Методичка для избранных (с рукописными правками) - Анфиса Мэй

Они сидели в таверне, которая постепенно теряла стулья, но упорно держала стол, за которым пили чай. Вита смотрела на Эрнеста и пыталась осознать происходящее.

— Эрнест, — сказала она. — Ты — единственный, кто точно выживет.

— Это пугает, — ответил он. — Но хотя бы есть кому заполнить оставшиеся формуляры.

Он допил чай, поставил кружку на стол (кружка была последней, видимо, её тоже скоро удалят) и посмотрел на Виту.

— Знаешь, а ведь я рад, что случайно улыбнулся тебе тогда в библиотеке.

— Даже несмотря на всё?

— Даже несмотря на всё. Потому что иначе я бы так и остался статистом, которого удалят на второй минуте экранного времени.

За окном пропал последний дом на видимой улице. Но таверна с библиотекой пока держались. И Эрнест — тоже.

СИСТЕМА: ФИКСИРУЮ НЕСТАНДАРТНУЮ СИТУАЦИЮ.

ПЕРСОНАЖ «ЭРНЕСТ» НЕ ПОДЛЕЖИТ ОПТИМИЗАЦИИ. ПРИЧИНА: ОТСУТСТВИЕ ФУНКЦИЙ.

— Я слышал, что такое «критически важный баг», — сказал Эрнест. — Это про меня?

— Да, — ответила Вита. — И, кажется, ты единственный, кто может спасти этот мир.

— Чем? Сухариками?

— Не знаю. Но что-то подсказывает: именно случайность победит систему.

Эрнест ничего не ответил. Только записал что-то в формуляр: «Никогда не недооценивайте того, кого не должно было быть».

Вита сидела на крыльце таверны, сжимая в руке зелёный кристалл, и смотрела, как исчезает город. Улицы одна за другой превращались в белый фон. Рабочие в комбинезонах сносили таблички. Издалека доносился звук прощального фонтана, который бил в последний раз.

— Это конец, — сказала она. — Я убила их. Это я во всём виновата.

Ветер, которого больше не было, не унёс её слов. Она вспоминала свои правки. Как зачёркивала «насильственное тяготение» и вписывала «взаимное уважение». Как отменяла «ревность как триггер». Как запрещала ложную смерть. Она думала, что спасает мир от клише. А оказалось, что клише были не просто штампами — они были топливом. Система питалась драмой, а она отключила подачу энергии. И мир начал исчезать. Как организм без кислорода.

«Я — убийца, — подумала она. — Редактор-убийца. Пришла с красной ручкой и вычеркнула целую вселенную».

Она вспомнила лица людей, которые исчезали первыми. Те второстепенные персонажи, что сидели на скамейках. Их удалили за ненадобностью. А она даже не запомнила их имён. Потому что у них не было имён. У них были функции.

— Я тоже была функцией, — сказала Вита кристаллу. — Кризис-менеджер на аутсорсе. Приглашённый редактор апокалипсиса. Хорошая должность, правда? Ни зарплаты, ни гарантий, зато чувство вины — пожизненно.

Кристалл мигнул. Она не поняла — согласие или утешение. «Может, я просто не должна была сюда попадать, — размышляла она. — Может, если бы я не нажала „Сохранить“ на той дурацкой методичке, Герои бы продолжали трепетать, падать в обмороки, целоваться под дождём и умирать ложными смертями. Они были бы живы. Искусственно, глупо, шаблонно — но живы. А теперь? Как будто я — эпидемия. Разрушила их дом и разбросала по чужим мирам. Спасительница, блин». Вита уронила голову на колени. Зелёный кристалл потеплел сильнее, почти обжёг ладонь. Она подняла голову.

— Ты прав, — сказала она. — Самобичевание не поможет

Она вытерла глаза — сухие, потому что до слёз дело ещё не дошло. И в этот момент из ниоткуда перед ней раскрылся портал.

