Боярский сын. Ратоборец. Часть 1 - Алексей Владимирович Калинин
Глеб, превозмогая дикую боль в обожжённой груди и судороги в непослушных мышцах, кое-как перевернулся на бок и опёрся дрожащей рукой о подлокотник кресла. На губах парня выступила розовая пена — во время падения он прикусил щеку.
— Врёшь… — выплюнул он, глядя исподлобья на тёмную фигуру. — Твари из Опасных земель… всегда обманывают… Вы просто используете нас как расходник…
— Вы можете мне не верить, Глеб Фролович. Можете сомневаться в каждом моём слове и даже можете в глубине души считать меня своим кровным врагом, — равнодушно пожал широкими плечами Генерал. — Это ваше полное право.
— Можем не верить? Спасибо, — процедил Глеб.
— Можете не верить. Однако предупреждаю сразу: в таком случае вы не покинете этого помещения живыми. Вы оба. Мне совершенно не нужны лишние враги за спиной. Мне нужны умные и амбициозные союзники. И только от вашего благоразумия сейчас зависит, посчитаю ли я вас перспективными партнёрами… или же вы покажетесь мне бесполезным балластом, от которого проще избавиться здесь и сейчас.
Слова прозвучали как приговор.
Семён Романов, бледный до синевы, опустился обратно на свой стул у барной стойки и положил руки на стол. Племянник Императора был кем угодно: подлецом, мажором, интриганом, но уж точно не самоубийцей.
Глеб тоже затих, еле дыша и прижимая ладонь к дымящейся дыре на рубашке, под которой на коже расплывался багровый ожог.
Холодный рассудок постепенно возвращался, смывая остатки безрассудной храбрости. Глеб прекрасно понимал, что в честном бою против этого чудовища ему не выстоять и десяти секунд.
Перед его внутренним взором чётко всплыла картина недельной давности, когда Генерал на заброшенном полигоне решил продемонстрировать им с Семёном свои возможности.
Тогда туда привезли пленного вольного наёмника — матёрого мужика в ранге крепкого Воина, прошедшего две кампании на Рубеже. Генерал даже не стал бить его в полную силу, хотя Воин и попытался сопротивляться.
Генерал оплёл закованного в «Кольчугу Души» бойца тонкими электрическими нитями, зафиксировал на месте. А затем в течение минуты поджаривал его током изнутри, пока у мужика не вскипела кровь в венах и не лопнули глазные яблоки. И всё это происходило под тихое хихиканье из-под капюшона.
Куда уж тут соваться самому Глебу с его рангом Дружинника, если даже крутые бойцы против этой твари ничто⁈
Попытка продолжить атаку сейчас означала только одно: через минуту они с Сёмой превратятся в две обугленные головёшки на паркете, а завтра их спишут на какую-нибудь неисправность электропроводки.
Гордость наследника великого рода столкнулась с животным инстинктом самосохранения. И инстинкт победил за явным преимуществом.
— Как… как умер мой отец? — проговорил Глеб.
Из-под капюшона донёсся звук, подозрительно похожий на удовлетворённое хмыканье. Генерал понял, что строптивый жеребчик сломался и принял узду.
— У меня есть запись этого мероприятия, — откликнулся монстр, поворачиваясь к компьютерному столу, где стоял подключённый к плазменной панели ноутбук. — Сейчас я выставлю на большой экран. А если пожелаете оставить на память для семейного архива — могу даже скинуть файл на ваш носитель. Тем более что, вопреки вашим стереотипам об обитателях Опасных земель, с современной электроникой и цифрой у меня всё обстоит просто отлично.
— Покажи, — бросил Глеб.
Пока Генерал поворачивался к клавиатуре, молодой княжич быстрым, вороватым движением украдкой смахнул тыльной стороной ладони скупую слезу, предательски выкатившуюся из уголка глаза. Больше слабости он себе позволить не мог — ни перед Романовым, ни перед монстром.
Пальцы в чёрной перчатке с негромким щелчком пробежались по клавишам ноутбука. Мозаика камер с разгромленного склада в Химках исчезла с настенной плазмы, сменившись одним большим окном видеоплеера.
На экране возникла картинка в высоком разрешении, снятая в режиме ночного видения с примесью теплового спектра. Судя по высокому ракурсу и плавному скольжению камеры над верхушками придорожных сосен, запись велась сверху.
По почти пустынной дороге ехал джип.
Машину преследовала либо изменённая ночная птица с закреплённым объективом, либо армейский беспилотник.
Глеб судорожно сглотнул ком в горле и подался вперёд, впиваясь взглядом в экран.
Он с первой же секунды узнал этот автомобиль. По пустынному ночному шоссе в сторону загородной резиденции на шёл внедорожник представительского класса. Автомобиль Фрола Терентьевича Долгополого.
Князь всегда ездил в нём с проверенным водителем и двумя телохранителями, а сам кузов машины был укреплён многослойными пластинами, способными выдержать прямое попадание из гранатомёта.
— И вот сейчас, господа, вы всё увидите в деталях, — прокомментировал Генерал, откидываясь на спинку кресла.
На экране джип Долгополого вышел из плавного поворота и начал сбрасывать скорость, повинуясь временным дорожным знакам. Поперёк полосы стояли пластиковые конусы, перекрывающие участок шоссе, а на обочине мигала сине-красной люстрой патрульная машина дорожной полиции.
В центре полотна стоял одинокий инспектор в светоотражающем жилете и указывал полосатым жезлом на обочину, требуя остановиться для проверки.
Никаких подозрений у охраны князя это не вызвало: после дневного налёта на базу в Беседах полиция и ИСБ усилили посты на подмосковных трассах.
Внедорожник прижался к краю асфальта и затормозил, мигнув стоп-сигналами.
И в ту же секунду ночной лес вокруг дороги буквально взорвался ослепительным синим светом!
Из придорожных кустов и темноты кювета, двигаясь с немыслимой скоростью, вокруг остановившегося автомобиля возникли четыре фигуры в чёрных балахонах с глубокими капюшонами!
Они взяли машину князя в кольцо, и ударили по кузову с четырёх сторон!
Толстые ветвистые молнии сплелись вокруг внедорожника в сплошную гудящую паутину. Защитные руны на броне автомобиля вспыхнули золотом, отчаянно пытаясь рассеять энергию. Но против одновременного напора у заводских артефактов не было ни единого шанса!
Лобовое и боковые бронестёкла лопнули, осыпались внутрь салона. Сквозь проёмы было видно, как внутри вспыхнул багрово-коричневый купол каменного щита — Фрол Терентьевич успел среагировать и попытался прикрыться родовой магией Земли!
Но четвёрка в капюшонах даже не думала ослаблять напор. Они продолжали методично, как четыре промышленных генератора, вливать в салон мегаватты концентрированного электричества!
Десять секунд. Пятнадцать. Двадцать.
Шины автомобиля лопнули и загорелись, металл кузова раскалился добела, плавясь и стекая на асфальт огненными каплями. Каменный щит внутри салона пошёл трещинами и схлопнулся, а ещё через мгновение сдетонировал топливный бак вместе с боекомплектом охраны!
Ослепительный огненный шар взметнулся к ночному небу на десяток метров, едва не ослепив матрицу беспилотника! Взрывная волна сорвала с петель искорёженные двери и раскидала горящие обломки по всему шоссе.
Превратившийся в пылающий остов внедорожник