Siri, как мне стать шиноби? - Влад Жур

Боль... Знакомая жгучая резь тут же попыталась пробить концентрацию, но я проигнорировал её, сжимая волю в кулак. Сейчас нельзя было допускать даже мизерного колебания. Я должен был выпустить чакру наружу не единым мощным потоком, а микроскопическими, невероятно тонкими нитями, буквально процеживая вязкое золото сквозь узкие отверстия тенкецу.

[Фильтрация активна. — фиксировала Siri. — Пропускная способность: 0,15 %. Плотность на выходе снижена до безопасного уровня. Контур свитка принял энергию. Начинаю считывание кода печати.]

Я затаил дыхание. Внутренним взором, подпитываемым Глазом Кагуры, я отчётливо видел, как тончайшие, невидимые для обычного глаза золотые нити моей энергии аккуратно коснулись чернильных кандзи на бумаге. Контур свитка недовольно дрогнул, принимая слишком тяжёлую для него энергию, бумага в районе моих пальцев едва заметно нагрелась, но защитные формулы Узумаки, выстроенные Siri в идеальную математическую цепочку, сработали безупречно. Моя чакра плавно заполнила распределительные линии фуин-матрицы, подсвечивая её мягким, благородным золотистым сиянием.

Секунда, вторая... Рисунок печати на свитке Хранения внезапно ярко вспыхнул, наливаясь ровным светом. Раздался тихий, сочный хлопок, и в небольшом облачке белого дыма прямо на колени мне вывалился ровный деревянный брусок. Символы фуин на пергаменте стремительно поблекли, возвращаясь в пассивное состояние. Сама чакропроводящая бумага осталась идеально целой — ни одного подпаленного края, ни единой обуглившейся строчки.

Тестовое задание было выполнено безупречно.

Я обессиленно откинулся назад, растягиваясь на татами и тяжело, прерывисто дыша. Тело гудело от колоссального напряжения, пальцы рук мелко дрожали, но на губах сама собой играла торжествующая улыбка.

[Внимание! Тестовый протокол Извлечения успешно завершён. — победно мигнула изумрудная иконка Siri. — Адаптация волнового алгоритма под внешнее высвобождение энергии признана успешной на 100 %. Вы укротили начальный уровень высвобождения чакры.]

— Хех... Получилось, — тихо прошептал я в потолок, чувствуя, как из живота уходит последнее напряжение, а пассивный контур Кьюби начинает привычно и мягко залечивать уставшие меридианы.

Первый и самый важный барьер на пути к силе был взломан. Моя золотая чакра больше не была неуправляемым монолитом — она начала подчиняться моей воле и расчётам нейросети. Теперь передо мной были открыты двери к Наследию моего покойного отца.

Ещё два дня я провёл в режиме непрерывного, доведённого до автоматизма закрепления навыка. Свитки хранения С-ранга летели один за другим. Я запечатывал и распечатывал всё, что попадалось под руку в моей комнате: деревянный брусок, чернильницы, наременные подсумки, стулья и даже массивный кусок гранита, который лежал на тренировочном полигоне.

В общей сложности я в хлам извёл около двадцати простых свитков. Тонкая чакропроводящая бумага просто не выдерживала постоянного контакта с моим «жидким золотом» при малейшей ошибке. Даже при идеальном расчёте Siri и ювелирной фильтрации через тенкецу, вязкая и тяжёлая энергия постепенно выжигала распределительные линии фуин-матриц. После пяти-шести циклов чернила на пергаменте банально отслаивались, а сама бумага по краям покрывалась микроскопическими подпалинами, превращаясь в бесполезный хлам.

