Идеальный мир для Химеролога 12 - Олег Сапфир

Валерия непонимающе заглянула внутрь пакета. Её глаза вдруг расширились до предела, она судорожно сглотнула и аккуратно, кончиками пальцев потянула за край матовой ткани. На свет появилась изумительная, с идеальными полями, элегантная шляпа. А следом показались край тончайшего шёлкового шарфа и строгая сумочка из матовой кожи. Тот самый комплект.

— Вик… — прошептала Лера. Голос у неё дрогнул. — Да ладно… Как⁈ Это же… это же…

Она подняла на меня абсолютно ошалевший взгляд и заикаясь произнесла:

— Это же полная оригинальная серия «Чёрной Пантеры»! Вик! На такой комплект даже высшие аристократы в листах ожидания минимум по году сидят! Как ты вообще смог весь набор собрать⁈

— Обычные тряпки, — пренебрежительно фыркнул стоящий рядом барон, пытаясь перехватить внимание. — Смех один. Зачем тебе этот мусор? Выкинь это. Завтра я куплю тебе вещи намного лучше.

И тут к стойке сделал шаг тот самый тихий помощник с планшетом.

— Игнат Валерьевич… — парень деликатно тронул своего разбушевавшегося босса за рукав пиджака. — Вы не купите ей лучше. Поверьте.

Барон раздражённо дёрнул рукой.

— В смысле «не куплю»⁈ Что ты несёшь, Дима? Я могу полгорода скупить!

— Просто поверьте мне, — голос помощника стал предельно тихим и убедительным. — Как человеку, который ведёт все ваши счета и досконально в курсе вашей текущей финансовой ликвидности… Вы физически не купите лучше. И, пожалуй, давайте лучше пойдём отсюда. Кажется, нам здесь делать абсолютно нечего.

Аристократ открыл было рот, собираясь разразиться очередной тирадой:

— Я не понял, ты что, мне указы…

Но его голос утонул в радостном визге. Валерия не выдержала. Она выскочила из-за стойки, подпрыгнула и с размаху бросилась мне на шею, чуть не сбив с ног.

— Вик! Ты невозможный! Ты просто невероятный! Спасибо! Спасибо! Спасибо!!!

Краем глаза я заметил, как до барона наконец дошло. Он всмотрелся в фактуру брошенной на стол шляпы, сопоставил её с брендом, до него дошло озвученное Лерой название коллекции. Лицо мужика вытянулось в крайне сложном мыслительном процессе. Видимо, где-то в кулуарах он слышал о стоимости подобных «эксклюзивов».

Аристократ странно и очень опасливо покосился на меня, стоящего в дырявой куртке и обнимающего визжащую девчонку.

— Да… — сдавленно пробормотал барон. — Пойдём, Дима. Очень… странное это место. Мутное какое-то.

Он спешно дёрнул поводок своего перекачанного пса и ретировался за дверь.

Валерия, наконец, разжала объятия, подхватила шляпку и благоговейно прижала её к груди.

— Ладно, — выдохнул я, разминая плечи. — Развлекайся с подарком. Я буду у себя в кабинете. Мне нужно немного передохнуть, а то у меня сегодня была очень долгая и продуктивная пешая прогулка. И спать хочу смертельно.

— Конечно-конечно! — затараторила Лера, светясь от счастья. — Иди ложись! Я сейчас всё сделаю! Чай принесу, кофе сварю, печенье организую! Если хочешь, торт сама испеку! Только скажи, шеф, я ради тебя сейчас всё что угодно организую!

Я лишь улыбнулся и побрёл по коридору. В спину мне летело довольное шуршание дорогой упаковочной бумаги.

Никогда не пойму этого феномена. Как обычные, по сути, куски обработанной кожи и ткани могут приносить людям столько запредельного удовольствия? Это же просто одежда.

Я зашёл в свой кабинет, плотно закрыл дверь и сбросил пыльную куртку на спинку кресла. Стянул с гудящих ног тяжёлые уличные ботинки и сунул ступни в свои любимые мягкие тапочки-кролики, подаренные Валерией.

Смешные уши с помпонами мягко легли на подъём стопы. Я просто закрыл глаза и блаженно зажмурился.

— Вот это я понимаю… — протянул я в тишину кабинета, наслаждаясь теплом. — Обычные домашние тапки. Стоят три копейки в базарный день на распродаже, а удовольствия на весь миллион. Особенно после того, как пробежал несколько десятков километров по лесам, потом месил грязь на озере, потом ещё прыгал по канавам… Ни один артефакт с ними не сравнится.

Я упал на диван и закинул руки за голову.

Ладно. Сейчас я отключусь и законно отдохну хотя бы до утра.

А вот потом… Потом мне нужно будет очень хорошо подумать, как именно обустроить интересную жизнь тому подводному червяку-переростку, что возомнил себя великим змеем, хранителем бездны, требующим социальной активности и развлечений.

Хотя, стоит признать, чистой силы и выносливости в этой махине спрятано с лихвой. Если грамотно перепрошить ему парочку базовых инстинктов, да вывести эту скучающую батарейку в нужный функционал… потенциал для моих будущих дел вырисовывается грандиозный.

Главное — задать ему правильный вектор. Но ничего. Я прикрыл глаза, погружаясь в мягкую дремоту.

С такими игрушками я работать умею. Обязательно что-нибудь придумаем.

Петербург, Российская Империя

Георгиевский зал Императорского дворца

Звон хрусталя и гул сотен голосов сливались в тягучий звуковой фон, от которого у цесаревича Алексея уже начинала тупо ныть голова.

В Георгиевском зале давали приём в его честь. Огромные люстры заливали золотым светом лепнину и парадные мундиры, в воздухе витали ароматы дорогих парфюмов и ещё более дорогого алкоголя. Вся высшая знать столицы собралась здесь, чтобы лично засвидетельствовать почтение выжившему наследнику престола.

— Ваше Высочество, это было истинное проявление несгибаемого имперского духа! — надрывался перед ним пухлый барон с перекошенной на груди орденской лентой. — Подумать только, продержаться на дне, в окружении диких бестий, и сохранить такое поразительное хладнокровие! Вся Империя молилась за вас!

Алексей дежурно улыбнулся и чуть склонил голову.

— Благодарю вас, барон. Звёзды были ко мне благосклонны.

Он раз за разом пожимал протянутые руки, кивал, принимал здравицы и поздравления, чувствуя себя абсолютно деревянной манекеном. Вокруг него суетились министры, промышленники тянули к нему своих накрашенных дочерей, пытаясь устроить импровизированные смотрины прямо под шумок праздника. А наследнику престола мерещилось, что он до сих пор сидит в той титановой капсуле на дне Чёрного озера, и этот душный светский зал — всего лишь кислородная галлюцинация.

Окружающие люди казались ему сейчас какими-то мелкими и откровенно картонными.

— Ваше Императорское Высочество! Разрешите перехватить ваше внимание буквально на минуту! — из толпы вынырнул глава Имперского управления по селекции, граф Вяземский.

Лоснящийся от гордости граф сделал знак помощникам. Те тут же подкатили к центру образовавшегося круга портативный голографический проектор. Воздух над аппаратом замерцал, и появилась детальная объемная модель новой боевой химеры. Тварь напоминала закованного в броню