Код волхва. Книга 4 - Алексей Даньшин

И по мере того как гости брали бокалы в руки, глаза у них становились из узких азиатских почти круглыми.

— Вино просто ледяное, — Рустам пригубил жидкость из бокала, улыбнулся и поднял глаза на Михаила. — Тебе привозят лёд с гор?

— Нет, — Михаил покачал головой. — Но давайте всё по порядку.

Он опять хлопнул в ладоши.

В комнату вошёл раб и поставил небольшой сундук на ковёр перед Михаилом, который сидел вместе с Шастуном на ковре, скрестив ноги.

Купец переглянулся с волхвом, и тот ему кивнул, предлагая начать демонстрацию.

Открыв крышку сундука, Михаил достал оттуда каменный диск размером с две ладони и толщиной в два пальца. Медленно положил его рядом и с улыбкой посмотрел на гостей.

— Сегодня как-то слишком жарко, — проговорил он и пальцем прикоснулся последовательно к трём точкам на камне.

От диска в стороны разошлась волна, выдавливая горячий воздух из комнаты. И через несколько секунд стало гораздо легче дышать. Никакой жары больше не было.

Улыбки застыли на лицах купцов, и кто-то из них даже закашлялся, подавившись вином, так не вовремя пригубив его из кубка.

— Это горюч-камень, — в наступившей гробовой тишине спокойно проговорил Михаил. — Делает постоянную температуру в комнате. И неважно, это маленькая спальня или большой приёмный зал, жара на улице или лютый холод. А ещё на нём можно готовить без огня. Просто поставить горшок на него, и он будет варить. Может так работать целый год, если его не выключать. А потом за небольшую плату его можно будет в лавке уважаемого Шастуна опять наполнить рунами на следующий год работы.

Рустам аккуратно поставил свой кубок с остатками вина на небольшой поднос рядом с собой и встал, сделав по комнате круг. Даже высунул руку в открытое окно, почувствовав разницу в температурах внутри и снаружи комнаты.

Его подельники при этом безмолвно следили за ним глазами, уже забыв про вино.

…

…

— Интересно, — наконец проговорил Рустам-бей, с ошарашенным видом присаживаясь обратно. — Не видел такого никогда.

Он уставился на камень и сглотнул выступившую во рту слюну.

— Даже дышать легче стало. Но ты говорил, что у тебя есть и другие диковинки?

Михаил усмехнулся и вытащил из сундучка второй камень. Этот уже был в форме куба шириной в ладонь.

Раб, который стоял недалеко, по кивку хозяина подошёл к окну и закрыл плотные ставни. Теперь в комнате наступила почти полная темнота, лишь где-то через небольшие щели в неё проникал рассеянный свет с улицы.

Гости заметно напряглись. Михаил также протянул руку и коснулся пальцем трёх точек на кубе. И он засветился, ярко освещая всю комнату мягким жёлтым светом. Без огня и запаха. Тихо и ровно.

Мелькнувший было в первую секунду в глазах у купцов ужас тут же сменился жадным интересом.

— Сколько ты за них хочешь? — тихо проговорил Рустам-бей.

— Сто солидов за каждый.

Общий вздох гостей обозначил их удивление огромной суммой.

— А ты не боишься, — так же тихо спросил Рустам, — что на такие сокровища могут позариться воры?

— У этих камней может быть только один хозяин, — покачал головой Михаил. — Тот, кто их купит у купца, которому мы их продадим. В руках других это будут просто камни.

Он оглянулся на волхва. Тот спокойно смотрел на купцов и ухмылялся.

Шастун прекрасно помнил, как сам первый раз увидел эти камни у Илии в Сосновке, и купцов ему было даже немного жалко. Сам он после того несколько дней не спал.

Он кивнул Михаилу, чтобы тот уже делал то, что князь Илия называл «контрольным выстрелом». Купец достал из сундука ещё два каменных кубика, которые должны были окончательно добить потенциальных покупателей. И если те не умрут от удара сразу, то руки у них точно трястись будут ещё долго. И Михаил, и Шастун по себе это знали. И теперь улыбались.

…

Князь Ярослав зашёл ко мне во двор и оглядел выстроившихся в ряд гридней с задумчивым выражением лица.

— Сколько погибло?

В осведомлённости князя о ночном происшествии я даже не сомневался. Слишком много народу видело, как трупы моих парней на телегах увозили от места нападения.

— Одиннадцать. Вместе с Ульрихом, — я хмуро кивнул в сторону лежащих недалеко от амбара тел. — Ещё трое у лекаря. Надеюсь, выживут.

— Сам-то как жив остался? Амулет помог?

Я посмотрел на него и только молча покачал головой. Князь понятливо кивнул и больше на эту тему вопросов не задавал.

— Знаешь, кто это сделал? — вместо этого спросил он.

— Горемысл.

— Ну, я тоже, как услышал, так и подумал сразу, — он прошёл к мёртвым телам моих воинов и оглядел их. — Но почему ты решил, что Горемысл? Волшба?

— Волшба, — подтвердил я. — Я такую у Горемысла видел.

— И что? Он один такое может? А может, Болеслав так мстит? У него, я слышал, тоже волхвы сильные служили.

— Я разберусь, — буркнул я, понимая, что, может, князь и прав.

Может, зря я на Горемысла с Корнеем грешу? Корней же мог и просто сам по себе из Киева уехать, а не бежать от меня? А Горемысла никто в Киеве и не видел давно. Тогда кто? Двое тех мастеров, которые с Болеславом ушли? Или богомильцы мстят за своих?

— Вот это правильно! Разберись сперва. Сгоряча не руби! — князь похлопал меня по плечу. — Народ киевский только начал успокаиваться, а ты тут новую битву вздумаешь затеять? Да и к свадьбе готовиться надо.

Елена была неподалёку. Как услышала про свадьбу — сразу в стойку встала. Я ведь ей пока не рассказывал, чем там у нас с князем разговор вчерашний закончился. Не до этого как-то было.

…

…

— Поехали ко мне, — Ярослав махнул рукой. — Там Юрген уже собирается ехать обратно. А ты ему обещал для будущего тестя и невесты камней в подарок передать.

— Я обещал? — возмутился я такому наглому вранью.

Князь, видимо, решил, что раз мы вчера все там пьяные были, то я мог и сболтнуть что-то такое, а потом и не вспомнить. А на попятную идти будет как-то не по-мужски.

— Это когда ты, княже, мне Альдейгаборг в личный удел выделил? — решил я тоже его память проверить. Ну, не буду же я ему запись вчерашних посиделок через баюн-камень демонстрировать. Хотя, если совсем в отказ уйдёт, придётся предъявлять.

— И про Туров, и про Альдейгаборг помню и не отказываюсь, — Ярослав согласно кивнул. —