Бесплодная истинная для распутного дракона - Леона Эльсворд

- Мы уже близко, - тихо сказал Эрик, догоняя меня. Его ладонь легла мне на поясницу - не навязчиво, а так, чтобы поддержать. - Корабль в двух кварталах. Там безопасно.

Агата всхлипнула за спиной.

- Вы… вы даже не знаете нас… Почему? Зачем вам это?

Я обернулась на ходу, не замедляя шаг.

- Потому что я знаю, каково это - когда тебя бьют и говорят, что ты сама виновата. Потому что я больше не позволю, чтобы еще хоть одна женщина думала, будто это нормально.

Эрик посмотрел на меня сбоку. В его светло-серых глазах мелькнуло что-то теплое. Он ничего не сказал, но пальцы на моей талии сжались чуть сильнее.

Мы выскочили на набережную как раз в тот момент, когда из-за угла послышался пьяный рев.

- Агата! Вернись, сука! Ты моя!

Мужчина ковылял за нами, размахивая руками. Лицо его было багровым, в глазах - ярость и алкогольный туман. За ним бежали двое таких же пьяных приятелей.

Эрик мгновенно развернулся, принимая защитную позу.

- Стойте здесь, - бросил он мне через плечо.

Он шагнул навстречу троице. Один из приятелей замахнулся кулаком, но Эрик просто уклонился и одним точным ударом в челюсть отправил его на мостовую. Второй попытался схватить его за рубашку - получил локтем в солнечное сплетение и сложился пополам. Сам мужик зарычал и бросился вперед, но Эрик перехватил его за воротник и прижал к ближайшей стене так, что у того ноги оторвались от земли.

- Я уже предупреждал тебя, - прорычал Эрик низко, почти по-драконьи. - Еще один шаг к ним - и я не ограничусь предупреждением. Ты понял?

Мужчина захрипел, пытаясь вырваться. Эрик сжал сильнее.

- Я - Эрик Ривенфолл, наследный принц Эйры. И если ты еще раз приблизишься к своей семье, я лично прослежу, чтобы тебя бросили в самую глубокую камеру портового острога. А теперь проваливай.

Он отпустил мужчину. Тот рухнул на колени, кашляя и глядя на нас с животным ужасом. Его приятели уже ползли прочь, бормоча что-то нечленораздельное.

Эрик вернулся ко мне. На его рубашке красовалось несколько капель крови - не его. Он вытер руку о штанину и протянул ее мне.

- Идем. Пока они не очухались.Я вложила пальцы в его ладонь.

Мы поднялись на борт «Лунной тени» через десять минут. Матросы, увидев нас с женщиной и детьми, не задавали вопросов - Элиас уже стоял у трапа, словно ждал неприятностей. Один взгляд на Агату - и он кивнул, не говоря ни слова.

- Каюты рядом с вашими, миледи, - сказал он мне тихо. - Чистые. Я прикажу принести теплую воду и еду.

Агата остановилась на палубе, глядя на корабль широко раскрытыми глазами.

- Это… это правда? Мы… мы свободны?

Вейла все еще держалась за мою юбку, но уже не так отчаянно. Ниоль протянула ко мне ручонки, и я, не раздумывая, взяла ее на руки. Девочка была легкой, как перышко, и пахла молоком.

- Правда, - ответила я, прижимая ее к себе. - Здесь вас никто не тронет. А когда мы приплывем в Ольцег… там вас будет ждать новый дом и спокойная жизнь..

Эрик стоял рядом. Его плечо слегка касалось моего. Я чувствовала тепло его тела даже сквозь ткань платья.

- Я прослежу, чтобы местные стражники получили точное описание этого урода, - сказал он тихо, только для меня. - И чтобы этот ублюдок не смог сесть ни на один корабль в ближайшие месяцы.

Я повернула голову и посмотрела ему в глаза.

- Спасибо, - прошептала я. - Не только за них. За… все.

Он чуть улыбнулся уголком губ - той самой улыбкой, от которой у меня внутри все переворачивалось.

- Я еще даже не начал, Элира.

Ночь на корабле прошла спокойно. Агата и девочки уснули в соседней каюте почти сразу - Мила принесла им теплую воду, чистую одежду и густой травяной отвар, который снимал дрожь и успокаивал нервы. Я сама зашла к ним перед сном. Вейла уже свернулась калачиком под одеялом, а Ниоль спала у матери на груди.

Агата поймала мою руку, когда я уже собиралась уходить.

- Я не знаю, как вас благодарить, миледи… - голос у нее был хриплый, надломленный. - Я думала, что это навсегда. Что я… что мы…

- Это не навсегда, - ответила я, сжимая ее пальцы. - Теперь у вас есть выбор. И я помогу вам его сделать. А пока - просто спите. Завтра будет новый день.

Когда я вернулась в свою каюту, Эрик стоял у открытого окна. Ветер трепал его темно-русые волосы, а в руке он держал две фарфоровые чашки с ароматным чаем.

- Я подумал, нам не помешает, - сказал он, протягивая мне одину. - После всего, что произошло.

Я взяла чашку. Наши пальцы снова соприкоснулись - и на этот раз я не стала отдергивать руку.

- Вы всегда так поступаете? - спросил Эрик тихо. - Бросаетесь спасать чужих?

Я сделала глоток. Чай был теплым, успокаимающим.

- Раньше… нет. Раньше я не спасала даже себя. Молчала. Годами. А теперь… теперь я не могу пройти мимо. Потому что знаю, каково это - когда никто не приходит на помощь.

Он повернулся ко мне. Свет фонаря падал на его лицо, подчеркивая резкие скулы и тень усталости под глазами.

Я поставила чашку на подоконник и шагнула ближе. Сердце было готово вырваться из груди.Расстояние между нами исчезло. Его ладонь легла мне на талию - точно так же, как во время танца.

- Я хотел поцеловать тебя еще там, на улице, - признался он хрипло. - И сейчас хочу. Очень.

Я подняла взгляд. Его глаза были темными, как ночное море за окном.

- Тогда почему не целуешь?

Эрик наклонился. Его дыхание обожгло мои губы. Еще мгновение - и мы бы наконец…

Дверь каюты тихо скрипнула. Мила замерла на пороге с подносом, на котором стоял чайник, две чашки и возочка с конфетми.

- Ох… простите, миледи! Я… я просто подумала…

Эрик выпрямился, но не убрал руку с моей талии. На его губах играла легкая, чуть виноватая улыбка.

- В следующий раз, - шепнул он мне на ухо, так, чтобы слышала только я, - я