Лекарь из Пустоты. Книга 15 - Александр Майерс

На некоторое время даже показалось, что слухи удастся остановить без серьёзных последствий. Но потом Вася привёз мне очередную предвыборную аналитику, и выяснилось, что несколько магистров, прежде склонявшихся голосовать за меня, теперь собирались поддержать Ракитина.

— Говорят, что вокруг вас слишком много опасностей даже в операционной. Сочувствуют, но считают, что Гильдии сейчас нужен человек, у которого меньше подобных проблем, — объяснил Василий.

Я некоторое время молчал.

Кто-то попытался меня убить. Я едва не погиб, проводя две ауральные операции одновременно, причём одну из них — на себе. И это стало доводом против моей кандидатуры⁈ Бред какой-то.

Но увы, поделать с этим я пока ничего не мог. Будем работать дальше — это всё, что остаётся…

Российская империя, город Томск

— Да как это возможно⁈

Прохожие обернулись на возглас Сорокина. Тот тут же осекся, натянул капюшон ниже и зашёл в переулок. Снова перечитал открытое на телефоне сообщение.

Серебров выжил. Пациент тоже. Внутренне Игнатий был готов к такому исходу, но всё равно не смог совладать с гневом.

Столь филигранно подготовленное покушение, а Серебров якобы всего лишь получил лёгкую магическую травму!

Хотя… как знать, что с ним на самом деле? Даже если он при смерти, об этом вряд ли скажут во всеуслышание. На публике князь не появлялся, операции отменил. Так что всё вполне может быть хуже, чем пытаются представить публике.

Но затем Сорокин отыскал свежие фото князя в клинике, а потом и короткое видео, где он отвечал на вопросы журналистов. На вид с ним всё было в полном порядке.

Сука!

С проклятием никакой ошибки точно не было. Если бы Серебров заметил его раньше, то сумел бы нейтрализовать. Но раз говорят о травме и отменены операции — значит, какой-то урон Юрий всё же получил.

Но, как бы там ни было, он спас и себя, и пациента.

Игнатий покачал головой и направился в гостевой дом, где проживал в настоящий момент. Когда он уже подходил к нему, телефон зазвонил. Это был один из членов Чёрной касты в Томске.

— Здравствуй, брат. Мне передали информацию. Хорошо ударил по Сереброву.

— Недостаточно хорошо, — буркнул Сорокин.

— Есть предложение. Пока князь восстанавливается, можно подготовить ещё одну попытку…

— Нет.

— Почему? Он ослаблен.

— Может быть. А его люди ослаблены, как думаешь? Его служба безопасности, гвардия, союзники? — ядовитым тоном поинтересовался Игнатий.

Собеседник ничего не ответил. Потом кашлянул и сказал:

— Ладно. Главы всё равно вряд ли бы одобрили.

«А на кой хрен ты вообще тогда что-то предлагал⁈» — выругался про себя Сорокин, но вслух ничего не сказал.

— Есть ещё кое-что. Фонд, который оплачивал лечение твоего пациента, под колпаком. Люди Сереброва приехали к ним офис, взяли под контроль всю документацию. Говорят, одного из наших посредников уже ищут. Может, уже взяли.

— Следовало ожидать, — вздохнул Игнатий.

Вернувшись в номер, он тут же собрал все бумаги, связанные с Лавром и благотворительным фондом, бросил их в ведро и сжёг заклинанием.

Схему проклятия сохранил. Она ещё могла пригодиться.

К вечеру пришло несколько сообщений от других членов касты. Часть посредников и сторонних исполнителей устранили. Две новосибирские ячейки временно расформировали, их члены покинули город.

До самого Сорокина следствие пока не добралось. И он надеялся, что уничтожил все связи, которые могли к нему привести.

Хотя и понимал, что в случае с Серебровым ни в чём нельзя быть уверенным…

Российская империя, город Новосибирск, усадьба рода Серебровых

Шумиха вокруг покушения на меня слегка улеглась, но неожиданно возник новый горячий инфоповод — вдруг все заговорили об артефакте имитации ауры.

Сначала мне прислали ссылку на обсуждение в профессиональном сообществе целителей. Некий анонимный пользователь написал, что у князя Сереброва есть прибор, который воспроизводит ауру в мельчайших деталях.

В подробностях он путался, но саму идею описал правильно.

Другие пользователи завалили анонима вопросами. Можно ли использовать артефакт для подбора эликсиров? Проверять сочетания лечебных заклинаний? Наблюдать, как поведёт себя повреждённая аура при нагрузке?

А затем кто-то уверенно сообщил, что князь Серебров уже создал всё перечисленное и скоро начнёт поставлять приборы в Академии.

Последнее меня особенно порадовало.

Я как раз сидел перед имитацией собственной ауры и разбирался, почему очередной вариант восстановления заканчивается крахом. Никаких поставок даже в мыслях не было. Артефакт вообще пока существовал в единственном экземпляре. Громов обещал сделать второй, но пока не успел.

— Откуда это вообще пошло? — спросил я Виолетту, набрав её номер и объяснив ситуацию.

— Точно установить сложно. Лекари общаются друг с другом, слухи расходятся. Вы ведь не запрещали упоминать само существование артефакта.

— Не запрещал. Но почему его создателем называют меня?

— Видимо, потому что о приборе узнали из вашей клиники. А люди привыкли связывать различные открытия с вами, — в голосе Виоллеты послышалась улыбка.

Я попросил Савелия Игнатьевича заглянуть ко мне. Он приехал из клиники, привёз список материалов для лаборатории и некоторое время ворчал из-за задержки поставок. А потом я показал ему обсуждение.

Громов прочитал несколько сообщений и хмыкнул.

— Подбор сочетаний эликсиров… Конечно, можно! Да с этим артефактом почти любые воздействия на человеческий организм можно прогнозировать!

— Вас только это заинтересовало?

Я показал ему сообщение. Савелий Игнатьевич пожал плечами.

— Подумаешь. Пусть болтают. Я-то знаю, что сделал его своими руками, и все записи есть. Но это, конечно, попахивает несправедливостью.

— Согласен. Давайте расскажем, что именно вы создали артефакт, и заодно сообщим, для чего он на самом деле создавался, — предложил я.

Громов не возражал. Я вызвал Виолетту, и мы втроём обсудили будущую публикацию.

Вместо рассказа об очередном чуде получилась вполне обстоятельная беседа с создателем артефакта. Громов объяснял, зачем нужна имитация и почему она не заменяет обследование конкретного человека.

А от меня приводилась цитата: Артефакт создал мастер Громов. Моя роль по большей части заключалась в постановке задачи и проверке результата. Я объяснял, что требуется целителю, а он находил способ это реализовать.

С приписанными мне заслугами предвыборная кампания, возможно, пошла бы веселее. Но присваивать чужую работу ради нескольких голосов я не собирался.

Публикация вызвала куда больше интереса, чем мы ожидали.

Лекари спрашивали об испытаниях и возможности заказать прибор. Преподаватели хотели понять, можно ли использовать его на занятиях. Кто-то уже предлагал составить собрание имитаций редких ауральных патологий.

Последняя мысль мне