Резидент. Часть 4 - Никита Киров

— Тебя соседка видела, — сочинил я. — Сразу мне сказала, что кто-то трётся у моей квартиры. А ещё ты на нитку не наступил, про которую сам мне говорил, чтобы я поставил, и я поставил, — сказал я уже правду. — И в магазине продавщица рассказывала, какой вежливый покупатель приходил, не то, что эти детдомовские. Вы же, питерские, все вежливые, можете друг другу одновременно «Спасибо» сказать, а у нас так не делают. Вот кассирша и удивилась. А… ну и замок без царапин, потому что ты сам у меня запасной ключ просил. При этом говорил, что без предупреждения приходить не будешь.

Я не стал говорить, что ещё в грязи у дома был след от дорогой кроссовки с высокой подошвой, которые у нас никто не носил, и которые сейчас как раз были на нём. И что я точно помнил, как оставил шкаф в прихожке приоткрытым, а после моего возвращения он был закрыт.

Иван сжал челюсти плотнее, принимая удар. Ну, ему шпионом быть не надо, у него другой профиль. Но в большом деле это бы сразу стало проколом.

— Допустим, — нехотя признался он. — Метод спорный, результат есть. Наблюдательность на месте.

Иван выдохнул через нос, злясь, что его так небрежно раскрыл, но тут же взял себя в руки. У него была одна интересная черта — он хотел стать профи, и для этого не только учился, но и был готов наступить своей гордости на шею. Поэтому свои промахи принимал к сведению, и даже порой объяснял их мне, чтобы не допускал я.

Туман бы оценил. А вот его ученик по прозвищу Техник не обращал на свои проколы внимания, вот и попался.

— Всё равно надо было по регламенту действовать, — пробурчал Иван. — С тачкой вот правильно сделал, а тут… а если бы меня завербовала другая сторона? И я пришёл тебя брать?

— Пришлось бы выкидывать тебя через дверь. Хотя, если бы тебя завербовали другие, вы бы уже взяли. Какая-то задача, говоришь? — я подошёл к плитке.

— Есть одна. Обсудим попозже.

— Ты присаживайся, — я показал на табуретку.

— Спасибо.

Он снова выдохнул через нос. Не любит терять инициативу, даже в разговоре, который вёл я.

Его раздражение порой чувствовалось кожей. Причины я понимал. Оперативник из Питера, которого перевели в Москву на повышение, и тут же сослали в провинцию, чтобы сопровождать цель и обучать.

Причём ему было непонятно, то ли это особое задание, в котором ему надо проявить самостоятельность и ответственность, то ли это ссылка, в которую его отправили за косяк, что он слишком поздно вмешался тогда в Москве.

Но я думаю, что он достаточно самостоятельный, чтобы справиться с таким, и умелый, чтобы обучить, и начальники это понимают. И им не пришлось отрывать от работы кого-то ещё.

А Иван стиснул зубы и выполнял, не отмахиваясь от задачи, и действительно хотел, чтобы до меня всё дошло. И даже подговаривал кого-то из коллег, чтобы меня проверяли, что от него вообще никто не требовал. Но он думал, что так лучше.

Конечно, Иван бы предпочёл, чтобы ему под охрану досталась симпатичная студентка, которая бы в него втюрилась. Но жизнь редко даёт то, что хочешь.

— Обедать будешь? — спросил я, открывая шкаф.

— Буду, спасибо. А ты же, говорят, готовить умеешь, — он посмотрел на меня. — Ещё полная морозилка мяса.

И то место проверил. Но это допустимо, ведь я видел, что в его рюкзаке, который он достал из шкафа, был сканер жучков и прочих приблуд. Проверял, не пишет ли меня кто-нибудь, и не оставил ли мне подарок за мясом в холодильнике.

Зато он не нашёл тайник, который я сделал сам. А я его собрал за розеткой, причём в той самой, в которую у меня был включён холодильник. Просто за подрозетником была полость, в которой у меня было кое-что припрятано.

Не такое, за что меня задержат, но такое, что вызовет вопросы. Деньги, например, флешки, парочка мелких гаджетов, выключенных, чтобы на них не сработал сканер.

— Научился готовить, дошик надоел, а доставки дорого, — отозвался я, глядя в морозилку.

— А соседке что сказал? — не успокаивался Иван. — Которая меня видела.

— Что троюродный брат из Питера приехал. Такая же легенда.

— Допустим…

Он ничего не сказал, достал телефон. Но посмотрел на экран ноутбука, где продолжался стрим. Звук был на самом минимуме, игра продолжалась.

— Вот одну вещь я не понимаю, — сказал Иван. — Вот вы… ну, ты в том числе. Молодые, короче. Зачем вы смотрите стримы, но почти никогда не играете? В чём прикол?

— Потому что для игр надо мощный комп и время, а у меня ни того ни другого. Зато это можно в фоне смотреть, потупить, переключить голову.

По правде, в последнее время я это не смотрел, не было необходимости. Хотя странно, казалось бы, думаю куда больше, чем раньше, а уставал от этого меньше. Но если прикинуть — ну это всё новое куда интереснее, чем зубрёжка параметров замеров колёсной пары или напряжение на токоприёмнике электровоза, от чего хотелось зевать и заняться чем-нибудь другим. Да и один сейчас оставался редко.

— А-а-а, — протянул Иван. — Короче, задача есть для тебя, Лебедев. Обучение никуда не делось, проверки тоже будут, но постепенно подключаем к работе.

— Понятно.

— Это Рогов решил, — Иван что-то нажал на телефоне. — Одно дело тебя охранять и привлекать внимание всех этих шпионов. А совсем другое — подключать к нашим операциям. Если все видят, что ты с нами на полную катушку… Это уже совсем другое дело, знаешь. Не просто интерес к тебе, а полноценный сотрудник «Контура». Другой уровень.

— И тебе, значит, разрешат вернуться к оперативной работе, — я усмехнулся. — Сколько пельменей тебе варить?

— Что? — удивился он.

— Пельменей сколько?

— Штук десять.

— Маловато. Пятнадцать давай.

Иван снова дёрнулся, но решил не спорить.

— У меня пельмени — имба! — объявил я. — Не пожалеешь.

Пельмени я сделал заранее, фарш сделал сам, а не взял готовый, из свиной грудинки и говяжьей вырезки, и порубил новыми ножами, подаренными мне Наташей, вручную. Туда же был добавлен лук, чеснок и фишка моей бабушки — маленький-маленький кусочек сливочного масла, совсем чуть-чуть,