Неукротимый Бастард 2 - Сергей Измайлов

— Значит выбора у меня нет, — пожал я плечами. — Одно только меня успокаивает — они не будут пытаться меня убить, только подставить, скомпрометировать, чтобы потом проще было манипулировать.

— Надо заручиться поддержкой царя, — сделал вывод Фёдор Алексеевич, задумчиво глядя в окно. — Монарху точно пригодится маг воздуха одиннадцатой ступени, когда кто-то из соседей решит вдруг попробовать наши силы на прочность, значит он заинтересован.

— Поэтому будет настаивать на переходе в его личную гвардию, — добавил я. — И поставит меня перед таким выбором, что врагу не пожелаешь.

— Может быть и такое, чисто теоретически, — вздохнул князь, снова посмотрев на меня. — Иннокентий Михайлович довольно своеволен, как все цари, но не самодур. У него по каждому пункту тонкий расчёт. Если тебя не уговорить, а заставить силой служить ему, то ты будешь искать любой повод и возможность, чтобы уйти. И не исключено, что в итоге предашь. А если он смилостивится и сделает так, как ты хочешь и оставит при княжестве, то ты из чувства благодарности будешь верно служить ему, когда это остро понадобится.

— Такое решение вопроса было бы идеальным, — кивнул я. — Если он поддержит мой выбор, я встану на его сторону, даже когда другие будут против.

— Вот то-то и оно, — сказал Пожарский, подняв кверху указательный палец. — Ты всё правильно понял.

— Осталось только, чтобы Иннокентий двенадцатый развил ту же логическую цепочку, что и мы сейчас, — ответил я со вздохом.

Фёдор Алексеевич, снова перечитывавший в тот момент анонимное послание, поднял взгляд на меня, внимательно изучая, словно хотел понять, кто я такой.

Открылась дверь одной из спален, и вышла Софья, уже полностью готовая к завтраку. Князь незаметно спрятал записку в карман, не обязательно всем знать, поддерживаю.

— Доброе утро, — сказала княжна таким тоном, словно сама не верила в свои слова и с вопросом в глазах посмотрела на отца, потом на меня. — У нас всё в порядке?

— Конечно, — кивнул Пожарский с улыбкой. — Это было недоразумение. Кто-то похулиганил ночью, а почему-то решили, что это был Михаил.

— Надеюсь, обошлось без жертв? — с некоторым облегчением спросила девушка.

— Жертв нет, — сказал князь. — Пострадал царский слуга, который, видимо, не вовремя оказался в том коридоре.

Вслед за Софьей в центральной комнате покоев появились и все остальные, продолжились расспросы, повторные объяснения, выстраивались различные версии, кто бы это мог быть, но я прекрасно понимал, что это пустые разговоры, людям просто надо поговорить.

На самом деле враг неизвестен и будет продолжать делать гадости точно так же, исподтишка, оставляя записки, чтобы я знал, что они продолжают следить за каждым моим шагом и ждут, когда я совершу ошибку. А ещё он будет ждать, когда я на него устрою охоту, вот тогда он раскроется и… А что будет дальше, я не знаю, цели ночных «шутников» мне неизвестны, как и методы, которые они будут использовать в будущем.

— Что-то ты совсем нос повесил, Михаил, — сказал вдруг Пожарский, заставив меня слегка вздрогнуть.

— Нет, я просто задумался, — ответил я, пытаясь изобразить беззаботную улыбку. — Всё в порядке, жизнь продолжается.

— Вот и правильно, — сказал князь, довольно улыбаясь и похлопав меня по плечу. — Главное, что ты с нами, а мы с тобой. И в Академии ты будешь не одинок, Александр уже будет проходить последний год обучения, поделится связями. Софья и Дмитрий будут постоянно рядом, они тоже о тебе позаботятся. А где-то может и ты о них.

— Да, конечно, — теперь уже с искренней улыбкой ответил я, обводя всех взглядом.

В глазах всей семьи Пожарских я сейчас видел поддержку, даже Екатерина Васильевна смотрела в этот раз по-доброму, практически по-родственному. Наконец-то война внутри замка в Солнцеграде закончилась. Надеюсь, что окончательно.

— А вот и завтрак подоспел, — довольно произнёс Фёдор Алексеевич, когда дверь после стука открылась и в комнату начали ввозить тележки, уставленные блюдами.

Слуги начали быстро сервировать на стол, а мы стояли в сторонке в ожидании, продолжая неторопливую беседу ни о чём.

Завтрак был уже в самом разгаре, когда в дверь снова постучали. Громче, чем слуги, что привозят еду, но намного тише того, что было в два часа ночи. Услышав разрешение, дверь открыл незнакомец в одежде придворного, но без родового знака.

— Ваше сиятельство, — обратился он к князю, вытянувшись по струнке. — Прошу прощения, что вторгся во время завтрака, но мне велено немедленно вам сообщить, что сразу после завтрака вас ждут в приёмной, что за тронным залом, вторая дверь слева. Вам следует прийти с Михаилом Фёдоровичем.

— А с кем встреча, с Его Величеством? — уточнил Пожарский.

— Этого я не знаю, ваше сиятельство, прошу извинить, — мужчина учтиво поклонился, развернулся на каблуках и почти строевым шагом покинул наши покои, осторожно закрыв за собой дверь.

Быстро завершив завтрак, под напутствия семьи мы с Фёдором Алексеевичем направились на назначенную встречу. Шли довольно быстро, но не теряя при этом гордой осанки и лица. Уже миновали тронный зал, длинный пустой коридор, потом я увидел слева одну дверь, вторую.

— Это здесь, — сказал Пожарский и сразу постучал, затем открыл дверь и степенно шагнул внутрь. — Князь Пожарский по вашему требованию.

Видимо, наше появление одобрили, князь прошёл дальше, а я вошёл вслед за ним в довольно просторный кабинет, достаточно богато, но в то же время строго обставленный. Царя здесь не было, за столом сидел мужчина, в котором я не сразу узнал того, что стоял во время моего испытания в тени трона и что-то периодически нашёптывал царю. Лицо пожилого мужчины с торчащими из-под странного головного убора седыми волосами было нарочито приветливым, я бы сказал приторным до оскомины, такая же улыбка.

— Проходите, Михаил Фёдорович, — сказал мужчина, глядя на меня, напрочь игнорируя князя, потом медленно повернулся к нему и добавил: — А вас, Фёдор Алексеевич, при всём уважении, я бы попросил подождать за дверью, у меня к молодому человеку строго конфиденциальный разговор.

— Как скажете, Яков Семёнович, — с явным напряжением в голосе ответил Пожарский, разве что, не скрипнув зубами, это меня ещё больше насторожило.

Князь вышел, закрыв за собой дверь, теперь Яков Семёнович снова сосредоточил своё внимание на мне.

— Присаживайтесь, Михаил Фёдорович, — любезно предложил мужчина, который, судя по всему, является главным советником царя и играет при дворе ведущую роль.

Выражение его лица оставалось таким же приторным, только взгляд был холодным и расчётливым, проникающим в самую суть. Я присел на край стула, сохраняя гордую осанку и важный вид, а также,