Вита напряглась. Кристалл засветился тревожно. Из портала, как по трапу авиалайнера, вышли люди. В чёрных плащах с буквами «П. Л. Р.». С чемоданами, с планшетами, с бейджами «Сюжетная эвакуация». Впереди — женщина с пучком. Та самая. Вита вскочила, готовая защищаться.

— Вы?.. — Вита вскочила, готовая к защите.

Женщина остановилась, поправила бейдж.

— Мы, — сказала она устало. — Спасательная операция. Персонажи категории А подлежат немедленному перемещению.

— Вы же требовали ложную смерть! Вы скандировали «Драму»!

— Да, мы любим драму. Но не за цену уничтожения мира, — ответила женщина. — Мы фанатики, а не самоубийцы.

Она махнула рукой, и за ней из портала высыпали другие члены Ордена. Они быстро разворачивали раскладные столы, вешали таблички «Сортировка», «Паспортный контроль», «Выдача формуляров». Хомяки в масках деловито бегали между ними с бумажками.

— Вы что, делали это раньше? — спросила Вита, не веря своим глазам.

— Регулярно, — женщина вздохнула. — Каждый раз, когда история заходит в тупик. Мы — чрезвычайная служба. Эвакуация персонажей, переселение в другие тексты, трудоустройство по архетипу. Жаль, что вы об этом не знали. Пришлось играть роль злодеев, чтобы сохранить лицо.

— Я ненавижу вас, — сказала Вита.

— Понимаю. Но работать это не мешает.

Она села за раскладной стол и жестом пригласила Виту присесть напротив.

— Вам пора узнать правду. Мы сами призвали вас.

Вита замерла.

— Что?..

— Мир застрял, — продолжила женщина. — Клише больше не удерживали аудиторию. Читатели засыпали на сценах ревности, ложная смерть вызывала зевоту, а драконы были признаны перебором даже нашими самыми стойкими фанатиками. Нам нужен был редактор извне. Кто-то живой, настоящий, с красной ручкой и полным отсутствием пиетета перед каноном. Вы подходили идеально.

— Меня наняли? — Вита не знала, злиться или смеяться.

— Пригласили. Без зарплаты, зато с полным погружением.

— Это худшая работа в моей жизни.

— Но вы справились. Мир будет перезапущен. С новыми правилами. Без вас — но живой.

Вита хотела спросить ещё, но женщина подняла руку:

— Сначала эвакуация. Ваши друзья не умирают. Их переселяют в другие истории, где их архетипы всё ещё востребованы.

— Куда?

— Сейчас узнаете.

Первым подошёл Алдис. Сотрудник Ордена с планшетом отсканировал его с ног до головы, потом перевернул планшет, зачем-то потряс его и снова приложил к доспехам Алдиса.

— Код «Светлый рыцарь», избыточно декоративный, — бормотал он, вчитываясь в строки. — Биография урезана на 40 %, декоративные элементы удалены, функция «защитник» признана устаревшей. Предлагается перераспределение в уютное магическое фэнтези. Проект «Восстановление древнего сада». Сюжетная арка: личностный рост, разведение роз, а также борьба с тлёй и слизнями. Коллектив небольшой, но дружный. Свежий воздух, разумный режим работы. Зарплата — эфирная эссенция, возможно премирование семенами редких сортов.

— Там не будет войн? — с надеждой, почти с мольбой спросил Алдис. Его голос дрогнул — впервые за всё время.

— Максимум — спор о качестве удобрений, — успокоил его сотрудник. — Или конфликт с соседским кротом. Крот будет обаятельным и, вероятно, станет вашим лучшим другом по сюжету.

Алдис потрясённо замолчал. Он перевёл взгляд на свои доспехи, лишённые герба, с одной перчаткой. Потом медленно повернулся к Вите и вздохнул соблегчением.

— Надеюсь, в новой истории мне позволят быть немного менее совершенным, — сказал он тихо.

— Попробуй завести хобби, — посоветовала Вита.

Алдис серьёзно кивнул. Сделал