Код волхва. Книга 4 - Алексей Даньшин

— А что всё-таки будет, когда получится с ней синхронизироваться? Ты превратишься в неё? Или просто сможешь ей управлять как Алёшей?

— Я не знаю.

Она вроде не врала, но чувствовалась какая-то недосказанность.

Я посмотрел на лежавшую у меня на груди девушку и погладил её по волосам. Нимба уже не было, и она тихо посапывала во сне. Каждая попытка Ники начать синхронизацию приводила к такому эффекту.

А через пару минут и я сам заснул.

…

Ника держала меня в курсе всех местных новостей, до которых могла дотянуться через звуковые метки и мои артефакты. Все мои «волшебные» камешки были у неё на плотной прослушке. Имея встроенный источник энергии, они почти ничего не тратили на передачу аудиоданных, которые Ника системно перерабатывала и анализировала, регулярно выдавая мне важные новости.

…

…

Панкрат Глыба уже передал моё послание для Брячислава через полоцких людей в его конспиративном доме, где держали в амбаре Панаса.

Никита так и не появился, но Ника доложила, что они пасут полоцких, которые завтра ближе к вечеру должны появиться в Новгороде. Я не стал их дёргать. Парни и так знают, что делать.

На приёме у посадника собрался весь цвет старых родов Новгорода. Одни мужики. Мероприятие было официальным, и бабы с девками на него не допускались. Хотя после вчерашних танцев в честь моего прибытия у всех баб и девок в городе прям свербело всё от желания поближе со мной познакомиться. Это Ника мне рассказала со смехом, предупредив, что пока официально не объявлено о моей помолвке со шведской принцессой, наезды со стороны отцов девок на выданье будут продолжаться регулярно. Чтобы я был готов, в случае чего, оборону держать. Хи-хи-хи.

Ленку я дома у Ивора оставил. Хотя она, как дева-воин, и могла бы претендовать на место в моей ближней дружине на этом пиру, но я решил, от греха подальше, её не брать. А то вдруг что-нибудь услышит не то, как это было уже в паре деревень по пути сюда. Тогда старостам там прилетело от неё неслабо, еле потом откачали. А то ишь, девок мне прям за столом подсовывать удумали! Парни мои там, конечно, отрывались по полной, пьянея не только от мёда, но и от женского внимания. В моей тени им перепадало этого добра с лихвой. Красные кафтаны с моим гербом для баб и девок как самый лучший афродизиак оказались. Даже уговаривать долго не надо было никого.

Но Ленка меня блюла. Да мне и самому её одной с лихвой хватало.

Дом у самого посадника был большой, но приём он устраивал не в нём, а в княжьем тереме. Всё-таки целого Рюриковича принимают, который к тому же привёз послание от их князя Ярослава.

Посадник Константин Добрынич приветствовал меня стоя в пиршественном зале, в окружении полусотни старейшин родов. Когда я вошёл, все поклонились. Константин жестом пригласил меня сесть за стол. Но не во главу стола, где стояло пустое княжеское кресло, а рядом с ним. Показывая тем самым, что князь Ярослав тут как бы незримо присутствует и его кресло никто не занимает.

Все уселись по местам, когда посадник поднялся с кубком в руке и толкнул первый тост.

…

…

— Князь Илия Святославич, — пророкотал Константин хорошо поставленным голосом, привыкшим к ору на новгородском вече. — Мы наслышаны о твоих успехах в борьбе против поляков и печенегов. Князь Ярослав пишет, что Киев теперь может спать спокойно, во многом благодаря твоим стараниям. А твои дары чудотворных икон в церкви Киева и Новгорода во славу Господа прославили имя твоё как истинного защитника христовой веры. Сия первая чаша за твоё здравие испита будет, коего мы тебе желаем сполна и от всего сердца!

Все дружно встали и подняли свои кубки, развернувшись в мою сторону.

Я тоже встал.

Выпили. Сели обратно.

За столом притихли. Старейшины — бородатые, дородные, в высоких собольих шапках, даже в помещении — подались вперёд, ожидая услышать от меня ответное слово.

Я поставил свой кубок на стол — мёд был знатный, с нотками вереска, — и позволил себе лёгкую, почти отеческую улыбку. От такого молодого пацана это выглядело, скорее всего, не очень естественно в окружении намного более старших мужиков. Но я был князь. Потерпят.

— Князь Ярослав Володимирович — мой родич, любимый дядька, и я всегда буду стоять за порядок в наших землях, и всегда приду ему на помощь. Если вам от наших с ним деяний стало спокойнее спать — значит, мы с ним не зря старались. Ибо вы — наша опора, а мы, Рюриковичи, — опора для вас и всего народа нашего. А теперь, как поляков и печенегов мы образумили, будет земля наша только богатеть и процветать. А те, кто верен нам, это почувствуют в первую очередь.

Любомир Митин сидел от меня метрах в десяти. Ника мне его подсветила сразу, едва я в зал вошёл. А после моих слов он как-то сбледнул с лица. Я ведь на него смотрел при этом. Прям в глаза.

— А про невесту свою, княже, что скажешь? — вклинился кто-то из младших родовичей. — Говорят, шведский двор к тебе благоволит. Неужто на наших северных землях жену себе искать будешь?

Я почувствовал, как Ника в голове довольно хмыкнула. Началось. Новгородские отцы после вчерашнего шоу всё-таки решили, что я — самый лакомый кусок на их ярмарке тщеславия. И я решил подогреть эту кашу, коль они сами в неё так играть хотят.

— Со шведской принцессой пока не решено, — я небрежно покрутил перстень с моим гербом на пальце. — Переговоры идут. У неё там и другой кандидат имеется, король Норвегии Олаф Второй. Он старше меня на четыре зимы. Да и целый король, а не простой князь, как я. Так что ещё ничего не решено.

По столу пронёсся лёгкий шепоток. Константин дёрнул щекой.

— Илюха, — прошипела в голове Ника. — Ты чё творишь? Нахрена тебе этот гадюшник палкой ворошить. Я ведь это всё не в шутку вовсе говорила. Сейчас такое начнётся, что потом как бы до драки не дошло.

— Пока они надеются породниться с князем — как шёлковые все будут. А потом разрулю, с твоей помощью. Оставлю в итоге только самых лояльных.

— Вот ты сумасшедший! Сам на