Дверь в другой мир - Серебряный_Змей
Естественно, появление Кагуи осталось незамеченным примерно никем.
Не то чтобы ученики расступались перед ней, как море перед Моисеем, но девушку узнавали. Кто-то отходил чуть в сторону, освобождая дорогу, кто-то здоровался, кто-то просто провожал взглядами.
Маска на лице Кагуи была идеальной.
Лёгкая тёплая улыбка. Спокойный взгляд. На каждое приветствие она отвечала мягко, обращаясь к человеку так, будто именно его сейчас особенно рада видеть.
Я невольно восхищался этой её стороной. Ещё пятнадцать минут назад она готова была съесть Чику от нервов.
А теперь никто вокруг даже не подозревал об этом.
Спортивный зал разделили на три зоны. В первой сидела избирательная комиссия: там проверяли ученические карты и выдавали бюллетени. Дальше стояли шесть закрытых кабинок. Ещё одну часть помещения отвели наблюдателям.
Со стороны нашего штаба там находились двое незнакомых мне старшеклассников, которых нашёл Исигами, и Кин Химомото из клуба журналистики. Последний заметил нас и коротко кивнул.
Кагуя его не увидела.
Я осторожно коснулся её руки и чуть наклонился. Девушка едва заметно вздрогнула.
— Кин, — тихо подсказал я, взглядом показывая направление. — Он один из наблюдателей.
Кагуя сразу поняла.
Повернулась и поприветствовала парня чуть более тёплой улыбкой.
Кин моментально расцвёл.
Мы разошлись к столам, получили бюллетени и встали в очередь к кабинкам.
Несколько учеников почти сразу попытались пропустить Кагую вперёд. Почему-то заодно решили пропустить и меня.
Я уже собирался отказаться, когда Чика тихо произнесла:
— Только не соглашайтесь. Сейчас особенно.
Я посмотрел на неё. Она сделала выразительные глаза.
Ну ладно. Дочь политика плохого не посоветует.
Наверное.
Передо мной стояла зеленоволосая девушка. Она сделала шаг в сторону, освобождая место.
— Спасибо, но не надо, — сказал я. — У нас очередь одна для всех.
Несколько человек поблизости обернулись.
Чёрт.
Я вообще не собирался произносить ничего публичного.
— Я никуда не тороплюсь, — уже тише добавил я и остался на месте.
Девушка почему-то покраснела и вернулась в очередь. Правда, после этого встала так, чтобы постоянно видеть меня боковым зрением.
Я внутренне вздохнул.
Когда перед нами оставалось всего несколько человек, она снова заправила зелёный локон за ухо и тихо спросила:
— А правда, что вы телохранитель госпожи Синомия?
Я удивлённо посмотрел на неё.
— Нет. Мы с Кагуей друзья.
Ненадолго задумался.
— Но если ей действительно понадобится защита, я, конечно, помогу.
Девушка тут же отвела взгляд и начала наматывать прядь волос на палец.
— А у вас есть девушка?
Я закрыл глаза. Ну конечно.
— Твоя очередь.
Она вздрогнула, увидела освободившуюся кабинку и почти бегом скрылась за шторой. Через секунду оттуда раздался странный глухой шлепок.
Я посмотрел на занавеску. Надеюсь, она просто что-нибудь уронила.
Когда подошла моя очередь, я спокойно отметил нужную фамилию, сложил бюллетень и опустил его в урну. Отойдя в сторону, начал искать Кагую.
Она уже закончила голосовать и теперь стояла рядом с Кином. И именно в этот момент двери спортивного зала распахнулись. В помещение торжественно вошёл действующий президент.
Эрик Кандзаки двигался с широченной улыбкой и в окружении нескольких своих сторонников, будто выборы уже закончились и он пришёл принимать поздравления.
Среди сопровождающих я заметил ту самую третьекурсницу, в руках которой вчера оказалась украденная речь Кагуи.
Она тоже увидела меня. Улыбка мгновенно исчезла. Я приветливо улыбнулся в ответ.
Девушка отвела взгляд.
Сам Кандзаки тем временем подошёл к избирательной комиссии, получил бюллетень и, даже не посмотрев на очередь, направился прямо к ближайшей кабинке.
Один из членов комиссии явно собирался что-то сказать, но замешкался.
