Боевые девочки любят длинные стволы. Том 1 - Игорь Павлов

— Сухим душем? — Покривился.

— Да, это порошок. Его использование значительно дешевле.

— Подожди, за помывку тоже надо платить?

— Да, а как иначе? — Усмехнулась Рина и повела по коридору налево мимо дверок с каютами, где «курочки» сидят.

— Одноместные каюты? — Уточняю.

— Ага, тебе Илона тоже определит жильё. Правда, не в этом блоке, а в повреждённом, скорее всего.

Получается, босса зовут Илона. Она руководитель всей этой станции под названием «Рубикон–семь». С лёгкой руки эта женщина решила мою судьбу, не дав расщепить меня на частицы и тупую блондинку с пушкой отвадив. Поэтому, пока я тут, ссориться с Илоной не стоит.

Две трети жилого блока прошли, ещё две девицы прошмыгнули в зелёных униформах, поздоровавшись со мной:

— Привет, Вань.

— Привет.

Я даже оторопел от такой обыденности, а следом удивился, что они меня знают. Дверка неподалёку отъехала и высунулась ещё одна девушка. Высокая, синеглазая эффектная блондинка лет тридцати в чёрном раздельном трико. Довольно спортивная на вид и приятная.

— Привет, Юля, — поздоровалась с ней Рина, растягивая улыбку.

— Ты ж новенький грузчик Ваня? — Сразу наехала на меня та, игнорируя моего экскурсовода.

— А что, уже вся станция знает? — Возмутился.

— Так по «Рукому» уже объявили, — парировала Юля.

— Это наша внутренняя сеть, — поясняет мне Рина. — «Рубикон коммуникация».

— В смысле «грузчик»? — Осенило меня запоздало.

— Это ты с боссом разбирайся, — отмахнулась блондинка и за ворот меня к себе потянула, а затем шепнула на ухо: — Через два дня танкер причалит, там одну коробочку для меня отложи, понял? И не болтай.

Отпустила, взгляд у неё угрожающий сразу стал. Не успел ответить, дверь заехала, скрывая её вместе со злорадной улыбкой. Хм, довольно серьёзная особа.

— Что это с ней? — Спрашиваю Рину.

— Это местная контрабандистка, — шепчет и палец к губам прикладывает.

Понятно, Илона не должна услышать.

Шагаем дальше. А я вот думаю. Ещё ни одного мужика не увидел, хотя прошёл половину станции. Бабское царство. И все, кого встретил, чем–то привлекают. Ни одной загорелой, все белокожие, судя по всему, из–за отсутствия прямого контакта с местным солнцем. А точнее со звездой. Кожа у всех без особых изъянов, видно, что большинство девушек ухоженные, волосы со здоровым блеском, мешков под глазами и красной сетки на белках нет. Фигурки подтянутые. Даже если с крупной костью, то сочные, жир ни у кого не болтается, целлюлита не видно. Может, у них все девушки такие? Особенность расы? Или образ жизни?

По мере изучения станции всё больше понимаю, что я здесь застрял. Никому нет дела до того, чтоб заняться моим возвращением. Я — грузчик, меня уже назначили. И озадачили какой–то коробкой.

Прошли жилой блок насквозь, преодолев коридор длиной метров в шестьдесят. Семьдесят дверей насчитал: по тридцать пять с каждой стороны, за которыми явно кто–то обитает. Судя по интервалам, комнатушки тут небольшие. Смахивает на улей, где пчёлки живут.

Вышли в большой плохо освещённый отсек, именуемый «Вторым узлом».

Здесь по стенам всё ящиками заставлено, как на складе. Слева виднеется большой иллюминатор, за которым подсвечиваются огромные ядрёно–зелёные капли на фоне космического мрака.

— А там что? — Интересуюсь.

Рина вздыхает тяжело.

— Топливный танкер в нас врезался шесть витков назад, — рассказывает. — Реабилитационный отсек полностью разбил. Второй жилой блок наполовину, успели поставить заслонку, чтоб не потерять все каюты. И ещё сорок галлонов кислорода. Вдобавок, треть территории столовки пришлось закрыть и перекрыть второй вход в её.

— Хреново, что сказать.

— Не всё так плохо. Да, девочки лишились бассейна, пейзажной камеры, салона красоты и игрового зала. Но теперь компания этого танкера наш пожизненный спонсор, ну… пока станция окончательно не развалится. Кстати, она единственная ныне организация, которая нас кормит.

— Это они так извиняются?

— Нет, это решение имперского суда.

Блин! А бассейн жаль, я бы покупался с крошками в купальниках, коль застрял тут на какое–то время.

— Так, а что на счёт ремонта? — Интересуюсь. — Неужели спонсор не может отремонтировать всё?

— Мощности у нас имеются, материалы вон лежат, — кивнула на коробки девушка. — Только за окошко глянь. Топливо видишь?

— Ага.

— Это «РД–6» самая гадкая дрянь в империи. Если ближе подойти за черту, радиации хапнешь так, что до медблока не донесут, помрёшь на полпути.

А вон, вижу полоску на полу, подсвеченную красным. Присмотревшись, замечаю и отблески красного поля, отрезающего отсек.

— Снаружи это дерьмо никто не станет убирать, никакой пилот не захочет угробить своего Меха, — жалуется дальше. — В топливе и проблема. Тут ты видишь лишь малую часть загрязнения, остальное на повреждённой обшивке уже въелось.

— То есть, если всё же очистить, то можно восстановить отсеки? — Уточняю.

— Да, если очистить полностью или хотя бы на девяносто процентов, ремонт допустим. Но такого чуда никогда не случится.

Двинули на выход, пройдя через шлюз, снова оказались в центральном отсеке с лифтом.

— Нетехническую, самую большую зону станции мы прошли по кругу, — пояснила Рина. — Заблудиться сложно, согласись.

— Ну да, — чешу затылок.

— А теперь пойдём на Смотровую, — заявила проводница восторженно.

Дошли до лифта, к нам присоседилась попастая медичка, с которой я уже познакомился. Мимо проскочила красотка с фиолетовыми глазами, та самая Настенька, назвавшая меня «обсосом». Злая, как собака, даже не посмотрела в нашу сторону. Похоже, двинула в бар.

— Влетела Настя, — произнесла медичка негромко, когда в лифт зашли, напоминающий колбу.

— В смысле? — Вдруг встревожился я.

— Сильно раздолбала меха по своей жадности, полезла поживиться в опасную зону, и подпустила на ближнюю дистанцию двух Булыжей, — объясняет медичка. — Вот умора, только третье ядро поставили. Почуяла уверенность и выхватила.

— А ты чего радуешься? — Раздалось от Илоны из динамика на панели лифта. — Твой мех где?

— Ремонту не подлежит, босс, — ответила медичка пришиблено.

— Вот и не радуйся. Пусть вы и не подруги совсем, но нечего показывать новичку вашу подноготную. И на лифте разъезжать нечего! Лестницы на что?

— Но мы же с новичком, — заблеяла медичка.

— Присосались, а, —