже, эта… особа и на это не способна.

Мне показалось, что Эдмур на мгновение прикрыл глаза, медленно выдыхая. Это был жест человека, бесконечно уставшего от чужой глупости. Его челюсти сжались так, что на скулах заходили желваки.

– Мне глубоко безразлично, каких глупостей требует нынешняя мода, – отчеканил он, и каждое слово падало, как камень. – На моей земле никто не будет голодать. Тем более в моем замке. И уж точно не женщина, о которой я должен был заботиться. Полагаю, я совершил непростительную ошибку, когда доверил тебе часть своих обязанностей.

Свекровь открыла было рот, чтобы возразить, но Эдмур поднял руку – властный, останавливающий жест, пресекающий любую попытку спора. Он повернул голову к неприметной двери в углу зала.

– Йохан! – позвал он, и из тени тут же шагнул слуга. – Принесите для герцогини горячий ужин. Суп, жаркое, свежий хлеб и морс. Немедленно.

Слуга поклонился и испарился так быстро, словно его сдуло ветром. Затем Эдмур снова повернулся ко мне, и в его темных глазах на мгновение промелькнуло что-то новое, чего я раньше не видела. Смесь глубокого сожаления и досады на себя.

– Садись, Кайра, – сказал он уже гораздо мягче. Он отодвинул тяжелый дубовый стул рядом с собой. Я послушно села, и он придвинул его к столу, на мгновение задержав руку на спинке стула за моей спиной.

Августа София, напротив, резко поднялась. Ее лицо было бледным от ярости.

– Я предпочту закончить трапезу у себя в покоях! – заявила она, морщась так, будто от меня исходил дурной запах.

– Хорошо, – ровно ответил Эдмур. – Мы все обсудим позже, мама. Наедине.

 – Думаю, я не одна, кто так решит! – она обвела взглядом притихших женщин, но никто не посмел пошевелиться под тяжелым взглядом герцога. – Никогда не думала, что ты так со мной поступишь! – бросила она на прощание и, вздернув подбородок, скрылась за дверью.

В этот самый момент передо мной поставили тарелки с ароматным жарким и супом.

Эдмур обвел ледяным взглядом напряженные лица оставшихся за столом.

– Благодарю вас за компанию этим вечером. Боюсь, некоторые семейные дела требуют нашего неотложного внимания. Прошу вас чувствовать себя свободно и продолжать вечер в гостиной.

Его голос был безупречно вежлив, но никто не обманулся. Гости вспорхнули со своих мест так, словно начался пожар, и поспешили покинуть столовую.

И вот мы остались вдвоем в огромном, гулком зале.

– Тебе