Чадо из Майнкрафта - KWIL

— Ну хватит, — сказал он наконец и выбил меч из её рук одним движением. Просто хлопнул ладонью по клинку, и тот вылетел из пальцев Изабель, зазвенел по мраморному полу, замер у стены. Свечение погасло.

Изабель осталась безоружной. Она стояла перед двухметровым чудовищем, которое даже не запыхалось, и смотрела на него снизу вверх. Её сердце колотилось где-то в горле. Но она не плакала. Не молила о пощаде. Она просто стояла и ждала смерти. Как её мать когда-то. Как жена барона.

Но смерть не пришла.

Великан наклонился, подобрал меч, покрутил в руках.

— Хороший меч, — сказал он. — Реально хороший. Зачарованный на остроту, кажется. И на что-то ещё. Может, на отбрасывание. Или на добычу. Надо будет на наковальне посмотреть. Ладно, лут принят.

Он убрал Львиный Клык в инвентарь и повернулся к Изабель. Та не двигалась. Стояла, замерев, как статуя. Великан посмотрел на неё внимательнее.

— А ты красивая, — сказал он. — Для NPC, конечно. Текстуры детальные. Волосы вон блестят. И глаза… серые. Как у волка. Красиво. И не убегаешь. Смелая. Это круто. Ладно, живи. Будешь моим… э-э-э… компаньоном. Как этот чувак. Винсент. Где он там?

Он оглянулся. Винсент стоял в дверях, всё ещё на поводке, и смотрел на происходящее с выражением, в котором смешались ужас, сочувствие и странная обречённость. Он уже привык к тому, что Великан коллекционирует людей. Теперь в коллекции будет пополнение.

Жека достал из инвентаря ещё один поводок. Подошёл к Изабель. Та не двинулась с места. Он аккуратно (насколько мог аккуратно в своём квадратном теле) закрепил поводок вокруг её запястья. Потом подумал — и перекрепил на шею. Как у Винсента. Для симметрии.

— Ну вот, — сказал он, отступая на шаг и любуясь своей работой. — Теперь у меня два квестовых NPC. Мальчик и девочка. Как в нормальной RPG. Вы будете со мной ходить. Помогать. Может, квесты давать. Может, просто для красоты. Но главное — не убегать. Поняли? Не убегать.

Изабель не ответила. Она стояла, привязанная к руке чудовища, и в её серых глазах медленно гасла последняя искра надежды. Она думала, что умрёт героем. А вместо этого стала домашним питомцем. Игрушкой. Частью коллекции.

Винсент встретился с ней взглядом и едва заметно покачал головой. Не пытайся. Не сопротивляйся. Это бесполезно. Он не понимает. Он никогда не поймёт. Просто делай, что он говорит, и, может быть, выживешь.

Изабель опустила голову. Её плечи дрогнули — один раз, всего один, — но она не заплакала. Она была дочерью герцога. Она не будет плакать перед врагом. Даже если этот враг даже не считает её врагом. Даже если он называет её «красивым NPC» и держит на поводке, как собаку.

А Жека уже забыл о ней. Он стоял посреди тронного зала и размышлял вслух:

— Значит, план такой. Сначала сносим старый дворец. Потом ровняем площадку. Потом фундамент — десять блоков в глубину, из булыжника. Потом стены — семьдесят блоков в высоту. Башни по углам — под сотню. Ворота из обсидиана, с редстоун-замком. Внутренний двор — с фонтаном из лавы. Тронный зал — с золотыми блоками. И портал в Нижний мир — прямо в подвале. А, и ещё маяк. Обязательно маяк. Самый большой, из алмазных блоков. Чтобы все видели. Чтобы знали, чей это город.

Он потёр руки и побежал к выходу. За ним, спотыкаясь и путаясь в поводках, поспешили двое пленников.

Снаружи уже кипела работа. Големы, повинуясь беззвучным приказам, разбирали старые стены и таскали блоки к реке. Генератор булыжника пыхтел и выдавал новые порции камня. Жека встал на холме, оглядел город, раскинувшийся перед ним, и улыбнулся. Широко. Счастливо.

— Это будет лучшая база в истории, — сказал он. — Лучший замок. Лучший город. И я построю его сам. Из блоков. По кирпичику.

И он принялся за работу.

* * *

МИР / ОБИТАТЕЛИ

Леди Изабель сидела на мраморных ступенях того, что когда-то было дворцом её отца, и смотрела, как Синий Великан строит.

Она всё ещё была на поводке. Петля охватывала её шею мягко, но неумолимо — как напоминание о том, кто она теперь. Не дочь герцога. Не наследница престола. Не воин, пытавшийся убить чудовище. Она была… питомцем. Игрушкой. Красивым NPC.

Великан бегал по стройплощадке, расставлял блоки, кричал что-то на своём языке. Его голос гремел над городом, отражался от стен, заставлял големов двигаться быстрее. Изабель не понимала слов, но она уже научилась различать интонации. Сейчас он был счастлив. Таким счастливым она не видела никого и никогда. Он строил. Он творил. Он превращал её родной город в свою фантазию — и наслаждался каждой минутой этого процесса.

Рядом с ней сидел Винсент — всё ещё на своём поводке, всё ещё живой, всё ещё непонятно зачем нужный Великану. Он смотрел на стройку пустыми глазами и молчал.

— Как ты это выдерживаешь? — тихо спросила Изабель. — Как ты можешь просто сидеть и смотреть?

Винсент помолчал.

— Я уже не выдерживаю, — ответил он. — Я просто… жду. Когда он убьёт меня. Или когда он потеряет интерес. Или когда случится чудо, и кто-нибудь остановит его. Но пока — я жду. И стараюсь быть полезным. Потому что полезных он не убивает.

— Он убил жену барона. Просто так. Из любопытства.

— Я знаю. Я там был.

Изабель замолчала. Она смотрела, как растут стены нового дворца — чудовищные, геометрически правильные, сложенные из одинаковых серых блоков. Как поднимаются башни — квадратные, приземистые, увенчанные зубцами. Как появляются бойницы, из которых выглядывают раздатчики со стрелами. Как големы, её несостоявшиеся убийцы, теперь таскают камень и помогают строить.

— Мой отец вернётся, — сказала она. — Он соберёт армию. Больше, чем прежде. Он придёт и освободит меня. И убьёт это чудовище.

Винсент посмотрел на неё долгим, тяжёлым взглядом.

— Леди Изабель, — сказал он. — Я видел, как погибла первая армия. Я видел, как погиб отряд Герхарда. Я видел, как пал замок вашего отца. Я видел, как эта тварь разбирает стены голыми руками и строит из них башни. Я видел, как он создал сто големов из доспехов павших. Я видел, как он вошёл в Эренвальд — величайший город герцогства — и взял его за час. Если ваш отец вернётся…