Наследие - Сергей Александрович Ким
Для Шари даже настоящее свадебное платье раздобыли, в которое она со вздохом запаковалась — на взгляд сильваны оно было страшно неудобным. Ни передвигаться нормально, ни сражаться, да и цвет такой приметный — белый…
И вот, решающий день настал.
Около армейских палаток за оперативно сколоченными длинными столами собрались, так сказать — самые близкие…
Где-то чуть больше тысячи человек.
Ну, а как иначе? Во-первых, требовалось пригласить всех, кто нынче формально состоял в клане Вяземских, а это уже несколько сотен фейри. Затем — сослуживцев, потому офицеры как в гарнизоне Китежа почти все были знакомыми Сергея, а таких не пригласить — обидятся. Да и не только в гарнизоне — в новосозданной бригаде тоже, считай, все свои были уже, как не позвать-то…
Ещё и со стороны жениха почти сотню гостей позвали во главе с Ксирой, которая постепенно втягивалась в службу — к бывшим Катагарра относились довольно лояльно, вели они себя тихо, службу несли исправно и ни в чём противозаконном замечены ни разу не были. Ну или не были пойманы. Где-то среди них и затесался и замаскировавшийся Наири, дабы засвидетельствовать столь важный союз. От предложения покрасить голову и воспользоваться изменяющими цвет глаз линзами Тёмный со смехом отказался, предпочтя немного изменить внешность чарами, что у него получилось на удивление отлично. И заодно дало пищу для размышления федералам — о возможностях магии иллюзии они уже знали, но вот её уровень они явно недооценили.
Когда Вяземский увидел всю эту толпу, то его аж передёрнуло — сразу вспомнилась свадьба знакомого-корейца, который закатил типично корейскую свадьбу — сотен на пять гостей минимум. Сергей-то ещё ладно, но вот как тогда отдувались несчастные свидетели…
Впрочем, на этот раз всё было чинно и мирно. Регистрацию прямо на месте провёл лично Вершинин, пожелал молодым (хотя Асирэ вообще-то был почти его ровесником) всего самого хорошего — счастья, любви, удачи в личной и семейной жизни, скорейшего продвижения по службе… И быстренько покинул празднество, потому как мало что может так испортить торжество, как присутствие высокого начальства.
В качестве презента, генерал лично вручил новые погоны молодожёнам. Шари после похода против Лонара получила младшего лейтенанта, за Иделан-Сонамор её повысили до лейтенанта, а теперь и до старшего лейтенанта. Конечно, такой рост в званиях обычно был просто-напросто немыслим, но Светлояр считался особой зоной со своими правилами, а награждение шло не по линии обычной армейской бюрократии, а откуда-то с самого верха и несло больше политический характер. Ничего нового на самом деле, появлялись же и раньше генералы армии, которым звания присваивали с перепрыгиванием в полдюжины ступеней…А тут хотя бы за реальные достижения награждали.
Асирэ же получил младшего лейтенанта — у него, тоже нужно, сказать неплохой спринт по званиям выдался, но сейчас-то он вообще исполнял обязанности командира батальона, так что всё равно званием не дотягивал. Однако же свои обязанности исполнял хорошо и после первых эксцессов в его подразделении наступил относительный порядок. Да, кто-то исправно дрался, попадал в лазарет, получал плетей или не вылезал из нарядов по копке окопов для стрельбы из арбалета стоя на спине мамонта, но Тёмные уже начали худо-бедно походить на батальон регулярной армии, а не на банду террористов.
Заглянул Ядров, тоже поздравил, подарков официально не преподнёс, но озвучил, что Андрей Вяземский он же Асирэ Катагарра, носить взрывной ошейник нынче не обязан. Так-то ему за действия в Иделан-Сонаморе стоило вручить медаль минимум (учитывая, что они вообще-то полагались вообще всем участникам), но Тёмным-штрафникам таким наград не полагалось. Для них первым и самым желанным являлось избавление от взрывчатки у себя на шее.
Кравченко же как пришёл, так и остался — он и сам уходить не спешил, да и остальные его подчинённые его не тушевались, ибо полковник принадлежал к редчайшему, почти вымирающему виду адекватных и всеми любимых начальников.
Ну и, разумеется, присутствовало всё семейство Вяземских. Изначальных, если так можно выразиться, а не всяких примазавшихся впоследствии местных эльфов — естественно, сам Сергей, Ольга, Владимир Алексеевич, ну и Эрин, конечно же. Как же в таком случае и без Эрин? Разве что с её стороны больше никого не было, ибо во-первых и главных считалось неуместным раскрывать правду о происхождении чёрных жриц. А во-вторых — Георгий Константинович был давно и плотно занят встраиванием Анклава в сферу современной Российской Федерации, а Эйра до сих пор сидела на юге. Активная фаза боёв там стихла: у южных варваров кончились корабли и стало сильно меньше войск, а у имперцев войск было тупо недостаточно, чтобы продвинуться вперёд. Даже с учётом возрождения 29-го легиона, аквиллу которого нашли в руинах Дер-Годара.
Вяземский сидел поначалу не слишком весёлый, пристально наблюдая за молодожёнами, но постепенно немного отошёл. Шари казалась спокойной и вполне довольной собой — в конце-концов это всё было именно её идеей. Сергею такое самопожертвование не слишком нравилось, но тем не менее он его понимал. А что касается Асирэ… Не самый плохой вариант на самом деле, даже если он и преследовал через эту женитьбу какие-то свои цели. Наверняка преследовал. Но смотрел он на Шари… Правильно. С нотками восхищения даже. Для Асирэ Шари явно была глотком чего-то живого, чего-то… настоящего. Юная, ещё не зачерствевшая идеалистка, которая ради своих целей может сносить всё и вся.
Может и выйдет и толк из этого союза…
— Чего как сыч сидишь, — апостол в какой-то момент пихнула Вяземского локтём в бок. — Скажи что-нибудь напутственное, а то как неродной сидишь.
Дело было несложное, так что майор поднялся, жестом потребовал тишины и вооружился бокалом с фруктовым вином.
— С одной стороны не очень-то я и рад, — заявил Сергей. — Всё ж таки выдавать дочь замуж для родителя… даже такого как я — не самоё лёгкое занятие. Но с другой — всегда надо двигаться дальше, и я надеюсь, что ты, Шари, будешь счастлива — иного я пожелать и не могу. Так что… За молодых!
Вяземский залпом выпил налитое в простую армейскую кружку, слегка поморщился.
— А вино-то не очень… Горчит как-то.
Федералы намёк поняли и немедленно заорали «горько!». Приставленная в качестве советницы Ольга немедленно объяснила слегка смутившейся Шари и не очень-то смутившемуся Асирэ, что это значит — надо целоваться.
Что молодые под радостные вопли немедленно и исполнили.
Постепенно чинно-серьёзное мероприятие приняло более весёлые обороты, в чём способствовали заведовавший музыкой Эриксон и