Лекарь из Пустоты. Книга 15 - Александр Майерс

Фабьен ударил следом. С его рук сорвался десяток алых снарядов. Они ринулись к налётчикам, а те выставили щиты. Но вдруг снаряды резко сменили направление и ударили только в одного из напавших. Его защита лопнула, а следом он с грохотом отлетел в угол и затих.

Остальные открыли огонь. Света спряталась за диваном, прижимая плачущую Настю к себе. Артефактные пули оставляли за собой голубые трассеры. Борис был вынужден пустить все силы на защиту. Вспышки ослепляли, грохот оглушал, но голос дочери звучал для него громче всех выстрелов.

Они с Фабьеном вновь атаковали. Француз сражался молча, и в его глазах полыхала такая ярость, что Строгову даже стало не по себе.

Защита Бориса дрогнула. Враг оказался сильнее, чем он ожидал.

У него не был сил ударить в ответ. Ещё немного и его барьер лопнет, и тогда…

Очередные пули вдруг просто исчезли в воздухе. А следом из рук нападающих пропали автоматы.

Света увидела это и выдохнула:

— Шёпот…

Борис воспользовался заминкой. Короткое плетение ударило противника в грудь и бросило его на пол.

Человек у окна выругался и выпустил в Бориса новое заклинание. Но оно погасло прямо у его рук. Следующее исчезло ещё при формировании.

Фабьен бросился к нему. Браслеты на его руках вспыхнули ярче. Первый удар кулаком разбил защиту врага, второй отправил его в нокаут. Третий был не обязателен, но француз вошёл в раж и, кажется, был готов забить каждого из противников до смерти голыми руками.

Последний стоявший на ногах враг развеял барьер вокруг комнаты и бросился к окну. Не успел. Заклинание Строгова ударило его в спину, а следом Фабьен оказался рядом и беспощадно впечатал лицом в подоконник. Мужчина мешком рухнул на пол.

Стало тихо, если не считать доносящихся снизу выстрелов. Борис, тяжело дыша, развеял защиту и покачнулся, опираясь на спинку дивана.

— Боря… — позвала его жена.

Он обернулся. Света, так и сидела за диваном, прижимая к себе Настю. Николь была рядом. Лица всех троих были мокрыми от слез.

— Вы в порядке? Не задело? — прохрипел Боря, подходя.

— Всё хорошо.

Строгов опустился рядом с ними на колени, прижал обеих к себе и принялся бормотать слова утешения, по очереди целуя жену и дочь.

Фабьен остался стоять у окна, широко расставив ноги, и, словно хищник, высматривающий добычу, оглядывал задний двор. На его рукаве темнела кровь, стекала по пальцам и капала на пол.

Во дворе снова загрохотало. Боря встал и сказал:

— Я пойду узнаю, что снаружи. Оставайтесь здесь. Фабьен!

— Да. Здесь, — кивнул тот, не оборачиваясь.

Строгов едва успел открыть дверь, как его чуть не сбил с ног гвардеец.

— Ваше благородие! Вы в порядке⁈

— Отбились. А что у вас там?

— Подкрепление пришло. Сейчас мы с ними разберёмся.

Борис подошёл к окну и увидел броневик с гербом Серебровых, из которого уже выпрыгивали бойцы в полной экипировке. Броневик повернул прожектор в сторону хозяйственных построек, где закрепились нападавшие. Почти сразу заговорило установленное на машине оружие.

Внизу ещё шёл бой. Противник успел проникнуть в дом и занять часть первого этажа, но теперь оказался зажат между охраной особняка и прибывшим отрядом.

Через несколько секунд со стороны лестницы донеслись крики.

— Какого хрена⁈ Где мой авто… — голос резко оборвался.

Потом чей-то злой голос приказал бросить оружие.

Фабьен снова кивнул, убедившись, что с врагами скоро справятся. Подошёл к Николь и что-то сказал на французском. Она ответила и показала на его руку.

Телохранитель маркизы коротко покачал головой.

— Что у него там? — спросил Борис.

— Говорит, царапина, — ответила Николь.

— Судя по крови, там очень большая царапина. Лекарь его осмотрит, когда всё закончится…

Всё закончилось довольно быстро. Часть нападавших уничтожили, а тех, кто пытался бежать, захватили в плен. Они быстро поняли, насколько злы на них гвардейцы Серебровых, и потому при допросе сразу выложили всё как есть.

Оказалось, что это люди графа Панарина, который являлся союзником князя Ладыгина. У них был приказ связать боем охрану особняка, а отдельная группа должна была взять в заложники Свету или Настю. Или обеих — как получится.

Борис выслушал доклад молча. Только челюсти сжал так, что заболели зубы.

Во дворе уже работали лекари. Раненых переносили в уцелевшие помещения первого этажа, тяжёлых готовили к отправке в клинику. Артефакторы проверяли повреждённую защиту.

Когда над усадьбой снова вспыхнул купол, Светлана долго смотрела на его голубоватый свет. Теперь он совсем не казался надёжным.

Вскоре прибыл полицейский спецотряд и гвардейцы родов из соседних усадеб. Стрельба на Петровском острове не могла остаться незамеченной.

Командир охраны показал записи с камер и передал сведения о пленных. Борис лично рассказал, чего требовали ворвавшиеся в дом люди.

Связь восстановилась после того, как во дворе нашли и отключили артефакт-глушилку. Борис сразу позвонил отцу.

Гордей Васильевич ответил почти мгновенно. Видимо, до него уже дошли новости о нападении.

— Что у вас произошло?

Борис коротко пересказал случившееся.

— Светлана и Настя в порядке? — процедил Строгов-старший.

— Да, только испугались. Настя до сих пор плачет. Но они хотели их забрать, отец, — голос Бори дрогнул от гнева.

— Я услышал. Оставайся с семьёй. А Панарин ответит, уж поверь. Я лично разорву его в клочья.

— Если успеешь раньше меня, — ответил Борис.

— Что ты хочешь сделать?

— Вызову его на дуэль и убью.

— Справедливо. Отправляй вызов немедленно. Он, скорее всего, откажется, но получит ещё вызовы. От меня, от Артура и много от кого ещё. Уж поверь, я давно не видел наших гвардейцев настолько злыми.

— Верю, отец. Спасибо тебе.

— Он ответит, — пообещал Гордей Васильевич.

Когда разговор закончился, Борис вернулся в комнату, где сидели Света и Настя. У Светланы как раз зазвонил телефон. На экране высветилось имя брата.

— Юра? — ответила она, поставив на громкую связь.

— Как вы? Целы? — спросил князь Серебров.

До этого Света держалась, но, услышав голос, брата, сорвалась на рыдания. Боря сел рядом и обнял её за плечи.

— Х-хорошо… Мы все живы. Боря и Фабьен нас защитили. И Шёпот… он тоже пришёл на помощь, — всхлипывая, сказал Света.

— Знаю.

— Они хотели забрать Настю, — Светлана провела рукой по щеке.

— Я знаю, — повторил Юрий.

Его голос звучал спокойно, но за этим спокойствием ощущалась такая злоба,