Аллер. Том 4 - Олег Сынков

— Ритар, зато ты розовый, воду не пей пока, — сказал я ему.

— Уже?

— Что уже?

— Выпил воды уже буквально минуту назад.

— Ну что ты сделал? Сейчас снова станешь пьяным.

— Я ни в коем разе, уже снова заплетающимся языком, — сказал Ритар и тут же повалился на диванчик, и сразу захрапел.

— А с ним что?

— Брат тут же сказал: — Да, это я ему снотворного бросил в бокал с водой. Я же знал, что он снова опьянеет, как только воды попьёт, вот и незаметно закинул.

— Ну и денёк, — сказал я. — Ну да ладно, и он наш.

— Что с ними делать? С обоими? Я думаю, с ним, это с обоими, надолго, — сказал Павус.

— Марсар, ну что, присмотришь за ними?

— Сделаю, не беспокойтесь. А если кто очнётся, то по связи свяжусь с вами.

— Вот и отлично, нам тут больше делать нечего. Давайте в зал и общаться, общаться, а то что о нас они все подумают.

И мы втроём пошли в зал: я с братом вместе, а Павус отвлёкся и где-то отстал или уже с кем-то разговор завёл — не суть.

Пройдя так с братом почти ползая, никто так и не посмел к нам подойти и поговорить. И вдруг, как ниоткуда, возникли перед нами две фигуры. Я сразу определил, что это военные: выправка — что надо, но лица как-то были немного в темноте, и мы их не видели с братом.

А когда один из них заговорил, я сразу узнал его — это был парламентёр Рандан Колстах, ну а второй, значит, должен был быть Кранкас, а вот фамилию его я запамятовал.

— Мы вас нашли, — сказал Рандан.

— Ну что, Рандан, Кранкас, как дела? Вы готовы к переговорам?

— Мы готовы. А это ваш брат?

— Да, это мой родной брат Батсавр Сарта, будьте знакомы теперь, так сказать.

Кранкас первым протянул руку и пожал моему брату руку, сказав при этом:— Батсавр, цените своего брата, как я своего.

Надо же, — подумал я, — значит, не всё с ним пропало, ни то что при нашей первой встрече.

Потом наступила очередь Рандана. Он тоже протянул руку и сказал:— Рад знакомству, Батсавр. Это ваш брат вправил мозги моему брату.

Бат посмотрел на меня, не понимая и как бы спрашивая, что это сейчас такое было.

А я, посмотрев на него, просто сказал:— Потом.

Брат меня понял и не стал больше расспрашивать при этих двух пришельцах.

— Вам нормально здесь? Как вы чувствуете себя на нашей планете? — спросил я.

Рандан был первым:— Притяжение чуть сильнее, чем на Ивдоке, и кислорода в воздухе побольше, чистота воздуха поражает. Почему так у вас на Фадамаре, или у вас так на каждой планете?

— Ладно, это не секрет уже: у нас нет тяжёлых производств на планете, все заводы находятся на необитаемых планетах, и люди работают там по вахтовому методу. А на планетах присутствует только сборка из деталей, ну и сельхозпредприятия развиты очень сильно. И заметьте, не одного предприятия в городе нет — всё за городом, на периферии. Отсюда чистота воздуха, и заметьте, у нас так на каждой планете.

Кранкас восхитился:— Вот это да! Нам бы тоже таким заняться, глядишь, и мы будем дышать чистым воздухом. А если правду сказать, вы нас опережаете во многом. Хотя я слышал с детства, что в мире Скар идут постоянные войны, и придёт когда-нибудь оттуда воитель по имени Аллер, то есть вы — Аллерсавр.

Рандан закивал головой:— Да, так и есть, каждый день об этом слышал, когда рос, но, став старше, стал меньше верить в это, пока совсем не перестал в один момент.

— Но когда вы пришли за своими людьми, и когда Блориф спросил, кто пойдёт в парламентёры, а значит — на смерть, я вызвался. Хотел убедиться и увидеть, что из себя представляет Аллер, ведь именно он вёл то войско на спасение своих людей.

Я слушал, не перебивал его, а мой брат так и вовсе слушал, как будто ему в этот момент бальзам на душу лили.

— Кранкас увязался за мной, он вообще решил умереть с честью, но не тут-то было. Когда мы пришли, я всё искал глазами, где этот знаменитый Аллерсавр, а когда вышел парень, хорошо сложенный и возраста моего брата Кранкаса, я просто был поражён и сначала не поверил.

— Но когда он заговорил — то есть вы заговорили — я вдруг ощутил, что именно мы виноваты во всём, что с нами происходит. И чем дольше говорил Аллерсавр, тем больше я убеждался, что мы проиграем войну. Ну а когда Кранкас огрызнулся и получил удар, и главное — такой удар, как будто молния сверкнула, и он упал, мне тогда показалось, что смерть пришла и за нами.

— Но Аллерсавр нас отпустил, и после этого мой брат Кранкас начал меняться прямо на глазах, как будто Аллерсавр поставил шестерёнки в голове моему брату на место тем ударом.

Кранкас, молчавший до этого, сказал:— Да, так и случилось. Я вдруг понял, что наш мир может начать жить свободным, и да, тот удар и вправду поставил моё мышление на правильные рельсы.

Бат, слушавший, открыл широко глаза и сказал:— А мне Аллер об этом ничего не рассказывал.

— Бат, я много чего тебе не рассказывал, я не могу всё запомнить.

— А нуда, я и забыл: наш Аллер ведь считайте заново родился полгода назад. На него было похищение, и его чуть не убили. Он частично потерял память, а когда очнулся, вдруг стал каким-то другим, каким-то мощным, огромным и вездесущим. И это всё ещё в нём прогрессирует и растёт с неимоверной быстротой.

Кранкас и Рандан открыли рты, а мой брат вроде бы и нёс околесицу, но это было правдой. Я захотел закончить это поскорей, но, увидев ещё слушателей, собравшихся вокруг, дал ему волю поболтать. Сам же я больше не слушал, что он там рассказывает, а повернулся к окну и смотрел вдаль, куда-то за горизонт. И у меня был такой вид, что меня даже начали все снимать на ежедневник. А я застыл в этой позе, как изваяние. Мой мозг унёс меня куда-то далеко за горизонт. Он унёс меня на мою родную Землю. Я как