Сказание о второстепенном злодее 3 - SWFan

— … А потому мной принято решение… лишить Антона Савина прав на наследство и отлучить его от рода… — прошептала Саша. — Что… что это значит?

— Антон… больше не Савин, — сипло ответила Эльвира.

— Разве это возможно? — удивлённо спросил Алекс.

Эльвира кивнула, сжимая ковёр дрожащими пальцами.

— Н-но почему? — спросила Саша.

— Отец хочет показать, что не собирается начинать из-за него войну…

И с его стороны этот ход был настолько же очевидным, насколько решительным и беспощадным. Единственная причина, по которой Конде собирался казнить Антона, заключалась в том, что он хотел спровоцировать дворянскую фракцию — одним из лидеров которой являлся его отец, Григорий Савин, — на немедленное восстание. Подлинная вина Антона в покушении на принца не имела значения. Его смерть должна была разозлить и унизить старшего Савина.

Но этого не случилось. В своём письме отец просил Эльвиру заявить, что, вне зависимости от результатов следствия, сам факт того, что его отпрыск посмел навлечь на себя такие подозрения, служил величайшим позором, после которого больше нельзя было позволить ему носить имя их славного рода.

Если Конде хочет казнить его — пусть. Дом Савиных больше не имеет к этому мальчишке ни малейшего отношения.

— Значит, у Конде больше нет причин казнить Антона? Ваш отец хочет спасти его… таким образом? — с надеждой предположила Саша.

Эльвира медленно покачала головой.

— Отец просит рассказать об этом только после того, как состоится казнь.

— А? — опешила Саша и снова вернулась к письму, чтобы дочитать его до конца.

Эльвира опустила голову. Казнь человека без суда и следствия — особенно при таких обстоятельствах — станет серьёзным ударом по репутации Конде. Возможно, его даже сместят с должности телохранителя принца, после чего подступиться к Рошелю станет значительно проще. При этом Григорий Савин, напротив, продемонстрирует истовую верность императору — и затем, после завершения переворота, который планировала дворянская фракция, сможет претендовать на бо’льшие преференции, аргументируя это тем, что ради их победы принёс в жертву собственного сына.

Была и другая причина: после изгнания Антон становился простолюдином. А значит, на нём можно было использовать «Истину» — кристалл 3-го ранга, позволяющий читать чужие мысли. Старинные законы запрещали применять его к дворянам даже в самом крайнем случае — ведь те владели информацией, которая могла оказаться губительной для их семьи или других родов. Даже казнь считалась более допустимым исходом.

Другие реформаторы будут утверждать, что, если бы Конде хотя бы немного подождал, пока не станет известно об изгнании Антона Савина, он мог бы воспользоваться этой возможностью, прочитать его мысли и узнать, что на самом деле планировала дворянская фракция.

Или же, напротив, что именно это было доказательством его невиновности.

В любом случае Григорий и его сын предстанут жертвами в глазах широкой общественности, а Конде — преступником. У его противников среди «умеренных» реформаторов появится возможность сместить его с должности.

И всё это — ценой жизни единственного, совершенно бесполезного мальчишки.

— Не было следствия? Антон ничего не рассказал? — опомнилась Эльвира.

Алекс и остальные неуверенно переглянулись. Логично: такие вещи не стали бы предавать широкой огласке. Но дело было не в этом. Эльвира знала благодаря зелёной книжке, что на самом деле Антону были известны все планы его отца и дворянской фракции.

Он мог поведать о них Конде и спасти свою жизнь. Стать информатором.

Более того, он планировал, что дворянская фракция в итоге будет уничтожена. Значит, ему было безразлично «благородное дело», как они его называли. Почему же тогда он не использовал свои знания прямо сейчас, чтобы спастись? Почему казнь не отменили? Почему Антон молчал? Он надеялся? На что? Надежды не осталось. Пытался защитить кого-то? Но кого?

Ответ мог быть только один:

Её.

Он пытался защитить настоящего убийцу — свою сестру. Ради неё он принял удар на себя, когда избавился от подставного убийцы.

— Мне… мне надо туда… — прошептала Эльвира.

— Что?

— Мне нужно туда, где его будут казнить! — захрипела она.

— Но казнь будет на крейсере принца, — замявшись, сказала Альфирия.

Эльвира стиснула зубы. Конечно. Конде выбрал единственное место, где никто не сможет его остановить — в небесах на территории Империи.

Она была всего лишь Начинающим воином. Сама она туда не доберётся. Ей нужна была помощь:

— Можете провести меня туда?

— Вы собираетесь спасти Антона? — с тревогой и надеждой спросила Саша.

— Я не знаю, но мне нужно попасть на крейсер прежде, чем… — Эльвира сглотнула и спросила дрожащим голосом: — Вы мне поможете?

Она понимала, насколько безумной была её просьба. Поэтому и реакция студентов с Факультета Белой Ромашки оказалась вполне закономерной:

— Нет.

Эльвира посмотрела на красноглазого юношу.

— Зачем нам это делать? — спросил Алекс спокойным и холодным голосом.

— Мой брат невиновен!

— И что? Если он невиновен в этом, то виновен в чём-то другом. Зачем нам его спасать?

В коридоре повисла тишина. Саша, обхватив правую руку, опустила голову.

— Он наш одноклассник, — неуверенно вставила Альфирия.

— Он бы нас спасать не стал, — резко ответил ей Алекс.

— Наверное, нет… — поёжилась Альфирия, поправляя очки.

— Мы не обязаны ничего ему…

Бах!

Не успел Алекс закончить фразу, как раздался глухой удар. Юноша с изумлением посмотрел на Эльвиру. Девушка, благородная дворянка из великого рода Савиных, опустилась на колени перед ним.

— Пожалуйста…

— Ч-что вы… — затараторила Саша, лихорадочно пытаясь поднять её на ноги.

Эльвира не позволила — вырвалась.

— Пожалуйста, помогите мне. Я дам вам всё, что вы хотите, сделаю всё, что в моих силах…

Её пальцы заскрежетали по паркету, оставляя на нём глубокие царапины.

Она сама не знала, что делает. Что собирается делать. Отец велел оставить Антона. Это было правильно. Логично. И в то же время Эльвира понимала и чувствовала: она не сможет успокоиться, пока не поймёт, почему Антон пошёл на всё это. Почему он готов был принести себя в жертву ради неё. Пока она не узнает ответ, она не позволит ему умереть.

— Я прошу вас, помогите мне спасти его! — выкрикнула она, с силой прижимаясь головой о пол.

…

…

«Они это серьёзно…»

Именно эта мысль первой пришла мне в голову, когда меня вывели из узкого корабельного коридора на главную палубу. Справа