Но эти финансовые потери клана были оправданы на все сто процентов. С каждым новым хлопком запечатывания и каждым облачком белого дыма алгоритм «Волновой Контроль» внутри нейросети калибровался и обрастал новыми массивами данных. К исходу пятого дня тренировок Siri выдала долгожданное системное уведомление, сопровождаемое тихим триумфальным звуком:

[Внимание! Калибровка внешнего высвобождения энергии завершена. Текущая погрешность алгоритма: 0,02 % (в пределах статистической погрешности). Пропускная способность тенкецу на пальцах рук адаптирована к плотности золотого спектра на 100 %. Вы полностью готовы к работе с с простыми пространственными конструктами.]

Я медленно поднялся с татами, разминая затёкшие плечи. Пальцы рук больше не дрожали от напряжения, а жгучая резь в меридианах уступила место приятному, уверенному теплу. Контур с чакрой Кьюби за эти дни проделал титаническую работу: мои каналы чакры в верхних конечностях стали шире и плотнее, напоминая теперь не тонкие сосуды, а прочные армированные трубы, способные безболезненно выдерживать колоссальное давление.

Пора. Время ученических тестов официально подошло к концу. Пришла пора вскрыть истинное Наследие Хранителей Знаний Узушио.

Подхватив со стола последний уцелевший свиток и свой наременный подсумок, я решительным шагом направился к выходу из комнаты. В подвале резиденции посольства меня уже ждал Кенджи. Глава клана, как и обещал, лично курировал подготовку нашей новой секретной фуин-лаборатории, и сегодня наступал тот самый день, когда остатки нашего рода должны были заново обрести свои знания.

Войдя в подвал, я сразу встретился глазами с главой клана. Кенджи стоял посреди просторной комнаты, которую наши умельцы уже успели полностью оборудовать под временную мастерскую. Вдоль стен выстроились массивные верстаки, за которыми одновременно могли комфортно работать до шести мастеров, а на полках аккуратно разлеглись инструменты, склянки с чакропроводящими чернилами разной плотности и стопки чистой бумаги. По самому центру помещения была обустроена специальная круглая площадка для испытаний, обведённая по периметру сложной фуин-матрицей. При активации этот контур возводил плотный защитный барьер, способный предохранить лабораторию от случайных детонаций, направленных чакро-высвобождений и других непредвиденных инцидентов, которые то и дело случаются у фуин-инженеров.

— Ну что, Ашура, ты готов? — негромко спросил меня глава клана, внимательно всматриваясь в моё лицо.

— Да, готов, Кенджи-сама, — твёрдо ответил я и уверенным шагом прошёл в самый центр испытательной площадки.

Дядя понимающе кивнул, сделал два шага назад, выходя за пределы круга, и тремя печатями ручных знаков активировал защитный барьер. Прозрачная энергетическая стена отрезала меня от остального подвала. Я глубоко вздохнул, мысленно отдавая команду Siri приготовиться к извлечению, напитал ладонь чакрой и плотно прижал её к тёмному ромбу на своём животе.

Подав направленный волновой импульс чакры прямо в структуру Силы Сотни, я заставил контур сработать на извлечение материального объекта. В ту же секунду защитный барьер площадки предупреждающе вспыхнул, сдерживая рванувшие наружу ядовитые оранжево-багровые эманации чакры Девятихвостого. Пространство перед моими руками на миг исказилось, и из багровой вспышки прямо мне в ладони выпал монументальный метровый Свиток Знаний Узумаки — истинный архив Хранителей Знаний.

Мы с главой клана синхронно и облегчённо выдохнули. Кенджи быстрым движением снял барьер, защитная стена опала, и он подошёл ближе, с благоговением глядя на массивный артефакт в моих руках.

— Что ж, первый этап успешно пройден, — признался стареющий дипломат, качая головой. — Но скажу тебе честно, Ашура, это было невероятно рискованное решение — запечатывать Наследие внутри собственного тела. Произойди с тобой что-нибудь непоправимое — и этот свиток был бы утерян для остатков нашего рода навсегда. Пока мы не отстроим и полностью не защитим подвал-хранилище на территории нашего будущего кланового квартала, пусть этот свиток и дальше