Ревизор: возвращение в СССР 66 - Серж Винтеркей

– Паша, – покачал головой Загит, – где эти дипломаты и где я? Ты сам подумай!

– Так там большинство людей, что соберутся, дипломатами вовсе не являются. К примеру, вот нас с Галией пригласили. Какие мы с ней дипломаты? Зато там можно встретить разных интересных людей. Актеров в том числе. Мы же с Андреем Мироновым именно так и познакомились. На одном приеме визитками обменялись и несколькими словами, на другом также, а дальше уже и до сотрудничества дело дошло…

Аннушка с интересом следила за нашим разговором. На этом месте решила вмешаться:

– Загит, да что ты вообще думаешь? Во-первых, дочке помочь надо. Раз Паша не может, ты как отец должен её сопроводить. Забыл, что ли, как она рассказывала, что её начальство на работе расхваливает за то, что она эти визитки у иностранцев набирает в огромных количествах? Поможешь ей, может и сам хоть несколько визиток наберешь. Во-вторых, развеешься там. И может быть, действительно какую-нибудь знаменитость встретишь. Автограф для меня возьмешь…

– Мне Андрей Миронов не очень нравится, – сказал Загит. – Молодой он ещё. Играет неплохо, но у меня есть и более любимые актёры.

– Ну так, может быть, кого-то из них и встретишь, – сказала Аннушка.

Загит несколько даже обреченно кивнул головой, соглашаясь с нашим натиском. Анна тут же начала хлопотать, во что он оденется.

Я передал соображение Галии, что можно идти полностью в том, в чем Загит на свадьбе своей был. Аннушка полностью это предложение одобрила. Загита при этом и не спрашивала.

Что же, хорошо. По этому поводу вроде бы как мы и разобрались. Теперь можно и на самбо ехать… На прошлой неделе я хоть и по уважительным причинам, но секцию не посещал. Нехорошо… Надо исправляться.

***

Москва, Ливанское торгпредство

Фирдаус, придя вечером в торгпредство, тут же получил от Ихсана записи деловых звонков, адресованных лично ему. Один из них сразу же привлек его внимание. В соответствии с ним, ему нужно срочно встретиться с Николаем Семеновичем. Мужчиной лет сорок, с которым они уже два года реализовывали обменные операции на Ближнем Востоке. Начали они с плитки, а сейчас спектр товаров уже значительно расширился.

Много что вывозили из СССР на продажу. Но особенно хорошо за рубежом шли советские лекарства – дешевые и качественные. Они реализовывались впоследствии с наценкой в сотни процентов, что делало обменные операции очень прибыльными для семейства Эль-Хажж. А люди, которые стояли за Николаем Семеновичем, были вполне довольны, когда посвященный в эту операцию сотрудник «Розы Россы» привозил валюту в оговоренное место на Ближнем Востоке.

Радовало то, что русские не привередничали по поводу валюты. Хоть и любили американские доллары, но и другая валюта их тоже вполне себе устраивала. Выходила неплохая экономия на обмене – в какой валюте выручка к Эль-Хажжам поступала за советские товары, ту можно было русским и передавать.

Иногда, правда, просили привезти определенные предметы роскоши в достаточно ограниченном ассортименте. Например, мраморную плитку из Италии, швейцарскую сантехнику и тому подобные вещи. Приобрести их для последующей отправки в Советский Союз не было никаких проблем, это же не товары двойного назначения…

Фирдаус прекрасно понимал, что эти товары предназначены для обустройства чьих-то личных резиденций в Советском Союзе. Но его это не волновало. Если кто-то хочет жить в СССР красиво, пользуясь швейцарской сантехникой и положив на стены и пол в ванной комнате мраморную плитку, так почему бы и нет? Те, у кого есть деньги, по всему миру так живут. И если кому-то в Советском Союзе идеология не мешает жить точно так же, то он всегда готов с этим помочь.

Жаль было только, конечно, что эти операции достигли в последние месяцы определенного пика, на котором и застыли. Ну да ладно, скоро уже, по идее, они начнут реализовывать предложенную Павлом Ивлевым операцию по зерну, где объемы будут гораздо больше. И прибыль хоть и будет фиксированной, но если удастся выйти на сотню миллионов долларов оборота в год, то с этого объема даже три – четыре процента будут равняться всей их нынешней годичной прибыли. По всем операциям «Розы Россы». А это очень и очень неплохо, само собой.

Он тут же перезвонил Николаю Семеновичу и согласовал с ним встречу через час. Встречаться будут совсем неподалеку, так что у него как раз останется еще полчаса, чтобы разгрести те дела, с которыми сам Ихсан не справлялся в силу нехватки полномочий. Нет, конечно, при долгом отсутствии Фирдауса за рубежом, тот консультировался с Тареком. Но сейчас-то Фирдаус здесь, значит, он и должен эти вопросы решать…

Обычно они на этой встрече, которую по обыкновению проводили на втором этаже небольшого московского кафе, обговаривали условия очередных поставок на Ближний Восток или в Советский Союз с Ближнего Востока. Но в этот раз Николай Семенович сумел удивить Фирдауса. Нет, вначале все шло как обычно: они поздоровались, затем он спросил его, как у него дела. Но после дежурного ответа о том, что дела идут хорошо, тут же сообщил:

– К сожалению, мистер Эль-Хажж, нам придется временно свернуть наши операции.

– Что-то случилось? – удивленно спросил Фирдаус.

– Нет, вроде бы как, – разведя руками в извиняющемся жесте, сказал Николай Семенович. – Считайте это мерой безопасности на всякий случай. Вы же сами понимаете, что все эти наши договоренности осуществляются неофициально. А сейчас у нас возникла в СССР ситуация, когда об этом нашем сотрудничестве могут разузнать те, кто сможет это использовать для создания проблем для нашей группы товарищей.

– Что ж, раз такое дело, то придется, конечно, остановить эти операции, – сочувственно покивав, сказал Фирдаус.

– Но вы не думайте, что все на этом закончится. – тут же сказал Николай Семенович, – мы вовсе не нацелены на то, чтобы полностью прекратить эти операции. Лучше считайте это временной приостановкой. Если ситуация изменится к лучшему, то хоть через две недели, хоть через два месяца мы будем очень заинтересованы в том, чтобы возобновить наши отношения. Уверен, что они являются взаимовыгодными.

– Что же, – сказал Фирдаус, – тогда буду ждать от вас сигнала.

Услышав от него подтверждение, что он будет готов к возобновлению сотрудничества, Николай