Зодчий. Книга Х - Юрий Александрович Погуляй

— Никому не интересна Скверна, — не выдержала Паулина. — Большая часть населения страны никогда не встречала ни одного монстра. Только по новостям слышала, но ещё больше людей даже зная о ней, делают вид, будто бы Изнанки совсем не существует. У них своя жизнь, свои заботы. Вы не сможете затащить их в свои подборки пограничных будней! Думаете им мало того что происходит в мире? От того что случилось на Дальнем Востоке, от того, что может случиться в любой момент с Протекторатом. А вы хотите им ещё монстров накинуть?

Челидзе заинтересованно пошевелилась, а я с удовольствием отпил морс из стакана и покосился в сторону кухни. Мне должны были принести котлету с жареной картошкой, так что львиная доля мыслей крутилась вокруг этого.

— Территория без действия поправки — это территория свободы. Мы можем придумать и другие варианты, — сказала Лаура. — Наша задача — нарисовать образ новой аристократии. Сместить фокус.

Князева вздрогнула, глаза её сузились, и грудь, затянутая в корсет, поднялась от возмущения:

— Люди сразу почувствуют фальшь, если вы сунете им благородных кукол!

Она совершенно не представляла, что разговаривает с человеком из ближнего круга Императора. Отлично, пусть гостья из столицы своими ушами послушает, какое мнение существует в народе. С Князевой всё будет в порядке, я не позволю ей навредить, а вот Лауре полезно будет. Я ещё раз глотнул морса, встретив изумлённый взгляд Челидзе и изобразив интерес к её предполагаемому ответу.

— Нет-нет, никаких кукол! — торопливо помотала головой Челидзе. — Ни в коем случае. Врать мы не должны, но и ситуация сложилась такая, что при слове «аристократ» в обществе за пределами благородных сословий рисуется эдакий богатый высокомерный дегенерат, заинтересованный в том, чтобы набить свой кошелёк за счёт тупого стада из простых людей, а потом, желательно, сбежать куда-то на тёплый остров и подальше от недалёкого и глупого народца.

— Вот взяла и внезапно сложилась? — не сдалась Паулина. — Из космоса упала или наведена вражеской пропагандой?

— Некоторые основания в вашем сарказме, к сожалению, имеются, — тяжело вздохнула Челидзе, — но потому я и моя команда здесь, чтобы изменить ситуацию в лучшему. Мы должны выровнять истории. В войне со Скверной титулов нет! Говорить должны дела, а не кровь! Сначала на фронтире, далее — везде.

— Мишенька, ты настолько всерьёз относишься к этой идее? — Князева обратилась уже ко мне. — Если власть прознает про твои планы, то предложения сделать репортаж о благородном одарённом, вспомнивших о существовании Фронтира, посыпятся как из рога изобилия. Тут будет не продохнуть от князей, графов и баронов, которые будут на камеру показывать свою личную заинтересованность. Нам ведь не эта картинка нужна.

— Всерьёз, Паулина, — кивнул я. — Думаю, с этим потоком мы справимся.

— Вам следует с большим доверием относиться к власти, — Челидзе не дрогнула, хотя на лицах её команды появился нездоровый серый цвет. Они даже дышать перестали, однако Лаура мило улыбнулась Князевой.

— У меня нет иллюзий на её счёт, — призналась Паулина. — Но я верю в Мишу.

— Мы все верим в Михаила Ивановича, — согласилась Лаура. — Он наш шанс.

Мне, наконец-то, принесли поесть, и я с удовольствием приступил к трапезе.

— Простите… — немного сдавленно проговорила доселе молчавшая Дорина. — Полагаю, мы можем подготовить ряд возможных кампаний на всех уровнях. Если, конечно, будет поддержка со стороны вашего сиятельства.

Я кивнул, пережёвывая котлету. После похода в Изнанку есть хотелось особенно сильно. Да и такую вкуснятину давно не пробовал.

— Мне нравится отношение госпожи Князевой к вопросу. Кажется, мы можем сработаться, — заметила Челидзе. Паулина скептически хмыкнула.

— Что до власти, то общение с ней я беру на себя, — улыбнулась ей Лаура. — Мои связи это позволяют. Мы должны сделать эти земли витриной общества, а дальше, в идеале, распространить её на другие территории. Плавно, но неотвратимо.

— Жандармерия отправляла на Сахалин и за меньшее, — продолжила ворчать Князева.

— Не в этот раз. Так, я только сейчас заметила который час. Простите, что так сильно вас всех задержала. Михаил Иванович, мы с моими людьми разместимся пока в этом славном заведении, а завтра бы перебрались куда-нибудь в менее атмосферное место. Здесь красиво, но нам потребуется пространство без лишних ушей.

— Организую, — сказал я в ответ. — Остановиться можете в отеле у озера, в Орхово. Он, правда, пустующий, но персонал есть. Думаю, если заберёте целый этаж, чтобы не светить здесь своими войсками, то всем будет хорошо.

Людей для работы пришлось нанимать аж из Кобрина, на вахтовый метод, и разбавлять их местными, у которых не было опыта подобных услуг. Ну и оплачивать полную ставку всем, несмотря на пустующие номера. Потому что дело было не в деньгах, дело было в будущем. Сейчас, после вторжения Скверны, сюда не спешили.

Но граница сейчас станет двигаться, и то, что было линией фронта, обратится в глубокий тыл. Люди же привыкнут к новым реалиям и захотят культурной пищи. Так всегда было, так всегда будет.

— Простите за беспокойство, Михаил Иванович, — сердечно прижала руки к груди Челидзе. — Надеюсь, служба безопасности не доставила кому-нибудь неудобств. И приятного вам аппетита.

Когда Лаура и её спутники разошлись по номерам — мы с Паулиной остались одни.

— Кто это? — прямо спросила Князева. — Она действительно может как-то помочь в общении с властью?

— Должность её мне неизвестна, но да — она действительно может многое. Очень важная птица, — покачал головой я, собирая соус с тарелки оставленным напоследок кусочком котлеты.

— И как ты с ней познакомился? — прищурилась Паулина.

— На Сахалине.

Она вздрогнула и замолчала. Я неторопливо доел, затем тщательно отёр губы. Паулина наблюдала за мной, задумчиво водя пальцами по бокалу.

— Миша, у тебя всё хорошо? — спросила она.

— Всё отлично, — бодро ответил я. — Пойду. У меня тут ещё чуточку земли добавилось, нужно отдохнуть и осваивать.

— Не хочешь остаться?

Я сам по себе скосил взгляд на соседний стол, где несла свою вахту охранницы Тень. Девушка с максимально невозмутимым видом увлечённо разглядывала стену, явно почувствовав моё внимание. На щеках появился румянец.

— Миша? — напомнила о себе Паулина.

— Пойду, очень устал, — сказал я в ответ. — Ты связалась с Асфане?

Князева с хитрым видом кивнула. От неё мой взгляд тоже не укрылся.

— Что говорит? — спокойно спросил я.

— Сказала, что обязательно приедет. Тебе нужно будет дать ей ещё одно интервью, — бесенята играли в красивых глазах Паулины.