Бесплодная истинная для распутного дракона - Леона Эльсворд

Мила быстро поставила поднос и исчезла, бормоча извинения. Я рассмеялась.

- Кажется, весь корабль уже в курсе, - сказала я.

Эрик поцеловал меня в висок - медленно, почти благоговейно. Его губы были теплыми, дыхание - чуть прерывистым. Я закрыла глаза, чувствуя, как по коже разливается приятная дрожь. Сердце колотилось так громко, что, наверное, было слышно даже на палубе.

- Я не собираюсь это скрывать, - повторил он тихо, отстраняясь ровно настолько, чтобы посмотреть мне в глаза. Его большой палец гладил мою щеку, словно он не мог перестать меня касаться. - Ни от команды, ни от Элиаса, ни от всего этого чертового мира.

Я улыбнулась. Улыбка получилась мягкой, почти робкой - такой, какой я давно уже не улыбалась.

- А я и не прошу скрывать.

Он ответил мне той самой улыбкой - чуть кривой, с ямочкой на левой щеке, от которой у меня внутри все переворачивалось. Потом вдруг посерьезнел. Взгляд стал глубже, сосредоточеннее.

- Элира… - начал он и замолчал, будто подбирал слова. Его ладонь скользнула ниже, к моей талии, и он притянул меня ближе - не резко, а так, словно боялся спугнуть. - Завтра корабль все еще будет в ремонте. Матросы говорят, до вечера. У нас есть целый день… и ночь.

Я приподняла бровь, чувствуя, как щеки предательски теплеют.

- И что ты предлагаешь, ваше высочество?

Эрик усмехнулся, услышав «ваше высочество», но тут же стал серьезным. Он наклонился чуть ближе, так что наши лбы почти соприкоснулись.

- Я приглашаю тебя на свидание. Настоящее. Не на палубе, не в капитанском салоне. Только ты и я. В Эйрсхейвене есть одно место… старый маяк на скале за городом. Там по вечерам зажигают особые фонари - они светятся, как звезды, упавшие в море и говорят исполняют желания.

С маяка видно весь залив и острова. Никто нас не потревожит. Я уже предупредила Элиаса - он найдет нам самую быструю лодку и пару надежных людей для защиты.

Он сделал паузу, пальцы на моей талии чуть сжались.

- Я хочу показать тебе, что не все мужчины в этом мире - такие, как твой бывший. Хочу, чтобы ты просто… была собой. Без необходимости быть сильной каждую секунду. Только ужин под звездами, вино из моих личных запасов и разговоры до утра, если захочешь.

Мое сердце пропустило удар. Я смотрела на него и видела не принца. Не наследника престола. Я видела мужчину, который смотрел на меня так, будто я была единственной женщиной на всем белом свете.

- А если я скажу «да»? - спросила я шепотом.

Эрик улыбнулся - медленно, тепло, почти опасно.

- Тогда завтра на закате я буду ждать тебя у трапа. В белой рубашке - он подмигнул. - И без кинжала. Обещаю. Сегодня я уже достаточно поиграл в героя.

Я рассмеялась - тихо, искренне. Впервые за очень долгое время.

- Хорошо, Эрик. Я принимаю твое приглашение.

Его глаза вспыхнули. Он наклонился и на этот раз поцеловал меня - не в висок, не в щеку. По-настоящему. Мягко, но уверенно. Губы были теплыми, с легким вкусом чая и соли моря. Поцелуй длился всего несколько секунд, но мне показалось - целую вечность. Когда он отстранился, я почувствовала, что дыхание сбилось.

- Спокойной ночи, моя буря, - прошептал он мне в губы.

Он отступил на шаг, но не сразу отпустил мою руку. Пальцы переплелись на мгновение - последний, теплый жест.

- И… закрой дверь на щеколду. На всякий случай.

Я кивнула, не в силах сдержать улыбку.

Эрик вышел, тихо прикрыв за собой дверь. Я осталась одна в каюте. Сердце все еще стучало, как после шторма. Я подошла к иллюминатору, прижалась лбом к прохладному стеклу и посмотрела на ночной порт Эйрсхейвена. Фонари горели, как маленькие звезды.

Я коснулась губ пальцами - они все еще хранили тепло его поцелуя.

- Завтра, - прошептала я в темноту. - Завтра у меня будет свидание с принцем.

Закат над Эйрсхейвеном в тот вечер был особенным. Небо словно медленно растворялось в золоте и розовом свете, а море отражало эти краски, превращаясь в живое зеркало. Я стояла у трапа «Лунной тени», ощущая, как внутри растет странное волнение - не тревожное, не тяжелое, а легкое и почти юное.

Платье, которое я выбрала, было легким, почти невесомым - цвета топленого молока с серебряной вышивкой вдоль линии декольте и по подолу. Оно мягко струилось при каждом движении, словно подчинялось ветру. Волосы Мила оставила распущенными, лишь слегка закрепив их у висков тонкими заколками.

Я больше не хотела прятаться за строгими прическами.

- Вы прекрасны, миледи, - тихо сказала Мила, поправляя складку ткани. - Он не сможет отвести от вас взгляд.

Я лишь улыбнулась.

- Посмотрим, насколько он умеет держать слово.

Когда я спустилась вниз, он действительно уже был там.

Эрик стоял, опершись одной рукой о канат. Белая рубашка, как и обещал, была расстегнута у горла, рукава закатаны. При нем не было ни оружия, ни украшений - только он сам.

И, возможно, именно это делало его опаснее всего.

Он заметил меня сразу.

И замер.

Не сделал ни шага, не сказал ни слова - просто смотрел. Его взгляд медленно скользнул по мне, словно он пытался запомнить каждую деталь.

- Ты… - он выдохнул. - Я даже не уверен, что имею право смотреть на тебя.

Я остановилась в нескольких шагах.

- Тогда не смотри.

Он усмехнулся.

- Не могу.

Он подошел ближе. Медленно. Словно тигр, загоняющий добычу.

И протянул руку.

- Пойдем.

Я вложила пальцы в его ладонь.

Лодка, которую подготовил Элиас, оказалась небольшой, но быстрой. Нас сопровождали двое матросов, но они держались на расстоянии, не нарушая нашего уединения. Когда мы отплыли от порта, шум города постепенно растворился, оставив только звук воды и тихий скрип весел.

Я сидела напротив него.

- Ты часто сюда приходишь? - спросила я.

- Нет, - ответил он честно. - Только когда хочу показать это место кому-то особенному.

Я приподняла бровь.

- Значит, у тебя большой опыт?

Он тихо рассмеялся.

- Нет. Ты первая.

Я не ответила, но почувствовала, как внутри потеплело.

Когда мы подошли к маяку, я невольно задержала дыхание.

Сотни огней.

Маленькие, парящие, словно живые.

Они медленно двигались в воздухе, отражались в воде, переливались.

- Это магия? -