Сказание о второстепенном злодее 3 - SWFan
Я набрал побольше воздуха в лёгкие и сильно ударил по кристаллу звука, стоявшему на краю платформы, чтобы принц мог произнести речь в конце парада. В ту же секунду в мои уши словно вонзились две иголки. Я скривился, в глазах потемнело. Когда пришёл в себя, то заметил, что толпа немного притихла. Люди были напуганы, но теперь они смотрели на меня.
Внимание привлёк, хорошо. Что дальше?
Я прокашлялся, заложил руки за спину и громко заговорил:
— У Его Высочества Рошеля… случился внезапный приступ несварения.
Чем менее серьёзным будет заболевание, тем меньше паника.
— Поэтому его пришлось в срочном порядке доставить в больницу. Парад будет перенесён на завтра. О здоровье принца можете не волноваться, с ним всё…
— В него стреляли! Я видел кровь!
— Точно! И выстрел! Я слышал выстрел!
Мои слова потонули в выкриках из толпы. Прокатился взволнованный ропот.
Проклятье…
— Парад будет перенесён на завтра, а сегодня, — я повысил голос, стараясь снова обратить на себя тревожные взгляды собравшихся, — сегодня я, Антон Савин, наследник рода Савиных и достопочтенный председатель студенческого совета Академии Лапласа, произнесу перед вами собственную речь!
— Савин?..
— Стойте, а это не тот, про которого писали в газетах?
— Я сам пострадал во время недавнего нападения на Академию Лапласа! — крикнул я, напрягая голосовые связки до предела. — И данный инцидент показал мне, что Лапланд не в состоянии защитить себя сам. Ваши законы — особенно в отношении плебеев — недостаточно суровы. Вы подобны неразумным детям, которые не могут постоять за себя ни на мировой арене, ни даже у себя дома!
Мой голос гремел по всей площади, разбиваясь о кирпичные фасады и взмывая к небу. Интересно, Алекс и остальные меня слышали? Скоро узнаем.
— А потому я предлагаю вам забыть о так называемой «независимости». Будем честны: она существует лишь с позволения сильных мира сего — таких, как я. Признайте себя вассалами Дома Савиных на официальном референдуме! Так будет лучше и для вас, и для ваших детей!
— Что за бред он несёт⁈
— Я его помню! Это он издевался над слугами!
— Верните принца!
Толпа сперва растерялась, а затем взбудоражилась. Кажется, я переборщил. Человеческое море сверкало злыми, раздражёнными глазами, в нём множились «пираньи». Такими темпами давка всё равно начнётся, но теперь люди будут бежать не от страха, а стремиться схватить меня за ноги и линчевать прямо на месте. Меж тем Алекс до сих пор не вернулся. Прошло всего несколько минут.
— Молчать! — выкрикнул я.
— Сам заткнись!
— Пошёл вон!
— Вон отсюда!
— Верните принца!
Сбавить обороты, нужно срочно сбавить обороты… Может, рассказать анекдот? Нет, это уже совсем безумие. Меня вздёрнут за такое. Тогда…
— Я понимаю, — выкрикнул я, перебивая шум, — что вам непросто смириться с новым правителем! Но дабы вы осознали всю необходимость смены власти и смогли доходчиво объяснить её своим детям… я подготовил небольшую поэму! Кхм!
Скажи-ка, дядя, ведь не даром
Лапланд, едва не спаленный пожаром,
Савинам был отдан?
Ярость отступила. Глаза людей в толпе сделались стеклянными. Эльвира, которая ещё недавно стояла рядом и вздыхала, слушая мою речь, вздрогнула и ошарашенно посмотрела на меня.
— Да, были люди в наше время,
Не то что нынешнее племя:
Глупцы! Безумцы и плебеи!
Но славная досталась им в итоге доля,
Вернулся господин с неволи,
И свет им показал!..
…
…
…
'+0 баллов!
Управляющий, пожалуйста, не забывайте, что это система злодея, а не психопата!'
Спасибо за напоминание…
В итоге я прочитал примерно треть «поэмы», прежде чем осадки в виде гнилых помидоров сделали продолжение совершенно невозможным. К этому времени не только люди в толпе, но и солдаты, оставшиеся на платформе, и даже моя собственная сестра смотрели на меня, мягко говоря, «странными» глазами.
Бывает.
По крайней мере, я действительно смог «занять» толпу на достаточно продолжительное время, чтобы люди пришли в себя и не стали устраивать давку, а Алекс и остальные встретились и завязали бой с убийцей. Принц тоже был в порядке, так что всё закончилось благополучно — как в игре.
Оставалось только надеяться, что принц не станет говорить, кто стрелял в него на самом деле. Ведь на самом деле он всём знал и всё заметил. В игре он предпочёл держать это в тайне — были причины. Надеюсь, теперь он тоже ничего не расскажет, и сюжетная линия «первого покушения» закончится благополучно.
Кстати говоря, а вот и Алекс. Я встал на цыпочки и увидел, как он приближается со стороны улицы, которая постепенно пустела. За ним следовала Саша, затем Зигфрид, пойманный ими убийца в шляпе и Альфирия.
— М-мне… понравился стих, — сказала ведьма с вымученной улыбкой.
Значит, они меня слышали… Ладно. Зато все в сборе. Я облегчённо вздохнул, опустив напряжённые плечи… и внезапно замер.
Стоп. Какой ещё убийца?
— Мы поймали его! — крикнул Алекс.
Старик примерно шестидесяти лет, плотный и коренастый, отчаянно вырывался из медвежьей хватки Зигфрида. Шляпа слетела с его головы, открывая лысеющую макушку, на которой лежали жиденькие серые волосы. Он было ринулся вперёд, но не смог освободиться и рухнул на колени.
— Мы поймали его, — серьёзно повторил Алекс.
Я округлил глаза. Сердце застучало у меня в ушах и на кончиках пальцев.
Подставной убийца, призванный отвлечь на себя внимание, чтобы никто не заподозрил Эльвиру, был верным агентом моего отца. Ему было приказано сбежать с места преступления, запутать следы. Если же сделать это оказывалось невозможно, он должен был покончить с собой. Почему он жив? Почему они взяли его живым? Потому что Алекс оказался сильнее, чем в игре, и смог выбить у него кристалл прежде, чем тот успел его использовать? Так проявил себя эффект бабочки?
Мой взгляд резко обратился к Эльвире. Впервые кукольное выражение на её лице сменилось тревогой. В распоряжении Конде были такие методы и мастера допроса, что даже самый верный человек рисковал проговориться. В конце концов, с его связями в имперской армии он мог выписать «Истину» — кристалл 3-го ранга, который позволял проникнуть в голову другого человека и извлечь его воспоминания.
На мгновение наши взгляды встретились. Я сразу принял суровое, невозмутимое выражение лица, но сердце моё содрогнулось,