Президент уже задёрнул штору. Несколько секунд в зале царила удивительная тишина.
Потом почти все почему-то посмотрели на Кагую.
Брюнетка сама выглядела слегка ошарашенной.
Она оглядела окружающих. Пожала плечами. И ничего не сказала.
Я тихо усмехнулся.
Иногда лучшая предвыборная агитация — просто позволить сопернику оставаться самим собой.
Уже собирался подойти к Кагуе, когда сзади раздался мужской голос:
— Юи Тодзи. Подожди.
Я замер на полушаге. Постоял так примерно полсекунды.
Медленно обернулся.
Кандзаки уже успел проголосовать и теперь направлялся прямо ко мне, продолжая ослеплять окружающих улыбкой.
А я отчаянно пытался вспомнить его имя.
Как-то так получилось, что мозг совершенно отказался хранить эту информацию.
Пришлось мысленно открыть Журнал.
Точно.
— Кандзаки-сан?
— Да. Рад наконец нормально познакомиться. У моей милой конкурентки, — он чуть усмехнулся, — оказываются весьма заметные защитники.
Вокруг сразу стало подозрительно тихо. На нас смотрели.
Много людей.
Я мысленно начал считать до десяти.
Кандзаки несколько секунд ожидал реакции. Я молчал.
— Вижу, ты не особенно разговорчив. Тогда скажу прямо. Когда выборы закончатся, вне зависимости от результата я был бы рад видеть тебя в своей команде.
Я моргнул.
— Простите?
— Такие люди полезны. А после академии я мог бы познакомить тебя с отцом. В его компании постоянно нужны способные молодые специалисты. Думаю, хорошую стажировку тебе бы организовали.
Я посмотрел на него.
Потом на окружающих.
Потом снова на него.
Отказываюсь это понимать.
Ладонь сама впечаталась в лицо.
— Это уже не театр абсурда, а какая-то бесконечная цепочка клише…
Рядом кто-то хихикнул.
Кандзаки растерялся.
— Я всего лишь предлагаю тебе подумать о будущем.
— Думаю, все присутствующие уже прекрасно услышали ваше предложение, Кандзаки-сан.
Я убрал ладонь от лица и вежливо кивнул.
— Спасибо за крайне познавательное знакомство.
— Но…
— Хорошего дня.
Развернулся и просто ушёл.
Не побежал.
Именно ушёл.
Очень быстро.
Где-то под потолком уже заходилась от смеха Лия. Фея явно не понимала всех тонкостей разговора, но моё страдание и растерянность веселили её совершенно искренне.
Я нашёл взглядом Кагую. В её глазах плясали весёлые искры.
Да. Её ситуация тоже откровенно забавляла.
Предательница.
*****
Тварь с огромной пастью, полной игольчатых зубов, жадно отрывала куски мяса от ещё живого еретика. Мужчина с распухшими красными глазами неподвижно смотрел в пустоту и лишь изредка тихо стонал.
Бесу было совершенно безразлично, что ещё час назад этот человек отдавал ему приказы и считал себя избранным — тем, кого отметил сам демонический генерал.
Монстр резко вскинул голову.
На обезображенной гнилостными наростами безглазой морде затрепетали крохотные щели ноздрей. Тварь шумно втянула воздух, принюхиваясь к чему-то среди руин.
Раздался короткий выстрел.
Голова беса разлетелась чёрными ошмётками. Тело дёрнулось, сделало ещё два рваных шага и тяжело рухнуло рядом с жертвой, растекаясь вязкой чёрной кровью.
Каменная крошка сухо хрустела под сапогами четырёх воинов, показавшихся из-за обрушенной стены здания. Изувеченный поводырь демонов скосил на них заплывшие белёсой плёнкой глаза.
Первым двигался воин со щитом в левой руке и коротким пистолем в правой. Чёрный доспех полностью закрывал тело, а наплечники и пояс покрывали белые священные письмена. Даже смотреть на них было больно: знаки Света будто раскалёнными иглами впивались в испорченную душу еретика.
Следом шёл ещё один боец. На руках он осторожно нёс девушку с белыми волосами.
Одного её вида оказалось достаточно, чтобы раненый застонал громче.
Холодный Свет исходил от святой непрерывным спокойным потоком. Не ярость или ненависть. Нечто куда хуже для того, кто однажды отвернулся от него. Под этим Светом душа человека