Чадо из Майнкрафта - KWIL

На стенах закричали. Забили тревогу. Зажглись сигнальные огни.

Осада Эренвальда началась.

* * *

МИР / ОБИТАТЕЛИ

Герцог Леопольд Третий стоял на стене и смотрел, как к его городу приближается армия.

Это слово — «армия» — казалось насмешкой. То, что шло к Эренвальду, не было армией. Армия — это люди. Это солдаты, офицеры, знамёна, кони, обозы. Армия — это тысячи отдельных воль, объединённых общей целью. А то, что спускалось с холма, было… монолитом. Единым организмом. Сотнями железных тел, движущихся синхронно, как шестерёнки в часовом механизме. И впереди этой жуткой процессии шёл он. Синий Великан.

Герцог видел его вблизи впервые. Два метра роста. Синяя рубашка. Блестящая броня. Квадратное лицо с фиолетовыми глазами, которые даже на расстоянии казались чужими, нечеловеческими. В одной руке он держал меч — тот самый, алмазный, который рассёк жену Альдрика от плеча до сердца. В другой — поводок. На поводке, как собака, плёлся человек. Присмотревшись, герцог узнал его. Это был Винсент. Сборщик податей барона. Теперь он был пленником. Или проводником. Или талисманом. Кто знает, что творится в голове у Синего Великана?

— Он ведёт их, — тихо сказал Альдрик, стоящий рядом. — Железных демонов. Он создал их из доспехов наших павших. Он переплавил наших солдат и сделал из них это.

Герцог не ответил. Он смотрел на големов и пытался сосчитать их. Сто? Двести? Больше? Железные гиганты шли ровными рядами, и их было достаточно, чтобы покрыть всё поле перед городом.

— Мы можем их остановить? — спросил герцог, поворачиваясь к магу Игнациусу.

Старый маг молчал. Его лицо было белым, как мел. Он смотрел на приближающуюся армию, и в его глазах герцог увидел то, чего не видел никогда раньше. Страх. Настоящий, животный страх.

— Ваша светлость, — медленно произнёс Игнациус, — я не знаю, что это за существа. Я не знаю, как они устроены. Я не знаю, что может их остановить. Но я знаю одно: они не чувствуют боли. Они не знают усталости. Они не отступают. Это не армия. Это оружие. Живое оружие, созданное существом, которое играет в войну, как дети играют в солдатиков. И у нас нет против этого оружия защиты.

— Значит, мы умрём, — сказал герцог.

— Да, — ответил маг. — Если не придумаем что-то другое.

Герцог повернулся к своим офицерам. Они стояли рядом — военный министр, капитан гвардии, командующие легионами. Все смотрели на него. Ждали приказа. Ждали решения.

— Отступаем, — сказал герцог. И это слово обожгло ему губы. — Мы не можем защитить город против такой силы. Не сейчас. Мы оставим Эренвальд. Уйдём на север, в горы. Там, в крепости Карн-Дуар, мы перегруппируемся. Соберём всех, кого сможем. И ударим снова. Но не сегодня. Сегодня мы отступаем.

Офицеры зашумели. Кто-то протестовал. Кто-то предлагал дать бой здесь и сейчас, умереть с честью. Но герцог был непреклонен.

— Умереть с честью — это значит умереть, оставив после себя хоть что-то. Если мы погибнем здесь, не останется ничего. Герцогство падёт. Народ будет уничтожен. А если мы отступим сейчас — у нас будет шанс. Один шанс из ста. Но это лучше, чем ничего.

Он спустился со стены и пошёл к своему коню. За его спиной офицеры отдавали приказы. Армия начинала отступление. Девяносто тысяч человек — те, кто выжил после первой битвы и добрался до столицы, — должны были покинуть город и уйти на север. Это было унизительно. Это было позорно. Но это было необходимо.

А с холма, неумолимо и безразлично, приближалась железная армия. Синий Великан вёл её прямо к воротам Эренвальда. И никто не знал, что он будет делать, когда дойдёт. Разберёт ли он город на блоки, как разобрал замок барона? Переплавит ли жителей в слитки, как переплавил их солдат? Или просто пройдёт мимо, потеряв интерес, и отправится искать следующий данж?

Этого не знал никто. Даже сам Синий Великан, наверное, ещё не решил. Он просто играл. Просто фармил. Просто шёл вперёд, потому что впереди был следующий уровень.

А позади него, на дороге, протоптанной армией, оставались только пепел, железо и пустота.

Эренвальд был крут.

Нет, не так. Эренвальд был ОХРЕНЕНЕН. Жека въехал в город на плече своего самого большого голема (он специально выбрал того, что повыше, чтобы обзор был лучше) и крутил головой во все стороны, разглядывая улицы, дома, площади. Город был настоящий. Не как те жалкие деревни, которые он видел раньше, а огромный, раскинувшийся на много гектаров, с мощёными мостовыми, каменными домами в два-три этажа, фонтанами, статуями, лавками, кузницами, тавернами. И повсюду были люди. Тысячи людей. Они выглядывали из окон, прятались за углами, жались к стенам. Некоторые плакали. Некоторые молились. Некоторые просто стояли и смотрели на него с тем самым выражением, которое Жека привык игнорировать, — смесь ужаса, непонимания и отчаяния.

— Сколько же тут NPC, — пробормотал он. — Да тут целый мегаполис. И они все мои. Мои жители. Моя деревня. Только не деревня, а… мега-деревня. Город-деревня. Супер-пупер-мегаполис. И я могу сделать из него ТАКОЕ…

Он спрыгнул с голема и пошёл по главной улице, прикидывая масштабы будущего строительства. Широкая река делила город пополам — отлично, можно сделать систему рвов. Высокий холм в центре, на котором стоял дворец герцога, — идеальное место для донжона. Старые стены были неплохи, но недостаточно высоки и недостаточно толсты. Жека подошёл к одной из них, постучал кулаком. Камень был хороший, белый, явно добытый где-то в карьерах за городом. Но толщина — всего два метра. Это смешно. Это даже не стена, а так, заборчик.

— Снесём, — решил он. — Всё снесём. И построим нормальную стену. Десять метров толщиной. Семьдесят метров высотой. С бойницами, с башнями, с пушками, с раздатчиками. Весь город обнесём. А внутри — новый дворец. Не этот старый, каменный, а настоящий. Из обсидиана, алмазных блоков и железа. С редстоун-воротами, с автоматическими фермами, с системой защиты, которая будет работать даже без меня. И всё это будет моё. Мой город. Моя база. Мой… как это называется? Спавн-сити. Точка возрождения. Главный хаб всего сервера.

Он засмеялся и побежал к холму.

Дворец герцога был большим, но недостаточно большим. Жека обошёл его, поцокал языком, снёс пару колонн, чтобы посмотреть, как они разбираются (красивый мрамор, надо будет использовать для декора), и