Обнулённый 6 - Виктор Рэн

В ответ Иеремия растянулась в мерзкой ухмылочке.

— Сейчас вы гость Красса, Кассель. Желанный, но все же гость… — она покосилась на Лилиану, но быстро вернула взгляд голубоватых глаз ко мне. — Ваш дом давно в забвении, и Лилиана благосклонно вас приютила. После стольких скитаний, вы наконец смогли найти дом.

Я внутренне собрался, потому что не понимал, к чему она ведет.

— Мне не нужен ещё один дом с гербом, у меня их восемь. Мне нужен человек, который малым отрядом вычистил шахту на границе Анклава и Шторрена и привёз оттуда эту голову. Такой человек со своими людьми стоит дороже земли и железа.

— Говори прямо, — поморщился я.

— Я предлагаю союз трёх семей: Красс, Блэквуд, Алард, — Иеремия поправила платье, чуть великоватое для ее исхудавших плеч. — И под такой альянс готова выделить содержание для севера. Ровно то, что ты у меня просила письмом, Лилиана. Я приехала, чтобы ответить тебе лично.

— Содержание пограничного поста под рукой короны — это не союз, а обязанность, — произнесла Лилиана. — Так было всегда.

— Так было всегда, и обязанность свою я не отрицаю. Но то, что я дам тебе как сюзерен, во время двух войн… ты сама прекрасно знаешь, насколько мало может получать север, если того не хочет корона. То, что я дам как сторона союза… это уже совсем другое дело. — Иеремия чуть подалась вперёд. — Разница всего в одном слове. Но это слово будет очень многое значить для севера.

Лилиана выдержала её взгляд.

— Условий у меня три, — сказала Иеремия. — Назову пока два.

Она подняла палец.

— Первое. Косинец становится моей передовой точкой. Мой гарнизон зимует здесь и дальше, и мой человек сидит в твоём совете с правом голоса. Командуешь по-прежнему ты, и я в твои приказы не лезу, пока они не касаются моих людей.

Иеремия загнула второй палец.

— Второе. Дом Алард официально дает присягу Крассу, — закончила она и откинулась на спинку стула.

Я едва сдержался, чтобы не рассмеяться. Аларды — дом из Айронмарша, и у них есть старые права на земли на востоке соседнего баронства. Если аларды войдут в Красс, Красс от их имени может объявить новую войну в любой момент. Насколько бы тощей ни была змея, сколько бы она не потеряла, она все равно стремилась пожрать все больше и больше. Даже в такой момент.

— А третье условие я назову, когда получу ответ на первые два.

— Назовите сейчас, — сказала Лилиана. — Я не готова принимать решения на основе неполной информации. Ради духа возможного союза, его сторонам стоило быть чуть более откровенными.

— Не хочу, — Иеремия улыбнулась одной половиной лица. — Потому что первые два условия — это бумага, Лилиана. А союз на бумаге живёт до первой тяжёлой зимы. Но, если подумать…

Иеремия перевела свои разгорающиеся голубые глаза на меня и облизнула пересохшие губы.

— Мое условие вполне может сделать правительницу баронства Красс очень и очень откровенной с твоим гостем, — улыбка Иеремии расползлась на все ее лицо, — Ради духа возможного союза, конечно, дорогая Лилиана.

Я чуть не поперхнулся водой. Потому что понял, о каком союзе на самом деле говорила Иеремия.

— Для такого решения требуется время, — ответила Лилиана.

Она сложила руки перед собой и оставалась такой же сдержанной, как и во время всего нашего разговора.

— Конечно, дорогая подруга, — сказала Иеремия, поднимаясь от стола. — Думайте столько времени, сколько потребуется. Мой гарнизон как раз успеет поставить лагерь к тому времени, как вы решите.

Она произносила слова без нажима, тем же беззастенчивым голосом, которым совсем недавно спрашивала про вазу. Мы поднялись на ноги вслед за Иеремией. Лилиана проводила ее в большую гостевую комнату, а я остался ждать внизу. Распорядитель в меховой шапке и несколько ее гвардейцев потащили туда сундуки.

Двоих гвардейцев Хальд поставил у внутренних дверей, и они встали там так, что мимо них нельзя было пройти незамеченными. Распорядитель до вечера успел обойти весь дом, заглянуть в кладовую, пересчитать дрова у камина и очага и спросить у кухарки, где берут воду. Делал он это подчеркнуто вежливо и по делу. В итоге, с учетом караула внизу, несколько ключевых позиций в доме была заняты солдатами Красса.

Мы ушли в комнату Лилианы, когда во дворе стало темнеть. Лилиана села на край кровати, и ее озабоченный внешний вид напомнил мне последствия нападения на нее после нашего приезда в Косинец. Только сейчас она впервые за весь день позволила себе расслабиться.

— Беатрис приехала к нам с тем, что мы у нее попросили в письме в самом начале зимы, — произнесла она. — И я до сих пор не понимаю, радоваться мне или нет.

— Отказаться мы в любом случае не можем, — ответил я и сел на стул напротив. — Снаружи слишком много солдат Красса, так что осаду мы не потянем. Хотя основной проблемой будет даже не численность солдат, что неприятно, но терпимо. У нас не хватит провизии…

— Кас, ты с ума сошел? — Лилиана удивленно вскинула брови. — Ты и вправду рассматриваешь вариант с осадой? Еще скажи, что мы возьмем Беатрис в заложники и потребуем деньги от ее наместника в Талвеге.

Мое лицо, вероятно, выразило все мое мнение по этому вопросу, потому что Лилиана тяжело выдохнула и покачала головой.

— Нет, это будет просто политическая катастрофа, — усмехнулась Лилиана и добавила шепотом. — И еще большая катастрофа, если, как ты и сказал, она просто найдет новое тело и вернется нам мстить.

— Найти новое тело для нее точно не просто, но да, я предпочел бы закрыть вопрос с ней раз и навсегда, — согласился я. — Достаточно того, что я убил ее уже два раза.

Мы немного посидели и посмотрели на огонь от горящего камина. Мне подумалось, что Косинец этой зимой впервые за долгое время заработал сам. Застава Вальтера взяла тариф с обозов больше, чем посёлок видел за все предыдущие зимы вместе взятые. Охотники приносят в разъезд Хагена пушнину и трофеи, и двое взятых Ульрихом под крыло молодых ребят становятся увереннее с каждой седмицей. Долг перед Компанией пошел вниз, пусть пока и не слишком намного. К весне, если дороги откроются и караваны