Ревизор: возвращение в СССР 64 - Серж Винтеркей

Ну а что касается возможных вопросов по поводу того, чем мы с ней владеем в Италии, то надеюсь, что Диана достаточно умна, чтобы просто отказаться на такого рода уточняющие вопросы отвечать. И по идее ее не должны вокруг пальца обвести разными хитрыми формулировками, как бы ни пытались сформулировать вопросы так, чтобы ее обмануть. Она уже не наивная советская девчонка, в бизнесе кое-что начала соображать, а там без понимания разнообразных хитростей никуда.

Да нет, я на девяносто пять процентов был уверен, что Диана справится, следуя моим рекомендациям. Я бы и на сто процентов был уверен, но тут же и какие-то другие факторы сыграть могут, которые не угадаешь. Мало ли, просто самочувствие у Дианы в этот день будет не очень, и она не сможет сконцентрироваться на моих инструкциях. Жизнь – штука непростая. Надо это тоже учитывать.

Набрал тут же сестру по домашнему телефону. Диана сразу же трубку сняла. И, судя по ее веселому голосу, явно никаких проблем с детектором лжи она не получила.

– Паша, привет, – сказала Диана. – Думала вам с Галией предложить где-нибудь в ресторане посидеть, но погода мерзкая. И с утра вас не застала, а сейчас вы, наверное, уже свою няню отпустили…

– Ну, еще нет, но такая договорённость с ней у нас есть, – сказал я, скосив глаза на неспешно собирающуюся Валентину Никаноровну. Я ей еще пока Диану набирал, сказал, что до дома ее на машине отвезу, не дело ей пешком по такой погоде идти.

– Давай тогда я к вам подъеду домой, хорошо? Посидим у вас, поболтаем? Как тебе такой вариант?

– Очень даже положительно его воспринимаю, сестренка, – улыбнувшись, ответил я.

– Я тогда еще в кулинарию забегу и за сладким тоже, – сказала Диана. – Сами этим не занимайтесь. Раз я за час до приезда в гости напросилась, то угощение тоже с меня.

На том и уговорились. Отвез Валентину Никаноровну, занялся продумыванием статьи для «Труда» про зоопарк. А как время подошло, взял Тузика, зонтик и пошел вниз Диану встречать. Ясно, что надо вначале пообщаться без прослушки на деликатные темы. Дождь там или не дождь, деваться некуда.

Тузик, когда я его позвал, вначале на окно посмотрел, потом на меня, выражение на морде было непонимающим. Утром он уже гулял, а что такое ливень, прекрасно понимает. Но видя мою решимость, все же решил мне компанию составить.

– Панда, может мне тебя тоже на улицу взять прогуляться? – шутливо спросил я кошку, дрыхнувшую на боку на телевизоре.

Кошка проснулась моментально, и тут же на всякий случай спрыгнула с телевизора и рванула к жене под ноги за защитой. Посмотрели бы на это те, кто уверены, что животные не понимают, что люди им говорят.

Под смех Галии мы с псом и покинули квартиру.

Переговорили, само собой, наедине с Дианой, прогуливаясь под дождем. Она же умная, она тоже зонтик взяла. Один Тузик был без зонтика, но он тоже умный, он в подъезде остался. Еще до приезда Дианы метнулся к ближайшему дереву, свои дела сделал, и из подъезда больше и не выходил. Правда, провожал нас таким взглядом, что было видно, что он явно усомнился в нашем здравом рассудке…

– Ну как все прошло, сестричка? Судя по твоему радостному настроению, все уже позади и обошлось без проблем? – спросил я.

– Да, Паша, – улыбнувшись, сказала Диана. – Прошла я уже этот детектор лжи. И, судя по всему, прошла очень неплохо, потому что Артамонова больше новыми запросами не надоедает.

– Ты понимаешь, что даже если бы всё прошло не очень, тебе бы об этом не сказали, наверное? – решил заставить ее мыслить более критично я.

– Да нет, нормально все! – махнула рукой Диана расслабленно. – Ну и у меня самой есть ощущение, что всё прошло нормально. Специалист, что со мной работал, не был напряжен, когда мы расставались. А был бы напряжен, я бы это и без всякого детектора лжи почувствовала. Попала как-то с ним на одну волну…

Тут улыбка с лица Дианы пропала.

– Другое дело, что я на КГБ, конечно, сильно обиделась. Что это еще за недоверие такое? Я им, понимаешь, притаскиваю достаточно ценные вещи. Не рассказывала о них тебе, но теперь уж, раз такое дело и мне не доверяют, давай расскажу. Подслушала я как-то разговор французских офицеров в прошлом году о том, что на итальянскую базу Авиано будут переводить американское ядерное оружие. Ну и, само собой, бомбардировщики, которое это самое ядерное оружие способны в воздух поднимать и в случае чего, на Советский Союз скидывать. Рассказала все Артамоновой. Она вскоре после этого майором стала. А мне почетную грамоту дали. Ну, ты понимаешь связь этих событий?

– Ого, – восхитился я совершенно искренне. – Да ты, сестричка, настоящий крутой советский разведчик. Поздравляю тебя!

Диана снова махнула рукой, и продолжила:

– Я, кстати, когда в Италии потом была, видела статьи про очень интересные события вокруг базы Авиано. Там и тогда, и сейчас сплошные демонстрации местных жителей против ввоза ядерного оружия, потому что Советский Союз в случае войны, само собой, тут же ударит по этой местности своими ядерными ракетами. Помирать они не хотят, вот и сражаются за то, чтобы американцев с их ядерным оружием там и ноги не было. Я так понимаю, что, скорее всего, и наша советская разведка свое слово сказала, чтобы все эти местные в Италии так сильно засуетились и выступили против американского ядерного оружия.

– Ну это, несомненно, так и есть, – кивнул я. – Да, Диана, ты молодец.

– И вот представь себе, Паша, после этого ко мне вдруг вот такое отношение недоверчивое. Проверка на детекторе лжи, словно я какой-то шпион или враг! А зачем мне всё это нужно? Я и так не по своей воле во всё это дело ввязалась. Руки мне выкрутили, угрожая, что проблемы создадут тебе и Тимуру. Но я добросовестно же работала, учитывая эту ситуацию с Авиано. Согласись?

– Конечно, сестричка, – кивнул я. – Не уверен, что какой-нибудь кадровый разведчик КГБ, который за рубежом лет десять-пятнадцать проторчал, такую же пользу смог принести, сколько ты одним этим сообщением про Авиано сделала.

–