Доктор-попаданка. Без права лечить - ЮЭл

Грудная клетка прогнулась под моими руками.

— Раз, два, три, четыре…

Голос звучал хрипло, но ровно. Нас ещё со студенческой скамьи учили считать вслух, чтобы не сбиваться с ритма. Так мозг концентрируется на решении проблемы и не уходит в панику.

Я снова надавила сильнее.

— Раз, два, три, четыре…

А затем наклонилась к его лицу, зажала нос пальцами и вдохнула воздух ему в лёгкие.

Грудь едва заметно поднялась.

«Хоть бы дыхательные пути были чистыми. Хоть бы кровь не пошла в лёгкие», — пронеслось в голове.

Я резко выпрямилась и продолжила.

— Раз, два, три, четыре…

Комната вокруг будто исчезла. Как во время операций, остались только мои руки, его неподвижное тело и отвратительная тишина внутри грудной клетки.

Где-то за спиной шли разговоры.

— Ведьма, спаси его! — рявкнул Ух совсем рядом.

— Не может быть, чтобы Лев сдох!

— Если он умрёт, нам всем конец!

Но я не обращала внимания.

Слишком хорошо знала, как быстро умирает мозг без кислорода. И прекрасно понимала, что каждая потерянная секунда сейчас может стоить ему жизни.

Раз, два, три, четыре… Вдох.

Я резко приложила пальцы к его шее.

Ни-че-го.

Под пальцами была только остывающая кожа и пустота. Сердце упорно продолжало молчать.

Чёрт!

Я снова навалилась на грудную клетку, чувствуя, как начинают дрожать руки.

В нормальных условиях меня бы уже сменили. Один человек долго не выдерживает непрямой массаж сердца. Особенно в таком темпе. Тем более на взрослом мужчине.

Хотя о чём это я?!

В нормальных условиях здесь уже стоял бы монитор. Дефибриллятор. Катетер в вене. В идеальном случае — шприц с адреналином, кислород. Да хотя бы нормальный свет!

А у меня были только собственные руки, перепуганные, как мальчишки, грозные бандиты и мужчина, который решил умереть у меня на глазах в тот самый момент, когда я так нуждалась в его здоровом теле и благородном духе.

— Раз, два, три, четыре… Вдох.

Пот стекал по вискам. Спина начала ныть. Воздуха в лёгких не хватало уже мне самой.

Если он сейчас умрёт…

Если Леонард погибнет, Икар сожжёт Эстер, несмотря на все мои действия. Даже если я выйду с повинной, он казнит её не задумываясь.

Я резко отогнала эту мысль. Сейчас задача со звёздочкой — спасти Грейвиса.

Раз, два, три, четыре. Вдох.

— Ух… он мёртвый, — донёсся чей-то сорвавшийся голос. Кажется, Элтрана. — Его уже не вернуть…

— Заткнись! — рявкнул кто-то в ответ.

— Мы все здесь чуть не сдохли из-за него! — прорычал ещё один.

— Лев не умрёт. Он не может оставить нас с тем, что произойдёт дальше.

Время стало вязким и странным. Руки двигались автоматически, как тысячи раз до этого. Только раньше под ладонями были больничные койки, яркие лампы операционных и команда врачей за спиной. А сейчас — старая кровать, кровь на простынях и преступники. И руки, в которых уже почти не осталось сил.

Но где наше не пропадало. Раз сил не осталось в руках, значит, приложим усилия телом.

Я забралась на кровать полностью, перекинув ногу через тело Леонарда, чтобы удерживать правильное положение. Волосы выбились из-под шапки, а может, она уже давно валялась где-то на полу. Пряди липли к вспотевшему лицу, но мне было плевать.

— Раз, два, три, четыре… Вдох.

И снова никакой реакции.

Сердце не запускалось. А грудная клетка под моими руками казалась совершенно неподвижной.

Нет!

Нет, чёрт тебя дери! Только не сейчас.

Я стиснула зубы так сильно, что заболела челюсть.

— Ведьма… — голос Уха прозвучал неожиданно близко.

Я даже не заметила, как он опустился возле кровати на корточки. Бросила на него быстрый взгляд и отметила, что он выглядел как смертельно уставший человек, который уже смирился.

— Всё, — глухо сказал он. — Отпускай его. Не убью я тебя.

Я резко вскинула голову.

— Да пошёл ты!

И снова навалилась на грудную клетку.

— Раз, два, три, четыре…

Вдох.

— Элтран, убери её отсюда, — устало бросил Ух.

Кто-то попытался схватить меня за талию. Я резко развернулась и ударила локтем, не разбирая, куда именно попала. Послышалось ругательство.

— Не трогать меня! — рявкнула я так, что в комнате стало тихо.

Тишина длилась всего секунду. А потом я снова посмотрела на Леонарда. Бледное неподвижное лицо, синеющие губы и никакой реакции на мои действия.

Чёрт!

В памяти всплыли старые лекции. Редкие случаи. Отчаянные меры, к которым прибегали, когда уже нечего терять.

Прекардиальный удар.

Редко срабатывает. Да и не факт, что у меня хватит сил, но… другого выхода у меня не было.

Я сжала пальцы в кулак и резко ударила его в грудь.

Никакой реакции.

Ещё раз.

Тишина.

— Давай же… — прошипела сквозь зубы.

Снова удар. И ещё.

А потом…

Резкий, судорожный вдох разорвал комнату.

Я застыла, не веря собственным глазам.

А в следующую секунду мир перевернулся. Меня резко дёрнули вниз. Спина ударилась о кровать, воздух выбило из лёгких, и прежде чем я успела понять, что происходит, тяжёлое тело навалилось сверху. Горло сдавили сильные пальцы.

Я захрипела, вцепившись в чужое запястье, и встретилась взглядом с совершенно дикими глазами Леонарда Грейвиса.

— Что за чёрт?..

Взгляд Леонарда метался из стороны в сторону так, будто он всё ещё находился на поле битвы, где уже был ранен, но продолжал бороться. Он тяжело дышал, а пальцы на моей шее сжимались всё сильнее. Ещё немного — и хрустнет позвонок.

— Лев выжил! — Он жив!

Его спасением восхищались все. Но только Ух позволил себе подойти ближе.

— Лев! — раздался его голос. — Ты жив, слышишь?!

Но Грейвис будто не слышал никого.

Я вцепилась ногтями в его запястье, практически впиваясь в кожу. Боль, видимо, наконец заставила его сфокусироваться. Взгляд резко остановился на мне. И наши глаза встретились.

На секунду всё вокруг будто исчезло.

А затем он дёрнул второй рукой ворот моей рубашки.

Ткань треснула. Пуговицы разлетелись в стороны. Грудь он, конечно, не увидел — бинты, которыми я перетягивалась, всё ещё держались крепко, — но этого хватило, чтобы взгляд Леонарда стал осмысленнее.

Следом с моей головы слетела кепка. Волосы рассыпались по плечам. Хватка на шее ослабла. Я резко вдохнула воздух, а сам Грейвис вдруг тяжело рухнул набок и хрипло выдал:

— Предпочитаю быть сверху.

Несколько секунд я просто сидела, пытаясь восстановить дыхание и не задушить его собственными руками.

— Это такая благодарность за спасение жизни? — зло процедила я, потирая шею.

— Я очень благодарен, — устало произнёс он, прикрывая глаза.

И тут же, словно ничего не произошло,