Боярский сын. Дружинник. Часть 1 - Алексей Владимирович Калинин

Амбал переглянулся со своими ребятами. Те синхронно кивнули.

— Знаете, Ваша Милость… — амбал помял шапку в руках. — Мы парни простые. Звезд с неба не хватаем. Мы привыкли, что нас только как мясо используют. Заплатят копейки, а потом в расход пускают. Но вы… В общем, если вам нужны будут верные люди… Люди, которые пойдут за вас в любой замес и спину прикроют. Вы только скажите. Мы это… мы согласны.

Мой внутренний ведарь ухмыльнулся. План сработал. Волки признали альфу. Семя благодарности было посеяно в благодатную почву.

— Я запомню ваши слова. Подумаю, — я чуть склонил голову. — А пока… возвращайтесь к работе. Кабель ведь сам себя вряд ли проложит.

Наемники ещё раз поклонились, потом развернулись и поспешили обратно.

Я постоял еще немного, вздохнул. Первый шаг к созданию собственной гвардии был сделан. Мой личный клан начал обретать плоть и кровь. И пусть пока это всего лишь четыре наемника, но лиха беда начало.

В качестве воспитательного момента первый шаг был сделан. Они ощутили ко мне благодарность и тут же надо было закрепить его уважением. А то на одной благодарности далеко не уедешь — люди быстро забывают, что для них сделали добро. Значит, надо закрепить немного злом. А уже на основе этого взять клятву с одним интересным элементом. А уж если помрут наёмники от этого интересного элемента, то… Значит не получилось, не срослось… Будем решать с набором иначе.

И теперь мне предстояло провернуть другое дело. Я достал телефон и набрал номер Гордея.

— Гордей, — сказал я, когда безопасник ответил. — Приезжай на базу. Спектакль окончен, клоуны уехали. Если ты согласен… Да? Ну что же, чудесно. Тогда жду тебя на стройке, тут и с теми четырьмя проведём мастер-класс по приёмке в будущий род.

Я сбросил вызов и направился в административное здание. Настало время раскрывать карты перед начальником службы безопасности. А также пришло время связывать его клятвой, которая слегка изменит расстановку сил в роду Ярославских. И да, надо сначала клятву из прошлой жизни проверить на наёмниках, а то вдруг ещё копыта отбросят, не выдержав усилий? Гордея мне было бы жалко…

Пока ждал Гордея, то решил прогуляться с Михалычем. Ещё раз глянуть на то, что творится для создания моей отправной точки.

— Почти закончили ангар для техники. Ребята расстарались на совесть — как для себя делали! — почти что с гордостью проговорил Михалыч, показывая на здоровенный дом.

Сколько туда машин влезет? Двадцать? Тридцать? В общем, много. Для начала будет нормально.

— Отличная работа, — искренне похвалил я, шагая рядом с ним. — А что по жилым и тренировочным блокам?

— Всё готово. Казармы на пятьдесят штыков, душевые, столовая. А тренировочный зал… О, Ваше Сиятельство, это песня! Маты стелили по японской технологии, стойки под оружие привезли из мореного дуба. Климат-контроль такой, что хоть в трусах тренируйся. Пойдемте, сами ещё раз поглядите.

Мы вошли в спортивный блок. И я действительно впечатлился. За пару дней сделали от души. Прямо было видно, что старались. Просторное помещение было залито холодным светом ламп. Идеально ровное покрытие, зеркальные стены, макивары, силовые тренажеры и даже экранированная зона для отработки ударов живицей. Всё почти по высшему разряду. Почти, потому что не хватало зоны для работы в боевых доспехах, но там и площадь нужна больше и экраны мощнее.

— Шикарно, Михалыч. Выписывай своим парням премию. А теперь скажи мне… как поживает моя личная «штрафная рота»? — я хитро прищурился. — Не шалят? Ведут себя нормально?

Бригадир хохотнул.

— А, те самые четверо клоунов? Трудятся не на страх, а на совесть. Сначала всё права качали, кричали, что они элитные наемники, а потом, когда я им пайку урезал, стали шелковыми. А что вы так заинтересовались?

— Да дело у меня к ним есть, — ответил я. — Пойдём, прогуляемся…

Мы вышли на задний двор. Там всё также копошились четыре фигуры в оранжевых жилетах. После своей защиты и предложения главаря, они думали, что я подниму их по карьерной лестнице, а я направил обратно в траншею. Это тоже был своего рода воспитательный момент.

— Ну что, как курорт, господа профессионалы? — весело поинтересовался я, останавливаясь у края траншеи. — Лопата мозоли не натерла?

— Отстань, гаспадин Ярославский, — хрипло выплюнул главарь. — Мы свой месяц отработаем. А потом…

— А потом вы пойдете искать новую работу, где вас снова кинут, или, что вероятнее, прирежут в какой-нибудь подворотне, — перебил я его. — Я подумал над вашими словами. Вылезайте из ямы. Все четверо.

Охранники насторожились, перехватили автоматы поудобнее, но я жестом велел им опустить стволы.

Наемники неуверенно переглянулись. Они положили инструменты в сторону и один за другим выкарабкались на снег.

— Михалыч, свободен. Дальше я сам, — бросил я бригадиру. Тот кивнул и тактично удалился.

Я окинул взглядом эту помятую четверку. Ледовик, землевик, мастер клинка и их амбал-главарь. Да, они облажались, когда напали на студентов. Да, они позволили эмоциям взять верх. Но мой глаза видели главное: их тела были отличными боевыми машинами. У них были рефлексы, выносливость и та самая уличная злоба, которую не воспитаешь ни на одном татами в элитных заведениях. Мне нужны были именно такие псы. Псы, которым нечего терять.

— Значит так, бойцы, — я сунул руки в карманы куртки и начал прохаживаться перед ними. — Вы сейчас гниете в этой канаве, потому что оказались тупее, чем о себе думали. Но я вижу, что вы умеете держать удар. И спайка у вас работает как надо.

Главарь нахмурился, смахнув грязной рукой пот со лба.

— К чему ты клонишь, гаспадин Ярославский?

Опять это «гаспадин». Как будто бы с издёвкой, но в то же время подобие вежливости.

— Я клоню к тому, что лопата — это не ваш профиль. Вы предложили мне свои услуги, а я предлагаю вам сделку, — я остановился прямо напротив него. — Вы прямо сейчас идете со мной в тренировочный зал. Все четверо против меня одного. Без оружия, только живица и рукопашка. Если вы хотя бы раз сможете уложить меня на лопатки, то вы свободны. Я отсыплю каждому по тысяче рублей сверху, и вы свалите на все четыре стороны.

В