Попаданец в поисках смысла - 3 - Тампио
Два флаера занялись огнём. Третий просто развалился на несколько кусков, влетевших в трибуны, и вот они-то стали главной причиной нескольких смертей, — тела несчастных если не расплющило, то порезало острыми краями обшивки. Включилась сирена медицинских постов, но раненых оказалось слишком много.
[Сюда направят спасательные флаеры из других мест, но трасса длинная, и пройдёт немало времени до прибытия. Раненые просто истекут кровью.]
~ Надо помочь хотя бы некоторым! ~ и я рванул вперёд, под удивлённые возгласы Мелиры.
Подбежал к ближайшему телу и услышал:
— Врач! Здесь есть врачи?! — голосила женщина с немного запачканной кровью одеждой.
— Ну, я врач. Инфекционист, правда. Да и будь хирургом, то как бы это помогло? Ни инструментов, ни лекарств всё равно с собой бы не носил, — ответил один, стоявший поблизости.
— Он же умрёт! — начала ломать руки женщина. — Вас же чему-то да должны были учить!
— Учили, — почти безразлично ответил мужчина. — На первом курсе. Практических занятий не было. Помню, что надо жгут специальный наложить, но где его взять?
[Вначале надо определить артериальное или венозное кровотечение. Это венозное. Ремнём стягиваешь место ниже раны до полной остановки и фиксируешь узлами.]
Я разорвал штанину раненого и начал обхватывать ногу ремнём, а ИНН-система поправляла, если что делал не так. С непривычки потратил немало времени, но кровь остановилась. Прикрикнул на излишне спокойного инфекциониста, чтобы он продолжал следить и побежал к следующему телу. У него тоже венозное кровотечение, но на руке, а рядом никого, и второго ремня нет.
[Доставай платок и пальцем прижимай сосуд. Теперь приказывай нанитам…]
Я давил на рану и озирался по сторонам. Рядом Мелира, но её бледное лицо не оставляло шансов на возможность серьёзной помощи. Что-либо объяснять и показывать тоже смысла нет, — надо фиксировать рану и ждать, пока наниты хоть что-то сделают. Флаеры с медиками пока не появились, да и вряд ли кому ещё успею помочь.
В голову лезут разные мысли. Одна из них: почему побежал помогать зрителям, а не пострадавшим пилотам? Ну, те шли на риск сознательно, а вот люди на трибунах ни о чём таком не думали. Да и как вытащу тело из горящего флаера? Внутри точно месиво, а здесь человек лишь кровью истекает…
Когда начал со всех сторон прибывать медперсонал, то рана, что прижимал, начала потихоньку стягиваться. И опять пошли мысли: а что если занёс грязь? А что если что-то сделал не так?
— Молодой человек! Зачем вы тычете грязными пальцами в рану?! А ну быстро отошли от пострадавшей! — громкий оклик заставил меня вздрогнуть и отпустить руку. — Вы кто, врач? Нет? Так и не надо лезть, во что не мыслите!
Я отошёл, а прибывший медик начал осматривать женщину, ещё долго бурча про дилетантов, чьи действия скорее убьют, чем помогут.
— Ты самый настоящий герой! — глаза Мелиры излучали восхищение. — Все только и могли, что стоять и пускать слюни, а ты начал действовать, и те два человека смогли дотянуть до прибытия медиков!
— Ты преувеличиваешь! — вяло отмахнулся я, поскольку эмоций почти не осталось.
— Нет, молодой человек! Она права! — за моей спиной стоял инфекционист. — Вот ваш ремень. Прибывший хирург сказал мне, что всё сделано вполне профессионально, и был сильно удивлён, когда узнал… А вот он, кстати! Доктор, я нашёл его!
— Так это вы?.. — тот самый врач-грубиян посмотрел на меня недоверчиво. — Не может быть… Впрочем… Хм… Даже не знаю, что и сказать.
— Ничего не надо говорить, — усталым голосом ответил я, просовывая ремень в шлёвки. — Я сделал что мог. Пойдём, Мелира, — и, взяв девушку за руку, пошёл было к флаеру.
— Постойте! — хирург строго посмотрел на меня. — Я должен взять вашу визитку на всякий случай. Для страховой службы или ещё куда…
[Благие деяния порой влекут за собой непредвиденные сложности.]
~ Не умничай!
Естественно, ни о каком продолжении выходного дня и речи не шло. Мелира попыталась предложить ресторан, но осеклась, взглянув на мою окровавленную одежду, а затем, подойдя к информационной панели, начала искать новости:
— Несколько каналов уже ведут репортаж о случившемся.
Я отстранённо взглянул на экран, поделённый на четыре части, и почти в каждой возбуждённая говорящая голова на фоне дымящихся обломков старательно выпучивала глаза, рассказывая о трагедии.
— Кому война, а кому мать родная, — неожиданно сам для себя произнёс я фразу, не раз слышанную на Замине.
— Что? Я не поняла, — Мелира смотрела на меня с изумлением.
— Это выражение… — я чуть замялся. — Его можно перевести как: «Прекратись трагедии, и половина журналистов останется без работы».
— Хм… Несколько жёстко, но если подумать, то доля правды в этом имеется. Странно, как в тебе может совмещаться цинизм и желание помочь другим?
— Это не цинизм, а здравый взгляд на происходящее.
— Ладно, давай не будем, мы устали и вообще.
Что именно «вообще» я узнавать не стал. Просто хотелось посидеть в тишине и подумать. Например, о том, что во флаере нет никакой медицинской аптечки, хотя у любого оруженосца на Замине нечто подобное всегда должно присутствовать.
— Аптечка? — удивилась моему вопросу Мелира. — Говорят, когда-то они были обязательными. Но люди не видели в них особой пользы, потому что мало кто знал, как ими пользоваться. Потом пошли дебаты, что аптечка в автомобиле или флаере — это чуть ли не плевок в работников скорой медицинской службы… Типа недоверие, что они смогут быстро прибыть и оказать нужную помощь. Вот как-то так иметь аптечку перестало быть необходимостью, да и незачем, если специалисты