Черновик для Эффы 5 - Владимир Алексеевич Ильин
— И проблемы начались двадцать два дня назад…
— Ай, какие болючие слова говоришь! Ты точно его друг⁈
— А из города мы выезжаем, потому что его высочество устал от суеты и любит природу.
— Его Высочество увлекся сочинением музыки! Звуки большого города мешают ему насладиться тонким искусством.
— Он там бренчит на гитаре и спивается? — С сочувствием уточнил я.
В этот раз Лаин даже не ответил, только задышал глубоко и хлопнул ладонью по ободу руля.
— Дворец Его Высочества Четвертого Принца Королевства Сават, — сочно, с невероятным пафосом, превращавшим все буквы в заглавные. — Дивное место, окруженное садами с певчими птицами и прохладными озерами, пока что строится! — Столь же пафосно завершил Лаин.
— Значит, мы правильно заехали в коттеджный поселок. — Смотрел я с интересом по сторонам на каменные заборы с высоченными домами без окон за ними.
По ночному времени, были зажжены желтые фонари — приятно-тусклые, добавляющие глубины затейливым узорам на глухих стенах.
Асфальтированная двухполосная дорога проходила мимо богатых подворий, построенных с восточными особенностями: не дать возможности заглянуть постороннему с улицы. Все имеющиеся окна выходили во внутренний двор — этот же прием позволял защититься от жары.
— Временное место обитания принца. Многие достойные люди живут на этой улице, — посмотрев на меня, вновь возмущенно задышал Лаин.
Будто я сказал какую-то гадость. Или я просто слишком пристально рассматриваю все вокруг — поэтому подозревал, что готовлюсь ее сказать.
— Да я не придираюсь. Жилье тут явно дорогое.
— Даже не представляешь, насколько, — пробормотал он тихонько.
Мы подкатили к очередному глухому забору из желтого кирпича с кованными воротами — Лаин несколько раз ткнул на кнопку пульта, смущенно ругаясь на батарейку, и ворота, наконец, принялись откатываться в сторону, позволяя заехать внутрь.
Подворье очень даже нескромное — сорок на тридцать метров декоративных дорожек по зеленому газону, с цветочными клумбами и небольшим прудиком, через который был перекинут мостик. Дом — с арочными деревянными воротами, распахнутыми по ночной прохладе — тоже был весьма недешевым, квадратных метров под тысячу, если смотреть на размер стен. Что-то съест внутренний дворик, но даже и без этого — место пребывания весьма достойное.
Хотя, судя по кислому лицу Лаина, отмеченному краем глаза, пребывали они в глубокой нищете.
— Принц отпускает слуг, чтобы не отвлекали его от творчества, — небрежно повел рукой он, зашагав по дорожке.
— И поваров?
— Его Высочество предпочитает лучшую еду из ресторанов столицы!
— Понятно, — прошли мы ворота, оставив на пороге обувь.
Приятная прохлада исходила от узорных черно-белых гранитных плит, которыми был украшен пол помещения. Высоченные колонны, за которыми прятались выходы в коридоры и двери, подпирали полусферу потолка белого цвета. Впереди же — был виден открытый выход в сад с фонтаном, освещенный внутренним фонарем. Мебели тут не было — разве что мягкий пуфик справа от входа. Свет давали электрические светильники, стилизованные под настенные фонари.
— Друг мой! — Вышел навстречу Ноэль в парадном халате с непокрытой головой на западный манер.
Как я его помнил — бодрый, веселый, с драгоценными перстнями на руках. Он отпустил бороду — короткую, пока еще, аккуратно подстриженную и черненую по местной моде.
Судя по удивленному лицу Лаина, что-то с четвертым принцем было не так.
— Как я рад тебя видеть! — Обнял он меня крепко. — Что за барахло ты на себя напялил? — Осмотрел он меня со стороны.
— Маскировка.
— Маскировка — это правильно. Извини за хлопоты — я тут прячусь на краю мира, всюду отравители. Не хочу, чтобы враг знал, где я проживаю вне дворца.
— А как идет стройка твоего дворца?
— Какого дворца? Терпеть не могу эту напускную роскошь, ты же знаешь. — Взяв меня за плечо, он другой рукой указал на выход в сад. — Пойдем, я угощу тебя вином — лучшим в королевстве!
— У меня не так много времени, друг. — Придержал я его. — Вино дождется следующего раза.
— Как скажешь. Тогда, быть может, воды? — Продолжил он путь, и я за ним. — Мне привозят бочонками из горных источников Альсата!
— Но разливают перед этим в пластик…
Тот сбился и возмущенно посмотрел на Лаина.
— Он все разболтал, да?
— Ваше Высочество! — Негодовал тот. — Ни словом не обмолвился!
— У меня и вправду немного времени, друг. — Вздохнул я. — Давай без долгих и красивых разговоров. Я тебя уважаю, ты меня тоже. Что у вас случилось?
Принц от досады поморщился.
— Хоть не на ногах поговорим — пойдем, присядем.
Через минуту мы разместились возле фонтана — на плетеных креслах, сверху прикрытых накидками. Столик рядом был сервирован хрустальными вазами с нарезанными фруктами, графином воды, бутылкой вина с незнакомым названием и бокалами — Лаин, для которого кресло было не предусмотрено, налил нам обоим воды, несмотря на укоризненный взгляд принца.
Шептал фонтан, щебетала красивая и яркая птичка в крупной клетке, подвешенной у стены. Над головой тускло мерцали звезды — большой город, увы, слишком близко.
— Итак? — Пригубил я бокал и поставил его обратно.
— У меня все хорошо. — Пожал плечами принц. — Это вот Лаин весь избегался. Лаин, расскажи.
— У меня все плохо! — Хмуро заявил он. — Я похудел на восемь килограмм, я не был дома три недели, я не видел родителей, я ем плохо, сплю мало и отворачиваюсь, когда вижу знакомых! А еще у меня машина — порождение ада, и я ее угнал, потому что денег нет. Ее даже не ищут! Клянусь, я сам бы хотел, чтобы у меня ее угнали!
— Бедняга Лаин. — Грустно покачал головой его высочество.
— А как обстоят дела во дворце? — Кивнул я.
— У меня — отлично. Отец благоволит мне. Не далее как двадцать два дня назад он сказал — и все слышали! — «Где мой любимый сын Ноэль?». А вот у Лаина проблемы. Лаин, расскажи.
— У меня все плохо! На моего господина ополчились все старшие принцы! Они затеяли оженить его на Саине Афели, блуднице, побывавшей в постели всех визирей и принцев, и — врут, конечно! — в постели самого Его Величества! Да так, что злые языки шепчут — стала непраздна и намерена ребенка сохранить.
— А как же «любимый сын»?..
— Любимый сын не захотел стать хорошим папой.
— Ты, Лаин, за меня ничего не говори, — потянулся принц за вином и привычным движением сорвал пломбу. — Сказано тебе — только о своих печалях докладывай. А мы с уважаемым Савоем посмеемся над твоими бедами.
— Тогда скажу — стал я беден! Потому как отказался мой господин от нового дворца и южных виноградников.