Чужая для вождя викингов - Хелен Гуда

Однажды Гертруда задала мне интересный вопрос:

— Алана, расскажи мне, какие травы нужно давать женщине, чтобы она быстрее восстановилась после родов? — спросила она с любопытством в глазах.

Я улыбнулась, видя ее интерес.

— Есть много растений, которые могут помочь, — ответила я. — Но нужно знать, какие травы можно использовать, чтобы помочь ее организму.

Она внимательно меня слушала не перебивая.

— В первые дни после родов очень важно остановить кровотечение и укрепить матку, — продолжила я. — Для этого можно использовать крапиву, пастушью сумку, тысячелистник.

— А как их нужно готовить? — спросила Гертруда.

— Вот рецепт, — сказала я. — На полкувшина воды заварить по ложке измельченной крапивы, пастушьей сумки и тысячелистника. Дать настояться 10–15 минут, добавить туда 2–3 ложки меда и дать выпить роженице.

— А мед зачем? — спросила Гертруда.

— Мед добавляет сладости, но главное — он способствует заживлению и наполняет организм энергией, — ответила я. — Но помни, этот отвар можно давать только в первые дни после родов. Потом нужны другие травы, чтобы укрепить организм и повысить выделение молока у мамочки.

— А какие? — спросила Гертруда, записывая рецепт.

И я рассказала ей еще несколько рецептов, которые знала от моей бабули.

Я видела, как Эльза слушает наш разговор с интересом. Она тоже хотела узнать больше о том, как ухаживать за ребенком и восстановить свое здоровье после родов. Ведь в этом мире не всегда можно было рассчитывать на помощь знающих людей. И если женщина сама не знала, как себе помочь, то ей было очень трудно выжить.

Я начала учить Эльзу ухаживать за ребенком, как правильно кормить, купать, пеленать. Я рассказывала ей о гигиене, о том, как важно следить за чистотой ребенка, чтобы избежать болезней.

Эльза внимательно слушала меня и старалась следовать моим советам. Она была очень заботливой матерью и хотела дать своей дочери все лучшее.

Благодаря моим знаниям и материнской заботе девочка росла здоровой и крепкой. Она была очень красивой, с большими голубыми глазами и светлыми волосами. Эльза назвала ее Фрейей, в честь богини.

Видя, как Эльза и Гертруда тянутся ко мне, я поняла, что не все так плохо, как мне казалось. Я нашла здесь свое место, свой смысл жизни. Я могла помогать людям, делиться своими знаниями, делать этот мир немного лучше. А самое главное — я обрела здесь настоящих друзей, которые ценили меня и принимали такой, какая я есть.

**********

Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в багряные и золотые оттенки, когда я в очередной раз переступила порог дома ярла. В последнее время я проводила здесь почти каждый день. Эльза становилась все более открытой и доверчивой, Гертруда буквально не отходила от меня, жадно впитывая каждое мое слово, а маленькая Фрейя, подрастая, начинала узнавать меня и радостно агукала при моем появлении. Этот дом, несмотря на всю его суровость и строгость, стал для меня островком тепла и уюта в этом чужом и не всегда дружелюбном мире.

Я шла по двору, здороваясь с немногочисленными слугами, когда заметила, как из дома выбежала Гертруда. Ее лицо было взволнованным, а глаза блестели от слез.

— Алана! — крикнула она, подбегая ко мне. — Алана, это ужасно!

Я схватила ее за плечи, пытаясь успокоить.

— Что случилось, Гертруда? Говори!

— Отец… Ярл собирается в последний набег перед зимой! — выпалила она. — Он хочет разграбить поселение на востоке, чтобы пополнить запасы перед наступлением холодов.

Волна холода пронзила меня. Я знала, что такое набеги. Это кровь, насилие и смерть. И что самое ужасное, ярл, как и Торвальд, могут не вернуться из этого похода.

— Это ужасно, — прошептала я, ощущая, как тревога сжимает мое сердце. — Когда они уходят?

— Завтра утром, — ответила Гертруда, снова начиная плакать. — Я пыталась его отговорить, но он не слушает меня. Он говорит, что это его долг, что он должен заботиться о своем народе.

Я обняла ее, стараясь успокоить.

— Я все понимаю, Гертруда, — сказала я. — Но мы не можем ему помешать. Мы можем только надеяться, что он вернется живым и невредимым.

Мы вошли в дом, где Эльза сидела с Фрейей на руках. Она молча смотрела на нас, понимая, что случилось что-то плохое.

— Алана, что происходит? — спросила она.

Я рассказала ей о том, что узнала от Гертруды. Эльза побледнела, но ничего не сказала. Я видела, что она тоже боится за Ярила, несмотря на все, что между ними было. Гертруда сказала, что отец уже озвучил тех воинов, кто отправится с ним в поход, и в их числе были и Ярил, и Торвальд. Слова Гертруды словно ледяной кинжал вонзились в мое сердце. Торвальд… Он тоже идет в этот проклятый набег. Вся уверенность и спокойствие, которые я так старательно поддерживала в присутствии Эльзы и Гертруды, мгновенно испарились. Я больше не могла оставаться здесь, притворяясь сильной и хладнокровной. Мне нужно было увидеть Торвальда, поговорить с ним, убедиться, что он вернется.

— Простите меня, девочки, — пробормотала я, поднимаясь на ноги. — Мне нужно идти. Я… я не могу здесь больше оставаться.

Эльза и Гертруда понимающе переглянулись. Они видели мои слезы, они чувствовали мою боль.

— Иди, Алана, — сказала Эльза, мягко улыбаясь. — Мы понимаем.

Я поспешно вышла из дома ярла, не обращая внимания на любопытные взгляды встречных. Я бежала, не разбирая дороги, словно спасаясь от преследователя. Сердце бешено колотилось в груди, страх и тревога душили меня.

Добравшись до своего дома, я распахнула дверь и замерла на пороге. Торвальд сидел у очага, затачивая свой меч. Его лицо было сосредоточенным и серьезным, ни одна мышца не дрогнула, несмотря на звон стали о камень.

Увидев меня, он отложил меч и вопросительно посмотрел.

— Алана? Что случилось? Ты выглядишь взволнованной.

Я сделала несколько шагов вперед, с трудом сдерживая слезы.

— Торвальд, это правда? Ты идешь в набег?

Выражение его лица смягчилось. Он встал и подошел ко мне, обнимая за плечи.

— Да, это правда. Я должен идти.

— Но зачем? — взмолилась я, хватая его за руки. — Неужели это так необходимо?

Он тяжело вздохнул.

— Алана, ты не понимаешь. Я воин, это мой долг. Я должен защищать свой народ, добывать для него пищу и золото. Кроме того… — он запнулся, — я хочу жениться после этого набега, и мне нужно обеспечить нас.

Я замерла, словно громом пораженная. "Жениться"? Он сказал "жениться"? Я не могла поверить своим ушам. Все мои страхи и сомнения, все мои мучительные размышления о браке мгновенно улетучились. Сердце наполнилось безграничной радостью и надеждой.

— Жениться? — прошептала я, глядя ему в глаза. — Ты хочешь жениться? На