2:5030/Эльф. Нежданный коннект - Станислав Миков
— Пазл сошелся, — быстро, рубя слова короткими фразами, произнес он. — Мы имеем дело с автоматикой.
Алексей откинулся на спинку скрипнувшего кресла, складывая руки на груди и ожидая развернутых аргументов.
— Сам посуди, — Денис принялся загибать пальцы, чеканя каждый довод. — Скорость ответа — жалкие две секунды на объем в несколько килобайт. Полный, стопроцентный обход телефонной линии. Бинклей не зафиксировал ни единого входящего звонка за последние полчаса. Тоссер даже не просыпался в фоновом режиме для распаковки транзитных пакетов. Эта дрянь пишет напрямую в твою базу сообщений. Она сама формирует служебные поля, генерирует валидные идентификаторы и кладет готовый текст прямо в файлы на диске. Это не живой юзер за клавиатурой, Леха. Физиология не позволяет. Это автоматический обработчик, резидентный бот или чужая утилита, сидящая глубоко в недрах твоей операционной системы.
Денис подошел ближе, инстинктивно понизив голос до заговорщицкого шепота, словно в захламленной комнате могли быть установлены скрытые микрофоны.
— Закрытые структуры, — упрямо продолжил он, глядя прямо в воспаленные глаза сисопа. — Спецслужбы, правительственные лаборатории, кто угодно с неограниченным бюджетом. Кто-то тестирует новую систему тотального перехвата, анализа и подмены трафика прямо на узлах связи. Это может быть троян, криво спрятанная резидентная программа. Она цепляется к ключевым словам в письмах, лепит ответы по словарю, имитирует задержки там, где нужно, и делает вид, что за ней сидит живой человек. А Ольга, по его версии, стала не случайной жертвой, а удобной точкой входа: её письма давали алгоритму живой материал для имитации ответа.
Алексей тяжело покачал головой. Он категорически отвергал красивую, параноидальную, но бездушную теорию друга.
— Ты не читаешь текст, Денис. Ты смотришь только на метки времени и размеры пакетов, — сисоп снова ткнул пальцем в стекло, где сквозь синий фон проступали витиеватые, странные строчки Ильи. — Ни одна утилита не способна оперировать такими понятиями. Утилита не пишет про «вековые древа с серебристой листвой». Машина не станет так долго, путано и искренне объяснять концепцию свободы воли. Бот не способен демонстрировать человеческую эмпатию. Тут кто-то живой. Очень странный, мыслящий совершенно иными категориями, но живой.
Алексей замолчал, его взгляд снова стал холодным, отсекающим лишние эмоции.
— Но в одном ты абсолютно прав. Я признаю технический факт.
Сисоп придвинулся вплотную к столу и положил ладони на потертую клавиатуру.
— Этот Илья, кем бы он ни был — живым человеком, свихнувшимся гением математики или системным призраком — паразитирует на моем почтовом тракте. Он сидит внутри программного обеспечения тоссера. Он полностью игнорирует процесс дозвона.
Алексей решительно свернул окно GoldED. На экране развернулись классические синие панели файлового менеджера Norton Commander. Сисоп перешел в системный каталог с батниками и конфигурационными файлами, нажал Shift+F4 и создал новый пустой текстовый документ.
— Если оно орудует внутри, мы поймаем его за руку и разберем на байты, — процедил Алексей сквозь зубы.
Он начал быстро, не глядя на клавиши, собирать простой, злой и предельно конкретный командный файл. Стук пластиковых клавиш наполнил комнату сухим, агрессивным ритмом.
Денис мгновенно понял задумку. Он пододвинул шаткую табуретку, сел рядом с креслом Алексея и начал диктовать параметры для захвата данных, работая с сисопом в едином, слаженном ритме двух технарей, вышедших на тропу кибер-охоты. Они настраивали систему тотальной, параноидальной слежки за адресом 2:5030/77.777.
Алексей с каменным лицом прописывал команды пакетного файла: снять текущий снимок директории через `dir` с фиксацией дат и размеров с точностью до байта, скопировать все подозрительные базы в отдельный защищенный каталог, прогнать утилиту побайтового сравнения `fc /b` по контрольным копиям. Каждое прерывание, каждое изменение размера файлов JAM-базы должно было логироваться.
Денис вытащил из пластиковой стопки чистую пятидюймовую дискету, положил черный квадрат прямо перед клавиатурой и прилепил рядом плотную черную наклейку: сначала на носитель запишут эталонный срез, а уже потом закроют прорезь защиты от записи. Алексей кивнул, подтверждая правильность хода. Если неизвестная программа действительно умела менять файлы в базе и подчищать следы, доверять только жесткому диску было самоубийством. Они решили вести двойной след: быстрый рабочий снимок на винчестере и холодный, эталонный срез — на физическом носителе. Денис выхватил шариковую ручку и корявыми печатными буквами вывел на бумажной наклейке дискеты: `ILLYA-777 WATCH`.
Затем они сверили время, готовясь к синхронизации логов. Алексей открыл последнюю запись лога BinkleyTerm, Денис посмотрел на красные цифры электронных часов в правом верхнем углу панелей Norton Commander, а затем перевел взгляд на потертые наручные «Электроника», лежавшие возле паяльника на краю стола. Разброс между системным таймером материнской платы и наручными часами составлял ровно сорок две секунды. Алексей коротко ругнулся, ударил по клавишам и вписал высчитанную поправку прямо в строку комментария создаваемого файла. В их детективном расследовании каждая секунда превращалась в улику. Если новое письмо материализуется между двумя отметками, они будут точно знать, какой из таймеров врет.
Для калибровки ловушки они прогнали пустой, холостой цикл. Алексей тщательно, проверяя каждую букву, вписал в батник прямые пути к директории почтовой базы. Команды копировали не всю папку целиком, а конкретные критические узлы архитектуры JAM: сам текстовый массив сообщений, файл индексов и файл заголовков — `messages.jhr`, `messages.jdx` и `messages.jdt`. Батник фиксировал их размер и контрольные суммы. Следом в созданный подкаталог WATCH\0001 падал свежий, обрезанный по времени срез `BINKLEY.LOG`. Логика капкана была железобетонной, опирающейся на фундаментальные принципы операционной системы. Если Илья отправляет новое письмо, объем индексного файла `messages.jdx` неизбежно меняется. Если при этом в логе звонилки нет записи о соединении, а тоссер не фиксирует обработку внешнего архива — факт локальной генерации трафика будет доказан с математической безупречностью.
Система отработала тестовый прогон. Файлы остались нетронутыми. Утилита `fc /b` побайтово сверила массивы данных до и после мнимого полла, выдав на черный экран короткую успокаивающую строчку: `FC: no differences encountered`. Алексей позволил себе шумно выдохнуть. Созданная ими ловушка выглядела топорно, представляя собой нагромождение костылей командной строки, но она работала. Это были те законы машинной логики, которым сисоп еще мог безоговорочно доверять.
Он нажал F2 во встроенном текстовом редакторе, сохраняя итоговый вариант файла `catch.bat`. Денис сидел рядом, замерев и не сводя напряженного взгляда с командной строки. В полумраке душной комнаты, насквозь прокуренной и пропахшей сладкой химической персиковой жвачкой, толстые стекла его очков холодно отражали зеленоватое свечение текстового